"Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 252

– А если он в это время сбежит?

– Вы шутите? Слишком лакомым кусочком он владеет, чтобы все взять и бросить. Кроме того, готова поклясться, что его жена об этих делах ничего не знает.

– Вижу, вас посетило вдохновение, инспектор.

– Без вдохновения преступление не раскроешь.

– Без вдохновения и хорошего знания французского…

Агусти Пуиг фигурировал в наших архивах. Его настоящее имя было Иларио Эскорса, и он дважды отбывал небольшие тюремные сроки. Мошенничество в мелких размерах. Работая агентом по продаже недвижимости, он ухитрился присвоить один из платежей вместе с задатком. Его разоблачили. Два года спустя он устроился менеджером по связям с общественностью в дискотеку. И сдавал помещение для частных вечеринок, не ставя об этом в известность хозяина. Новый срок. Мелкий мошенник, одно из множества дел, хранящихся в полицейских архивах. Очевидно, на сей раз он решил открыть собственную фирму и подзаработать за счет возвращения собак хозяевам.

– Согласен… – сказал Гарсон. – Но на убийцу он не похож.

– Не думайте, что смерть Лусены была заранее спланирована. С каждым разом я все больше убеждаюсь, что речь идет о разборке между напарниками, один из которых просто не рассчитал удара. Это позволяет совершенно по-другому взглянуть на наше дело. Нам противостоит не закоренелый преступник, способный на убийство, а дилетант, с которым произошел, так сказать, «несчастный случай».

– Такие суммы, что хранил Лусена в своей берлоге, дилетантам не платят.

– Возможно, все они были замешаны в более серьезных делах.

– Если так, то наше расследование подходит к концу.

– Думаю, да.

– Тогда можем сейчас же поехать проверять счета Эрнесто Павиа – разрешение судьи у меня есть.

– Спешить некуда. Давайте оставим ему выходные, чтобы он мог сделать ход по собственной инициативе. За ним присматривают?

– Да, но я все равно побаиваюсь, что он от нас ускользнет.

– Не волнуйтесь, истинные коммерсанты ведут себя так же, как капитаны тонущего судна.

– Это означает, что выходные у нас свободны.

– В принципе, да, но бдительности терять не будем.

– В отношении выходных… Я подумал… Если, конечно, вам это будет удобно… Мы могли бы устроить ужин с Валентиной в субботу, а с Анхелой – в воскресенье.

Я иронически усмехнулась.

– Вот это, я понимаю, новоселье! Почище открытия Суэцкого канала. А третьей кандидатки у вас случайно нет на вечер в пятницу?

– Хотелось бы знать, долго ли мне еще выносить ваши шуточки.

– Такова цена. Если хотите, чтобы я вам помогла с подготовкой, придется терпеть мое тонкое чувство юмора.

– Не вынуждайте меня напоминать, кто избавил вас от обоих ваших мужей.

– Странствующие рыцари не предъявляют счетов. А я вдобавок требую от вас согласия на то, чтобы на ваших чертовых вечеринках я присутствовала вместе с Ужастиком. Бедняжка целыми днями сидит дома один или с моей помощницей, которая считает его уродом и потому наверняка оказывает на него дурное психологическое воздействие. Думаю, что в результате от его собачьего эго остались одни ошметки.

– Вредная вы женщина, Петра!

– Вы мне это уже говорили.

В тот же вечер я позвонила Хуану Монтуриолю и сообщила ему о двойном – по стратегическим соображениям – новоселье у Гарсона. Он долго смеялся, что было кстати, ибо помогло растопить ледок в наших отношениях. Он согласился сопровождать меня оба раза, причем с радостью. Не знаю, было ли его согласие вызвано тем, что он еще не совсем утратил ко мне интерес, или же просто его забавляли запоздалые любовные приключения младшего инспектора. Впрочем, я не собиралась философствовать на эту тему – главное, что он будет.

В шесть часов вечера в субботу, наконец-то отдохнув и приведя себя в порядок по полной программе, включая маски, я взяла Ужастика, тоже приведенного в божеский вид, и заявилась с ним к Гарсону. А через десять минут мы с младшим инспектором уже дружно, как два новобранца, только что призванные в армию, чистили картошку. Мой напарник демонстрировал редкостное неумение в обращении с ножом, и я не на шутку опасалась за сохранность его толстых пальцев. Более того, видимо, считая, что такое простое занятие не требует сосредоточенности, он без конца разглагольствовал на тему нашего расследования.

