Ты (не) в моём коде (СИ), стр. 33

Испуг настоящий, а значит, и всё остальное тоже.

Осталось только, как Тая говорит, не просрать.

Я не торопил.

Просто шёл рядом и улыбался куда-то в небо, как блаженный.

Её рука в моей руке.

Хватит пока.

Кактусы тоже цветут.

Бросил на неё взгляд. Она смотрела на аллею, улицу и дорогу как-то сквозь предметы, рассеянно. Сжал её хрупкую ручку в своей.

Что ж, я сам труханул не на шутку. Но оно того стоило.

Губы сами собой снова растянулись в улыбку, и мне показалось, что Тая наконец-то оживает.

43. Как заяц. Тая

Ночью, когда мы добрались домой, я юркнула в душ раньше, чем успела додумать хоть что-нибудь внятное. Горячая вода и всё тот же злой стыд, вот и всё, что было. На себя за то, что даже не профильтровала, в какой момент пропала, и как руки оказались там, где не надо.

А потом долго стояла в ванной комнате, прислонившись к двери лбом.

Если бы он снова... Ноги подкашивались. Было чертовски страшно, потому что я за себя не отвечала. Тело жило своей жизнью. Но если раньше я всегда себя контролировала, то там, на набережной, нет. Вот от слова совсем. И было совершенно непонятно, что с этим делать. Когда тебя просто несёт...

Женя действовал на меня странно. Будто у меня отказал мозг. Хоть головой об эту дверь побейся. Встанет на место? Вот вряд ли, что-то мне подсказывало.

И я, как трусливый заяц в клиническом идиотизме, стояла и слушала, когда звуки на кухне улягутся, чтобы не быть пойманной врасплох. Потом прошмыгнула к себе.

Перед сном заглянула к Лене. Вещей было мало. Точнее, их было слишком мало для «уехала на неделю». Любимый плед на месте, но духи со стола исчезли. Несколько книг. Та бежевая кофта, которую она надевала дома каждый вечер. Я постояла в дверях и закрыла их тихо.

Утром вышла на кухню, оказалось, Лёша вернулся ночью или под утро, не знаю. Я не слышала, потому что отрубилась без задних ног. Проверила телефон, в чате с сестрой висело сообщение:

Гения Евгенина: «Доехала, всё норм! Не забудь к маме доехать»

Я хмыкнула. Хорошо, что Лена добралась, а вот ехать мне туда совсем не хотелось. Накидала ответ:

Я: «Пиши, что там как, не пропадай!»

И убрала телефон в карман.

44. Звонок и чат. Женя

Лёша сидел за столом, подперев подбородок рукой.

Помятый не катастрофически, но заметно. Без своей обычной собранности. Просто сидел и смотрел в кружку, помешивая в ней ложкой.

Я налил себе кофе, сел напротив. Тая вышла из своей комнаты в джинсах и футболке с той самой надписью, волосы убраны наспех, правда, не карандашом.

Могла бы остаться у себя, работать там, Лена ей помешать не могла, но Тая села на кухне, открыла ноутбук, придвинула к себе.

Моя кружка стояла рядом с её ноутом. Она потянулась к ней машинально, отпила глоток и только потом подняла глаза.

— Ой. Прости, я автоматом. Сейчас сделаю второй.

— Пей мой, не жалко, — сказал я.

Она чуть замешкалась и потом вернулась к экрану. Лёша наблюдал за этим. Молча, с тем же выражением, подбородок на руке, взгляд тихий. Потом сказал:

— Маша с Гришей, ты ведь хотела их свести с подругами под его проект?

Тая не подняла голову от экрана.

— Да. Скажу им, когда созвонимся.

— Я по живой музыке могу вписаться. Если нужно, договорюсь с ребятами.

— Хорошо.

Она просто кивнула, и всё. Никакого продолжения, вернулась к экрану. Лёша помолчал. Посмотрел на меня. Слышал, каким голосом она ему отвечала. И каким — мне. Разница была. И я видел, что он её поймал. Невольно глянул на Таю. Вспомнил вчерашнюю набережную. Её пальцы у себя на загривке. И как вчера, от этого сразу стало горячо. Улыбка сама расползлась по лицу.

В этот момент Тая встала.

— Забыла зарядку, — сказала она и вышла в коридор.

Лёша подождал секунду. Доверительным голосом врача, констатирующего диагноз, прозвучало:

— Да ты поплыл, брат.

Я потёр затылок.

