"Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 45

— Проходите. Устроимся в гостиной.

Йеппе проследовал за Анной в комнату с низким потолком — казалось, помещение обставляла женщина солидного возраста: ковер от стены до стены, стеклянный столик и диван из кожзаменителя цвета детской неожиданности. На стене висела фотография, сделанная во время какой-то студенческой поездки — на снимке Анна Расмуссен была гораздо более юная и худая, нежели теперь, взгляд у нее горел. Сложно было поверить в то, что перед ним стоит сейчас та же самая женщина, что смотрит с фотографии.

— Хотите колы?

На этот раз Йеппе не отказался, ему не помешало бы слегка взбодриться. Анна принесла стаканы из матового стекла, наполненные кока-колой без сахара. Она пальцами держала стаканы за верхний край, и Йеппе еле сдержался, чтобы не вытереть отпечатки пальцев на стекле, прежде чем сделать глоток.

— Это ваш собственный дом?

— Бабушкин. Но я живу здесь временно. — Девушка говорила чересчур монотонно и как-то странно произносила звук «р».

Йеппе поднес стакан к губам, так что пузырьки защипали ему нос, но затем отставил.

— Я должен поставить вас в известность о том, что вы не обязаны высказываться. Хорошо?

Она кивнула.

— Как уже было сказано, я пришел к вам, чтобы расспросить вас о прошлогоднем путешествии, которое вы осуществили вместе со своей подругой.

— С Жозефиной.

— Точно. В октябре прошлого года вы переплыли Атлантику в компании… Стива?

Она вновь кивнула.

— Как я понял из рассказа Жозефины, это была не слишком удачная авантюра?

Неожиданно Анна Расмуссен беззвучно рассмеялась, и Йеппе не сразу понял, что ее мимика была непроизвольной, на самом деле она вовсе не собиралась веселиться.

— Вы нашли его?

— Нет-нет. Насколько мне известно, на данный момент Стив не объявлен в розыск. Должен признаться, мой интерес к обстоятельствам вашего путешествия скорее косвенный.

— Понятно. — Улыбка на ее лице появилась вновь и исчезла так же внезапно.

— Опишите мне ваше плавание. Что в нем было плохого? — Йеппе подался вперед, постаравшись принять позу, располагающую к доверительной беседе.

— Просто нам пришлось слишком туго. Мы такого совсем не ожидали. — Анна вытерла каплю кока-колы с подбородка и засунула обе руки себе под ляжки.

— Что вы имеете в виду? — Она пожала плечами и закусила губу. Йеппе ждал ответа, но ответа не было. — Он как-то неправильно вел себя? Стив.

— Да. По крайней мере, на мой взгляд. Часто.

— Вам оказалось сложно пережить сложившуюся ситуацию?

— Я до сих пор на больничном. Если бы это было ПТСР [37], страховка все покрыла бы.

— А что вы теперь думаете о совете, который дали вам эксперты «Мэдс и Монополии», единогласно высказавшись за путешествие?

Заставляя Анну Расмуссен копаться в собственном прошлом, Йеппе никак не мог избавиться от ощущения собственной подлости. Девушка явно не получила помощи, достаточной для того, чтобы снова встать на ноги.

— Хм, даже не знаю… Наверное, мы бы согласились поплыть с ним, независимо от их совета? — Она произнесла эту фразу с вопросительной интонацией. Словно сомневаясь, что ответ был таким, какой Йеппе хотелось услышать.

— То есть вам не кажется, что ситуация… в которой вы теперь очутились, связана с советом, полученным в программе?

— Ну, они ведь не виноваты в том, что Стив таков, каков есть. — Анна принялась напевать какой-то мотив, но резко замолчала, наткнувшись на проницательный взгляд Йеппе.

— Где вы были в среду вечером?

Анна отпила кока-колу из стакана, прежде чем ответить.

— В Ворк Баккер. Я только вчера вернулась после недельного пребывания в лагере — я волонтер Добровольной детской ассоциации. Можете позвонить им и спросить. Или посмотрите на Фейсбуке — туда выложили фотографии с нашего мероприятия.

— Скауты? — Йеппе испытал огромное облегчение, узнав, что она вовлечена в социальную жизнь. Так что он даже не успел осознать, что Анна никак не может быть замешана в криминальном деле, и расстроиться. Честно говоря, он не рассчитывал на подобный исход.

