"Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 372

– Рой! – позвал он. Тот, глядя в дверцу автомобиля, шмыгнул носом. Джеймс дотронулся до его плеча. – Рой, послушай меня.

– Сара истекала кровью, и я ей не помог.

– Рой!

– Позволил ей умереть.

– Рой, заткнись! Вини во всем меня.

– Что? – Рой ошарашенно моргнул.

– Это я тебе сказал не высовываться. – Джеймс проглотил набравшуюся в рот, отдающую металлическим привкусом кровь. – А ей велел не шевелиться. Вина на мне. Я виноват, и поэтому твою невесту убили. Я, а не ты.

Повисло неловкое молчание. Джеймс сам не понимал, искренне говорит он или нет.

Наконец Рой пожал плечами:

– Можно считать, что мы все уже мертвы. Когда вернется джип и подцепит вашу машину, откроется сезон охоты на нас. Так что – какая разница?

– Разница в том… – Джеймс усмехнулся. – Я думаю, у Глена Флойда есть оружие.

Эль от неожиданности вскрикнула.

– Я понял это по его походке, – пояснил он. – Заметил, как топорщилась одежда на бедре.

– Точно? – Лицо Роя совсем не изменилось.

– Нет. Интуиция.

– Тогда откуда ты знаешь?

– Говорю же, интуиция.

– Лет в шестнадцать я была в походе, которым руководили парк-рейнджеры. – В голосе Эль прозвучала надежда. – Так вот, по-моему, они были при оружии.

– Нужно забрать у Глена пистолет, – продолжил Джеймс. – И когда тот псих вернется за нашей машиной, устроим ему самый большой в жизни сюрприз. Завладеем его внедорожником и выберемся из этого места. Тогда ничто нас не остановит.

– А если у него нет пистолета? – прищурился Рой.

– Хуже, чем сейчас, не будет.

– Только есть одна проблема. – Эль откинула голову и посмотрела на скрюченное тело Глена. Тот лежал на дороге там, где в него угодила роковая пуля. – Он все равно что на Луне.

– Вспомни про секунду, – улыбнулся муж.

– Что?

– Про ту секунду, о которой мы узнали, когда он разбил твой фотоаппарат. Мысль стрелка должна опережать нас на секунду. Плюс время, когда он обнаружит цель и возьмет на мушку. Таким образом… у нас в запасе целых две секунды.

– Две секунды, – разочарованно протянула Эль.

– Старый аппарат у тебя остался?

Она взяла его с заднего сиденья и принялась разрывать пузырчатую упаковку.

– Только учти, у «Сони» совсем небольшое увеличение.

– Он этого не знает. – Джеймс показал на противоположную сторону долины. – Поставим под бампером, как ты сделала в прошлый раз.

– Он его опять расстреляет.

– Да. Но это будет означать, что он станет метить в аппарат. – Джеймс покосился на Глена. – Это даст нам первую секунду. Через долю секунды после того, как камера разлетится, я брошусь к телу.

– Как быстро ты до него доберешься?

– За полторы секунды.

Эль поморщилась.

– Две секунды, – продолжил муж. – Отлично. Пока укладываемся.

– К этому времени он уже, вероятно, будет в тебя целить и давить на курок.

– Не исключено. – Репетируя движение, Джеймс открыл и закрыл ладонь. – Еще секунда, чтобы распахнуть куртку, расстегнуть кобуру и забрать пистолет.

– Он тебя убьет.

– Больше секунды у трупа я не задержусь. Если он в меня выстрелит, то промахнется.

– Хорошо. – Рой подался вперед, как футболист во время совещания на поле, и заговорил неожиданно четко и сосредоточенно, словно уже раньше занимался чем-то подобным. – А если потребуется больше секунды, чтобы вытащить пистолет? Или снайпер просечет, что твоя цель – тело старика, и выстрелит до того, как ты там окажешься?

– У него… – Джеймс проглотил застрявший в горле ком. Он прекрасно понимал, что это самый большой пробел в его плане, – у него будет очень мало времени, чтобы спрогнозировать мои действия.

– А если все-таки сумеет?