– Подведем итоги, инспектор. Вы же знаете, мне необходимо время от времени подводить итоги. Итак, парикмахер и собачий детектив оказались сообщниками. По всем признакам, они совместно проворачивают грязные дела, имеющие отношение к собакам. Вопрос: что это за дела? Ответ: похищение породистых собак. Еще один вопрос: какое участие принимал в этом Лусена? Ответ: он был исполнителем, то есть воровал собак.

– Этот ваш ненужный допрос выбивает меня из колеи. Лучше поторопитесь с картошкой, видите, я уже кончила.

– Не беспокойтесь, я продвигаюсь медленно, но верно. Так вот, если Лусена похищал собак, то чем занимался Rescat Dog? Возвращал их – в полном соответствии со своим названием. Это кажется логичным.

– Потыкайте вилкой в картошку. И пусть она немного постоит в воде.

– Хм, это что-то новенькое. Правильно, будем исходить из этого. Лусена похищает собак, а Пуиг забирает их, отвозит в надежное место и водит за нос владельцев, получая с них деньги за фиктивные поиски. Но какова тогда роль парикмахера в этом процессе?

Я показала ему свои руки, запачканные кровью барашка и пахнувшие чесноком.

– У вас есть виски, Фермин?

– Хотите добавить в жаркое?

– Нет, но мы могли бы принять по глотку. На кулинаров это всегда действует вдохновляюще.

Он торжественно достал два стакана. И вновь погрузился в размышления. Его мозг был по-прежнему сосредоточен на умозрительных выводах.

– Никак не пойму, какова роль парикмахера во всей этой афере.

Я повернулась к нему, забыв про жаркое:

– Парикмахер – основная фигура. В первом приближении я бы сказала, что у него две задачи: с одной стороны, он отбирает среди своих клиентов подходящих собак, будь то с точки зрения состоятельности их владельцев или несложности похищения. С другой стороны, он рекомендует хозяевам собак обратиться в Rescat Dog.

Гарсон выронил из рук картофелину, которая покатилась по полу и была перехвачена Ужастиком, внимательно ее обнюхавшим.

– Точно! Вот так эта система и работает!

– Однако есть определенные «но» в этой системе, вызывающие сомнение. К примеру, слишком подозрительно, когда все украденные собаки обитают в одном и том же районе, рано или поздно на это обратят внимание. Поэтому я предполагаю, что и парикмахер, и детектив наладили контакты с другими коллегами, которые тоже поставляют им сведения. Не исключено, что мы столкнулись с настоящей преступной сетью, охватывающей весь город.

Руками, перепачканными в картофельном крахмале, он достал сигарету и закурил.

– Что вы делаете? Пока мы готовим, курить категорически запрещено!

– Я думал, мы кончили.

– Кончили? Уже восьмой час, а нам нужно еще нарезать зелень для салата, приготовить соус для его заправки и фрукты для десерта…

– Я по-прежнему считаю, что все связанное с едой – слишком сложная штука.

– Нарежьте-ка лучше салат, только не очень крупно.

– Ваша гипотеза мне очень нравится, Петра, ведь, если мы действительно имеем дело с широкой мошеннической сетью, распространяющейся на весь город, это объясняет наличие у Лусены крупных сумм.

– Ну конечно, он набил карманы, воруя собак! Удалите семена у помидоров.

– А мотив? Какой мотив был у его убийц?

– Мотив – деньги, в этом нет сомнения. Сейчас нам пока не важно, как складывались обстоятельства. Допустим, Лусена требовал большего процента и угрожал выдать их, если они ему откажут. Или обманом присвоил себе часть денег. Или собирался отделиться и действовать самостоятельно, что ставило под угрозу безопасность их дела, если бы его поймали. Или же просто-напросто запустил руку в кассу Rescat Dog, воспользовавшись беспечностью сообщников. Это абсолютно все равно, в любом случае они хотели припугнуть его либо наказать, но перестарались. Если бы они с самого начала собирались прикончить его, то всадили бы в него пулю или, при отсутствии огнестрельного оружия, нанесли бы один точный удар по затылку бейсбольной битой.