Целительница после развода с драконом (СИ), стр. 4
Меня словно обдает ушатом ледяной воды.
Генерал прикрывает глаза и трет переносицу.
— Эмилия, — вздыхает он.
— Это мои вещи! — я долго сохраняла спокойствие, но сейчас голос предательски срывается.
То ли от испуга из-за резких движений драконицы. То ли из-за страха, что генерал заподозрит что-то о моих планах насчёт побега.
Драконица вцепляется в мою скромную коробочку. И хищно шипит.
— Я беременная, — зачем-то напоминает она.
Генерал смотрит на нее и вздыхает ещё раз.
— Эмилия, — обращается ко мне. — В обители они тебе всё равно не понадобятся.
— Это наследство моей матери! — мне сложно сдержаться.
Хотя разум у меня работает по-Земному, с эмоциями справиться в этом теле пока ещё трудно.
— Можешь забрать свои уродливые подарки! — выкрикиваю дракону в лицо. — Но отдай то, что принадлежит лично мне! А уж я сама распоряжаясь своими добрачными вещами! Да хоть монастырю пожертвую! Что, драконы настолько бедны, что им не прожить без моих колец? Или вы таким образом и сколачиваете свое состояние?
Генерал вытирает лицо, как от плевка.
— Дай шкатулку сюда, — обращается он к драконице.
Та делает шаг назад.
— Да откуда у этой нищенки может быть свое золото! — верещит она.
— Кристалида! — строго произносит дракон.
— Ты что, не любишь меня! — драконица ещё крепче вцепляется в мою шкатулку.
Похоже, отобрать эти украшения — для нее становится делом принципа.
— Я куплю тебе гораздо больше. Дай сюда, — дракон теряет терпение.
А нечего было идти контролировать мой отъезд. Сидел бы у юбки своей невесты. Я бы спокойно уехала и без этой сцены.
Не удивлюсь, если драконица без приглашения увязалась за генералом. Чтобы он не провел наедине с бывшей женой лишнюю минуту.
Кристалида смотрит то на него, то на меня. А потом внезапно размахивается и запускает шкатулку куда-то в сторону леса.
У драконицы силы немеряно. Шкатулка с лёгкостью перелетает весь замковый двор. Как будто ее запустили из катапульты. И скрывается где-то за кронами деревьев.
Сжимаю кулаки и прожигаю взглядом наглую тварь.
— Ах, твоему ребенку плохо! — Кристалида хватается за живот. — Это всё твоя бывшая. Она прямо сейчас магичит против меня, я чувствую это!
Дракон сдергивает с себя тяжёлый меховой плащ, накидывает на мои плечи. И чуть не насильно запихивает меня в карету.
Быстро говорит что-то кучеру, который всё это время сидел и с открытым ртом и глядел на происходящее.
Свист кнута. Карета дёргается с места.
Оглядываюсь и вижу как служанки откачивают упавшую в обморок драконицу.
Уверена, что она притворяется. Сильнее сжимаю кулаки. Так, что на коже остаются следы от ногтей.
Плащ дракона пахнет его запахом. С досадой сбрасываю эту тяжёлую махину.
И понимаю — меня больше не трясет от холода.
Глава 2
Откидываюсь на жесткую спинку сиденья и тяжело дышу. Мысли упорно возвращаются к выброшенной шкатулке. Внутри всё кипит от обиды и злости, но приходится трезво оценить ситуацию.
Драконица забросила мои украшения далеко в заснеженный лес. Возможно ли быстро найти такую крошечную вещь среди деревьев и сугробов? Наверное, нет.
Карета медленно едет по накатанной колее. В окно своей комнаты я видела, что от замка тянется только одна дорога, которая ведет в городок. Дальше не рассмотрела, но, скорее всего, из него выходят другие пути. И один будет вести в сторону монастыря.
Выглядываю в окно кареты, по бокам стоит сплошная стена мрачных деревьев.
В этих краях солнце зимой садится рано, поэтому уже начинает смеркаться.
Глупо пытаться сбежать прямо сейчас, среди сплошного леса. Также глупо, как и отправиться в ночи искать украшения.
Карета катится так неспешно, что не составит труда выйти из нее прямо на ходу.
Генерал считает бывшую жену абсолютно послушной или совсем немощной?
Или настолько уверен, что ей некуда бежать?