– Возвращение займет еще две секунды. – Джеймс не позволял себе критически оценить свою сумасшедшую затею, потому что это только бы выявило в ней новые недостатки. – Я брошусь в сторону багажника, но на половине пути, чтобы сбить его с толку, изменю направление и таким образом заработаю последнюю секунду. Пять секунд и четыре изменения направления.

– Эш бежала зигзагом, – буркнул Рой. – Однако он ее достал.

– Допускаю, что он хороший стрелок. Но не идеальный.

– Как и твоя глуповатая идея.

– Математический расчет! Теоретически задача выполнима. Можешь сомневаться в моем таланте бегуна, можешь не верить, что я способен хорошо петлять. Однако ты должен согласиться, когда я говорю, что один прибавить один, прибавить один, прибавить один равно четыре.

Рой пожал плечами:

– Если в итоге получится пять, ты покойник.

– Если глупость работает на достижение цели, это уже не глупость.

– Только сначала надо добиться результата, а потом утверждать это.

– Джеймс, любимый, ты делаешь слишком много допущений. – Эль оторвала последний кусок липкой ленты и вложила аппарат мужу в руки. «Сони» был больше и тяжелее «Никона», со встроенным аналоговым видео и серебристым сколом из-за того, что пять лет назад Джеймс уронил его на пристани для яхт. – Одна ошибка, одна неучтенная деталь, и ты лишишься своей форы в секунду. Ну, например, за сколько времени ты можешь расстегнуть кобуру пистолета?

– Выясню.

– Нет, так не годится. – Рой протер глаза. – Мой отчим носил оружие, и в юности я играл с его кобурой. Они бывают разного типа в зависимости от марки пистолета – «кольт» или какой-нибудь иной. В одних пистолет просто вставлен, и его легко выдернуть. В других, как у шерифов, застегивается на пуговицу, которая продевается…

– Ты о чем?

– О том, что если ты никогда не имел дело с кобурой, то у тебя ничего не получится. Провозишься дольше секунды. Для тебя это новое движение, здесь нужен инстинкт. А у меня сохранилась мышечная память. Не так, чтобы очень, но будем надеяться, достаточно.

– Ты намерен идти?

Рой едва заметно кивнул.

– Глуповатая идея – твои слова, – заметил Джеймс.

– Я от них не отказываюсь.

– Что же изменилось?

– Ничего. И ничего не изменится, если мы не попытаемся что-нибудь предпринять. – Рой подался вперед, необыкновенно серьезный в своей футболке с надписью: «Я вас всех имел». – Я был не до конца с вами откровенен. У меня имеются причины, важные причины не словить здесь пулю. Вот так-то, Джеймс. Я все выполню, только при одном условии.

– Слушаю.

– Так вот. – Рой прикусил губу. – Когда тот подлец вернется, чтобы подцепить на буксир вашу машину, я хочу быть тем, кто выстрелит ему в морду!

Уильям Тэпп замер и прислушивался к изменению ветра.

Как всякий разумный человек он понимал, что наступившая тишина иллюзорна. Все находится постоянно в движении. Он представил, как под его животом раскалываются и стонут, словно динозавры, тектонические плиты. Земля вращается на оси с такой силой, что выпячивается на экваторе. Даже Солнечная система – одна из миллионов осколков расширяющейся Вселенной – несется в пространстве, будто горсть брошенных камешков. Стрельба на дальние дистанции перестает быть собственно стрельбой и превращается в нечто иное. Каждые лишние сотни метров дистанции добавляют в уравнение новые измерения аккуратности и инстинкта. Даже немного воображения. При стрельбе на милю и дальше Тэпп ощущал себя координатором или устроителем, помогающим встретиться цели и выпущенной пуле – двум движущимся объектам в движущемся мире, – чтобы оба одновременно оказались в нужной точке в нужное время. В пределах сантиметра и миллисекунды.

Время заканчивается.

Ничего подобного.

Заканчивается. Остается всего два часа.

Тэпп почувствовал, как пропитанный солоноватым привкусом береговой ветер рвется на сотни миль в глубь суши. Над западными холмами распространяется готовая пролиться дождем область пониженного давления, а над горизонтом формируется масса кучевых облаков и встает тень громыхающей грозовой тучи. Его желтые флажки один за другим начинали трепетать. Воздух взбалтывался и становился жиже. Все константы нужно корректировать.