Пустынная (ЛП), стр. 13

Сделав глубокий вдох, я приготовилась солгать, но почему-то вместо этого вырвалась чертова правда.

— Я борюсь с собой.

Ее темные брови взметнулись вверх и едва не столкнулись с такой же темной линией волос.

— О, черт. Должна сказать, это последнее, чего я от тебя ожидала, и меня немного пугает твоя откровенность.

Мы с Симоной никогда не проводили много времени вместе, нашей главной связью была любовь к Мере. Но я оценила её откровенный ответ и решила продолжить в том же духе.

— После моего перерождения мои эмоции пробудились так, как я никогда не ожидала. Я имею в виду, я стара — старше, чем вы, наверное, думаете, — и мне потребовалось очень много времени, чтобы научиться контролировать каждый аспект своего существа. И вот я, как подросток, снова не в состоянии справиться.

Симона сделала шаг ближе, оставив между нами всего несколько сантиметров. На улице поблизости не было оборотней, но она все равно понизила голос.

— О каком возрасте идет речь?

Часть моей тоски утихла, и я невольно ухмыльнулась.

— Древняя. Поверь мне.

Она откинулась назад на каблуках.

— Черт возьми, девчонка. Старше, чем Тень?

На этот раз моя ухмылка переросла в улыбку.

— Гораздо старше. — Глубокий голос Тени раздался из-за входной двери магазина, когда он вышел вместе с Мерой. — Она была чудовищем, скрывавшимся в тени до меня.

Я сердито посмотрела на него, надеясь, что он замолчит.

— Это была моя прошлая жизнь. А теперь я просто… Ну, я понятия не имею, кто я, но надеюсь, у меня будет шанс это выяснить.

Мера, не теряя времени, обняла меня, по-своему понимая, что мне тяжело, хотя я и не говорила ей об этом прямо.

— Всё будет хорошо, — прошептала она, отстраняясь. — Я вижу для тебя светлое будущее, Ангел. Есть причина, по которой ты переродилась — причина более веская, чем то, что я не думаю, что смогла бы выжить без тебя. Нам просто нужно набраться терпения, и правда откроется.

Симона взяла ее за руку, соединив нас троих.

— Беременность сделала тебя философски настроенной. Мне это нравится.

Мера крепче обняла свою лучшую подругу.

— Да, и поэтому я хотела бы узнать, готова ли ты рассказать мне, что произошло между тобой и одним вампиром. Я ужасно ненавижу, когда моя лучшая подруга что-то от меня скрывает и не позволяет мне помочь.

Вся радость и веселье, что когда-то читались на лице Симоны, исчезли так быстро, словно кто-то взял тряпку и одним движением стер их.

— Я не могу, — выдавила она из себя, голос ее дрожал, словно она повредила горло. — Из-за принуждения это сложно, и пока я не придумаю, как его преодолеть, все остальное будет казаться запутанным.

Губы Меры сжались.

— Мне нужно убить Люсьена, просто проткнуть этого ублюдка колом прямо в сердце.

Симона кашлянула, а затем покачала головой.

— Нет, пожалуйста. Это не его вина. Он пытался мне помочь, но в Валдоре произошло что-то странное. Теперь мне просто нужно двигаться дальше, забыть обо всем, что случилось.

Мере это по-прежнему не нравилось, но она и не стала спорить снова. По крайней мере, сегодня.

— Да, думаю, я могу это понять. Просто мне больно видеть, как тебе больно, и нет никакого способа это исправить.

Симона крепко обняла её, держась за Меру так, словно та была её спасательным кругом.

— Я знаю, что ты меня любишь, и я люблю тебя за это. Но обещаю, — она отстранилась, — со мной всё в порядке. Возможно, я даже скоро снова начну встречаться с кем-нибудь, и, надеюсь, это тот шаг вперёд, который мне нужен, чтобы забыть Валдор.

— Снова начать встречаться — это хорошо, — кивнула Мера. — Было бы приятно знать, что кто-то еще заботится о тебе, ведь твои родители — обычные люди, живущие своей отвратительной жизнью в реальном мире.

Симона печально рассмеялась.

— Даже когда они здесь жили, их это не особо интересовало.

— Это правда, — ответила Мера с грустной улыбкой.