Она осторожно улыбнулась.

— Было холодно! Тем больше поводов разжечь костер.

— Как вы думаете, есть ли в вашем окружении человек, в котором совет «Монополии» мог пробудить злость и желание призвать экспертов к ответу? Ваши родители, друзья?

Она посмотрела на Йеппе так, что он почувствовал неловкость за свой вопрос. На какую-то миллисекунду отяжелевший взгляд сообщил ему, насколько утопично предположение о том, что кто-то из ее окружения станет за нее заступаться.

Йеппе попрощался с девушкой и с раздражением окончательно решил больше не тратить время на фантастические теории Эстер ди Лауренти. У него было полно других дел, кроме как выступать в роли духовника для людей, решивших доверить право жизненно важного выбора экспертам «Мэдс и Монополии». Надо было сосредоточить все внимание на Вести, вернуться на протоптанную тропинку.

Йеппе сел в машину, посмотрел на циферблат на панели приборов и ощутил укол сожаления в связи с утонувшими часами. Было пять часов, и он уже устал. Вконец измотан и исчерпан на предмет свежих идей. Он нацелил навигатор на Вальбю и с тяжелым сердцем отправился домой.

Глава 18

Анетта вылила остатки из третьей чашки кофе из автомата. Она ощущала дискомфорт. Она вроде не замерзла и не устала, обычно дискомфорт у нее был связан с этими двумя факторами; это был какой-то иной тип дискомфорта, она даже затруднялась выразить его словами. Всегда свеженькая, как огурчик, ровно с того момента, как открывала с утра глаза, теперь она ощущала себя изможденной большую часть дня. Такое состояние напомнило ей о том, как однажды они со Свеном три дня подряд счищали обои из опилок со стен в доме 14 по улице Хольмеос. Тогда у нее кружилась голова и она чувствовала себя совершенно измочаленной, вынужденная стоять в облаке клеевой пыли и взирать на нескончаемые полосы обоев. Надо бы сократить потребление кофе.

Анетта пожалела, что вытащила свой новый тонометр из машины и переложила в нижний ящик комода под летнюю одежду. В данный момент она хотела бы знать, в каких цифрах выражается ее дурное самочувствие.

— Он пришел. Один! Без всякого адвоката. Я направил его в шестой кабинет. — Ларсен стоял в дверях и бодро улыбался. — Пойду приготовлюсь к предстоящему действу.

Допрос Йоханнеса Ледмарка не будет приятным. Она была немного знакома с ним и не собиралась устраивать ему перекрестный допрос. Однако тот факт, что он подозревался в предумышленном убийстве, брал верх над всяким сочувствием. Анетта встала и направилась к комнате номер шесть со стопкой материалов, необходимых для допроса.

Йоханнес Ледмарк выглядел плохо. Он осунулся, от прежнего очарования не осталось и следа. Ларсен авторитарным тоном приступил к изложению сути обвинения, когда Анетта обошла стол и села рядом с ним. Йоханнес следил за ней, не спуская глаз.

— Здравствуйте, Йоханнес. Как вы?

— Лучше не бывало, — сказал он, не дрогнув. — Ровно с того момента, когда я получил «Серебряного медведя».

Анетта предпочла проявить снисходительность в отношении его сарказма. Негоже бить лежачего, даже если он плюет тебе в лицо.

— Йоханнес, для начала позвольте мне попросить вас рассказать, что вы делали в пятницу во второй половине дня. Позавчера, в пятницу двадцать девятого января. Где вы были, когда и с кем?

— Вы имеете в виду после вашего с Йеппе визита? — Он настороженно посмотрел на Анетту. — Я несколько часов подряд проспал. Затем беседовал со своим партнером, принял ванну, немного перекусил. Позже я встретился с Йеппе в «МакКлууде». В пять вечера.

— Будьте добры, подтвердите, что речь идет именно о руководителе следственной группы Йеппе Кернере. — Пульс стучал у Анетты на шее так громко, что она слышала его удары в паузах между словами.

— Да, я встречался с Йеппе Кернером. — Йоханнес посмотрел на нее с недоверием, словно она пыталась подсунуть ему подержанную машину вместо новой. — Но это была частная встреча.