— Да, есть такое.

Он чуть усмехнулся, первый раз за утро. И подмигнул.

— Дорого, что это она.

Я посмотрел на кружку на столе.

Да. Тая — это тебе не Крис. И это до усрачки здорово.

Тая вернулась, села, воткнула зарядку, а Лёша снова уставился в свою кружку, тихий, немного опустошённый. Из него словно вынули шест.

Телефон завибрировал у меня в кармане. Номер маминого врача. Когда Вячеслав звонил, душа уходила в пятки. Я встал, вышел чуть в сторону.

— Женя, здравствуйте. Я по матушке вас беспокою.

— Слушаю.

— Курс провели, как обычно. Она отходит тяжелее обычного.

— Прогноз?

Пауза. Длинная. Чёрт, как мне это всё не нравится.

— Пока что всё стабильно, но ресурс исчерпывается. Если она будет всё хуже и хуже переносить химию, сроки сократятся. Точно не скажу. Но вы бы приехали, поговорили с ней.

— Да... Буду завтра у вас.

Я на ходу потянулся к кружке, отпил глоток, чтобы прочистить горло и добавил:

— Попробую ещё раз. Может, она всё-таки согласится. И спасибо, что держите в курсе, Вячеслав Фёдорович. До завтра.

Вячеслав попрощался, и я убрал телефон, вернулся к столу.

Тая смотрела на меня. Лёша тоже.

— Маме хуже? — спросила она тихо.

— Нет. Стабильно. Но надо ехать… — Я сел, ноги стали ватными, всё-таки переволновался. — …Завтра утром.

Она кивнула, помолчала какое-то время.

— Артёма я подстрахую, пока тебя нет. Добавь меня в чат команды, если что будет, пишут мне.

— Тай…

— Не спорь. — Она снова смотрела в экран. — Просто добавь.

— А проблем на работе не будет?

— Нет, я возьму отпуск. Всё равно надо было заняться редактурой. Совмещу приятное с полезным.

— Редактурой? — переспросил Лёха.

— Ага, редактурой. — Тая продолжала набивать на лептопе что-то, даже не поднимая глаз.

Лёша смотрел на нас с тем выражением, с которым вчера слушал «Листопад». Запрокинул бы голову в потолок, я бы не удивился.

Я открыл телефон и добавил её в чат команды. Написал:

Я: «Уеду на несколько дней, постоянно доступен не буду. Если что, пишите Тае, добавил в чат. Она введёт в должность нового девопса, Артёма»

Сразу же прилетело сообщение от Ивана, нашего прогера:

И: «Ху из Тая?»

Я: «Мой зам.»

И: «Не знал, что у тебя есть зам.»

Я: «Теперь есть»

И: «Надолго?»

Я: «Надеюсь, навсегда. Ещё вопросы?»

Встрял Петька, веб-дизайнер.

П: «В теме?»

Т: «Бэк норм, девопс норм, фронт слабо, нужна поддержка»

Т: «По архитектуре поняла, но, если на дейли дадите больше вводных, респект».

Чат затих на какое-то время. Я поднял глаза на Таю. Она что-то уже набивала за ноутом. Подняла голову, когда у нас синхронно пиликнули телефоны.

П (в ответ на моё сообщение): «У матросов нет вопросов :)»

П (в ответ Тае): «конечно, о чём речь»

— Ну вот и славно, — сказала Тая.

— Хорошие котики, — откомментировал я, вспоминая книгу о том, как вести команду разрабов, с названием «Как пасти котов».

— Ага, — засмеялась Тая. — Они все хорошие, когда спят зубами к стенке. И точат вилы за спиной пастуха.

— Тогда уж когти. Но вряд ли они рискнут, когда поймут, с кем имеют дело, — усмехнулся я. Но мысли вернулись к маме, и веселье сдуло.

— Хорошо, — сказала она. И отпила ещё глоток из нашей кружки. — Всё будет в ажуре, даже не переживай.

45. На расстоянии. Тая

Первое сообщение пришло, когда я ещё не успела сварить кофе.

Ж: «Сел в Ласточку. За окном Подмосковье кончается, начинается Россия».

Фото: рельсы, уходящие в серое утро, на переднем плане стакан в подстаканнике.

Я: «Подстаканник — это серьёзно)»

Ж: «Единственное, ради чего сто́ит ездить поездами».

Ж: «Хотел на машине поехать, но теперь рад, что поездом. Иначе остался бы без подстаканника».