Тень откашлялся, прервав их разговор.

— Что касается свиданий, я бы посоветовал не говорить об этом Люсьену. У него вспыльчивый характер по отношению к Симоне, даже если он не признается, почему.

Симона защитно скрестила руки на груди.

— Он не имеет права даже думать обо мне, не говоря уже о том, чтобы из-за этого злиться. Он сделал свой выбор, и теперь я делаю свой. Говори ему что хочешь, но обязательно упомяни, что у меня всё хорошо. У меня свой бизнес, и я флиртую с оборотнем, с которым, возможно, даже рискну связать свою жизнь. Мне не нужен этот вампир в моей жизни.

Тень лишь кивнул, сохраняя нейтральное выражение лица, но я знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что под маской таятся глубокие мысли.

Симона, закончив разговор, повернулся к Мере.

— Сколько ты еще пробудешь здесь? Когда я снова тебя увижу?

Время на Земле течет по-другому, чем в других мирах. Если бы мы провели в пустыне несколько недель, это легко могло бы превратиться в два месяца по земному времени.

— У нас есть несколько минут, — быстро сказала Мера. — Может, пообедаем? Малыш голоден.

Это подтолкнуло её пару к действиям, и он тут же повёл нас в ближайшее кафе, где с гордостью висело меню специальных предложений, включающее тушеную говядину, оленину и целого кролика, запечённого на вертеле.

Оборотни не сильно эволюционировали по сравнению со своими звериными формами, особенно в своих пищевых привычках.

Внутри это было похоже на любую другую закусочную, которую я когда-либо видела: множество кабинок, красно-белая клетчатая отделка и длинная барная стойка, за которой стояли напитки, соусы, столовые приборы и несколько скучающих на вид официантов. Как только они заметили наше прибытие, трое из них бросились к нам, чтобы помочь сесть за столик.

— Мера! — воскликнула одна из женщин с золотисто-каштановыми волосами и большими серыми глазами. — Что ты здесь делаешь?

Выражение лица Меры мало что выражало, когда она сказала:

— Привет, Грета, как дела? Я просто навестила Симону, чтобы пообщаться, и мы надеемся попробовать это всемирно известное рагу.

Грета тяжело сглотнула, ее взгляд метнулся к Тени, а затем вернулся к Мере, когда она не смогла выдержать взгляд зверя дольше, чем мгновение.

— Для всех? — пискнула она.

Мера взглянула на меня, и я покачала головой.

— Две, пожалуйста, — сказала она официантке, — и немного воды.

Грета поспешно удалилась, немного неуверенно держась на ногах.

— Эта чушь случается каждый раз, когда Тень ходит среди оборотней, — фыркнула Симона. — Можно подумать, что он бог или что-то в этом роде.

Тень выпятил грудь, и из него вырвалось обычное раздраженное рычание.

— Не волнуйся, пара, — сказала Мера, похлопав его по руке. — Я защищу тебя от дам.

Он нахмурился, прищурив глаза, но прежде чем он успел что-либо сказать, Мера отвернулась, уже занятая своей подругой.

— Джексон сейчас в Новом Орлеане, — сказала Симона. — И вместе с тремя другими альфами они действительно отлично справляются с управлением Тормой.

— Я не думала, что это сработает, — ответила Мера, как раз когда принесли рагу. Грета поставила на стол два огромных белых керамических блюда, а затем стаканы с водой. — Наличие более чем одного альфы кажется рецептом катастрофы, но, похоже, это на самом деле привело к более взвешенному подходу, к созданию совета, который принимает решения путем голосования.

Симона, которая уже начала есть, на секунду задумалась, прежде чем ответить:

— В целом да. Голосование большинством, а также коллективное голосование. С тех пор как Вулфов отстранили от руководящей должности, здесь стало спокойнее.

Мера, которая теперь уже ложками ела суп, просто кивнула.

— Ты что-нибудь слышала о Торине? — наконец спросила она, переведя дух.

Никто из нас не удивился, когда Тень пробормотал:

— Надо было оторвать ему к черту голову.

— Ни слова, — сказала Симона, её губы дрогнули. — Он, вероятно, мертв. По-видимому, обычная простуда убивает людей, и этот ублюдок точно подхватил бы человеческий грипп.