В принципе, на данный момент сбежать здесь действительно некуда.
Решаю отложить свой побег хотя бы до момента, когда поедем через город. Буду ориентироваться по ситуации.
В ночном лесу оставаться одной опасно.
Внезапно мороз начинает очень быстро крепчать. С удивлением наблюдаю, как сквозь щели кареты проникают ледяные вихри.
Они выглядят, словно графика в сказке! Или в кино.
Вихри закручиваются рядом со мной. Словно в сомнениях замирают на подступах к плащу генерала. А потом решительно врезаются в него.
Тут же мороз пронизывает меня до самых костей. Сковывает пальцы и подбирается к самому сердцу.
Это что ещё за фокусы⁈
В испуге концентрирую магию. Представляю вокруг своего сердца теплый щит. Вовремя. Ледяные вихри врезаются в него. И тают.
Мысленно расширяю этот щит, чтобы оградить им всё своё тело. И это работает. Тепло моей собственной магии постепенно отодвигает эти холодные щупальца.
Но мороз не хочет сдаваться, наваливается с новой силой.
Сбрасываю с себя тяжёлый плащ генерала. Щупальца мороза запутываются в нем, как гигантский осьминог. Топчу плащ ногами.
Это не обычный мороз! Надо скорее попасть в город!
Карета еле ползет. Выглядываю из окна и кричу кучеру:
— Поезжай быстрее!
Но тот не отзывается и не двигается.
Толкаю дверцу кареты и выпрыгиваю наружу. Снег хрустит под подошвами моих лёгких ботинок.
Подбегаю, чтобы встряхнуть нерадивого кучера. И замираю на месте.
Мужик с головы до ног покрылся блестящей прозрачной корочкой льда. Как ледяная статуя.
Впервые вижу, чтобы человек мог так замёрзнуть! Что же в этом мире за мороз-то такой⁈
Хоть кучер и вез меня туда, куда мне совсем не хочется, но такого финала я ему не желаю. Ведь обычный же слуга. Он не виноват, просто выполнял приказ.
Лошади встают на месте.
Пытаюсь проверить пульс кучера. Через корку льда сделать это невозможно.
Так, что мы изучали в академии? Было ли там что-то насчёт обморожений?
Было. То, что отложилось в голове Эмилии из академического курса, открывается в памяти даже лучше той информации, что я когда-то учила в земном мединституте.
Возможно, потому что «поближе» по времени. Всё-таки Эмилия раза в два моложе меня.
А ещё девушка училась очень усердно.
Хватаю кучера за оба запястья и посылаю по своим каналам резкий магический импульс. Как некий аналог дефибриллятора.
Корка льда трескается и резко осыпается вниз мелкими осколками.
Мужик вздрагивает и хватает ртом воздух, будто вытащенная на берег рыба.
Живой!
Он осовело оглядывается по сторонам, будто не понимает, где находится. И кто перед ним.
Бегло осматриваю лошадей. Те, к счастью, в порядке. Но «сказочные» вихри по-прежнему крутятся вокруг, как хищные твари.
Усаживаюсь рядом с кучером. Отбираю у него поводья и кнут.
— Но-о! Пошли! — подгоняю лошадей.
Лошади рвутся вперед, повинуясь моему крику и ударам кнута. Кучер все еще тяжело дышит. И периодически вздрагивает.
Он пока ещё не пришел в себя.
Свежая корка инея то и дело пытается появиться на наших лицах, но я держу щит и не позволяю ледяным вихрям сковать нас.
Отгоняю их прямо кнутом.
И о чудо, оказывается, пока ещё не стемнело. Это вихри тащат с собой мглу. А стоит их хотя бы немного развеять, сразу становится гораздо светлее.
До темноты ещё есть время.
Впереди показываются белые силуэты крыш с трубами, из которых идёт дым.
Вихри преследуют нас прямо до ворот. А потом стихают также неожиданно, как и возникли.
Тащить кучера с собой дальше — не вариант. С ним мой побег обречен на провал, мужик станет обузой. Не говоря уже о том, что сдаст меня, как только придет в себя. Но бросить человека в таком состоянии на дороге я не могу.
Въезжаю на заснеженную улицу городка. Вижу, как прохожие спешат по своим делам.
На улице кучера оставлять нельзя, замёрзнет. Надо его кому-нибудь подкинуть.