"Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 182
– Я ждала вашего прихода. Даже странно, что до сих пор вы со мной не связались.
Налив им кофе, она села за стол. Голос у нее был низкий, хрипловатый и напоминал ему о какой-то старой голливудской знаменитости. Он сложил руки на груди и попытался сосредоточиться.
– Так вам есть о чем нам рассказать?
Йеппе заставил себя посмотреть на собеседницу. Она сдула прядь волос, упавшую на глаза, и встретила его взгляд, не моргнув.
– Я не знаю ничего сверх того, что было написано в газетах, но есть поразительное сходство между убийством Юлии Стендер и рукописью, над которой работает Эстер и к которой у нас с Эриком был доступ в течение нескольких недель. И если бы я расследовала дело, то сочла бы это совпадение довольно подозрительным.
– Вот поэтому я и сижу сейчас перед вами. – Йеппе постарался передать голосом свое раздражение. К сожалению, это никоим образом не повлияло на несвоевременно проснувшееся либидо. – Когда вы впервые прочитали рукопись?
– Сразу, как только она выложила первую часть в начале июля, а потом и вторую часть – примерно неделю назад.
– И что это за текст? Опишите мне его!
– Ну, это черновик детектива. На первых страницах в основном описывается девушка, которая окажется жертвой. Когда Эстер загружала первую часть, убийство она еще не придумала, была в процессе, так она мне сказала. Описание убийства появилось тремя неделями позже, когда она выложила вторую часть текста.
– И что вы думаете о черновике?
– Там были некоторые композиционные огрехи, над которыми нужно было поработать, но в целом, я считаю, получилось интересно.
– Вы знали, о ком она пишет?
– Было понятно, что жилье героини напоминает дом самой Эстер, поэтому я и подумала, что ее вдохновили две девушки, жившие на втором этаже. Но я не очень-то связывала друг с другом эти обстоятельства. При создании литературного произведения всегда отталкиваются от реальности.
– Вы встречались с Юлией Стендер?
– Да, она прислуживала на встрече, которую Эстер устраивала еще в марте.
Значит, и Анна Харлов присутствовала на том ужине.
– Эрик Кинго тоже был в тот вечер, верно?
– Да, и многие другие. Например, мой муж. Нас было, наверно, человек десять – двенадцать.
Ему показалось или она чуть помедлила перед тем, как упомянуть мужа? Она задумчиво облизала губы кончиком языка, потерла указательным пальцем. Специально для него? Йеппе собрался с мыслями.
– И как вам тот ужин?
– Ну, было довольно мило, насколько я помню. Мы достаточно часто куда-то выбираемся, и тот вечер мне не слишком запомнился. Вас интересует что-то конкретное?
– Возникали ли какие-нибудь размолвки, происходило ли что-нибудь необычное?
– Не-ет, вроде бы ничего.
– Юлия Стендер общалась с кем-нибудь из гостей?
– Я сама с ней немного поболтала, спросила, как она устроилась в городе, определилась ли она, куда поступать учиться. В остальном общение сводилось к вежливым словам, когда она и другой молодой человек обслуживали гостей. Но сейчас, подумав, я вспоминаю, что видела, как Эрик в какой-то момент о чем-то разговаривал с ней на кухне. Я это запомнила, потому что он повысил на нее голос.
– В связи с чем, не знаете?
– Видимо, чем-то не угодила, обслуживая, или слишком слабый кофе заварила. Эрик бывает довольно-таки… как рабовладелец, если чем-нибудь недоволен.
Йеппе подавил улыбку.
– Ранее вы сказали, что между рукописью Эстер ди Лауренти и убийством Юлии Стендер может быть какая-то связь. Можете развить эту мысль?
– Я почти ничего не знаю об убийстве, ничего кроме того, что прочитала в СМИ. Я была занята, в начале недели меня не было в городе. Во вторник мой муж открывал галерею в Орхусе, я ездила с ним. Мы ночевали в отеле «Гульдсмиден». Но ведь совершенно очевидно, что преступник прочитал черновик.
– А что насчет Эрика Кинго?
– Эрик? – Она засмеялась. – Почему бы и нет? Но только если вы найдете мотив, связанный с деньгами или славой. Это единственное, что Эрика интересует. Альтернативой может быть мотив мести – если она сказала, что у него маленький член. – На последнем слове она посмотрела ему прямо в глаза. Нет, дело не в его воображении.
– И вы никому не показывали рукопись и не рассказывали о ней?
– Нет. В нашем литературном объединении прописаны четкие правила. Все материалы на сто процентов конфиденциальны, доступ к ним имеем только мы втроем. – Она вновь остановила на нем взгляд с легкой улыбкой, похожей на намек. – Слушайте, мне кажется, мы с вами ходим вокруг да около.
Йеппе потянулся было за чашкой кофе, но почувствовал слабость в руке и отвел ее в сторону. Его мозг заполнили образы Анны Харлов, обнаженной, брошенной на обеденный стол в разодранной на куски дорогой одежде, и его фаллоса, этого фениксоподобного орла, пылающего от вожделения и нацелившегося на ее плоть.
– Неужели? Что вы имеете в виду?
Стоит ей сейчас всего лишь кивнуть ему, и он не отвечает за последствия.
– Ну, одно дело, что кто-то прочитал текст Эстер у нас в Гугл Докс и воспользовался им. Но кто дописывает этот текст? Это точно не Эстер, она никогда бы не смогла написать такую мерзость.
Йеппе запил свое разочарование глотком кофе и смахнул рукой капли, пролитые на стол, прежде чем ответить.
– Дописывает текст? Не понял?
– Неужели вы не в курсе? – Она встала и взяла ноутбук с бюро в соседней комнате. Набрав несколько букв, она развернула экран, чтобы Йеппе мог следить по тексту. – «На ее светлых ресницах, четко выделяющихся на фоне бледной кожи, висели капли крови. На щеке был выгравирован узор, превративший кожу в драгоценность, в самое роскошное украшение в мире. Он наделил ее вечной красотой. А ее приятель осуществил чудесный полет…» И так далее. Это появилось вчера вечером, незадолго до полуночи, кажется. Кто это пишет?
Йеппе, чертыхаясь, вытащил телефон из узких брюк и набрал номер следователя Сайдани. Та ответила сразу:
– Я как раз собиралась тебе звонить. Я только что узнала, что появился новый текст. И его написала не Эстер ди Лауренти, я уже спросила у нее. Как раз сейчас я изо всех сил пытаюсь докопаться, откуда и каким образом был осуществлен вход в систему.
– Хорошо. Я скоро буду в управлении. Встречаемся в столовой в 13.00.
Йеппе убрал телефон обратно в карман. Кто, кроме преступника, может выкладывать тексты на странице Гугл Докс, принадлежащей писателям? Это обстоятельство подтверждало тот факт, что убийства и рукопись неразрывно связаны между собой. Йеппе встал, допил кофе и кивнул Анне Харлов.
– Нам, вероятно, в ближайшее время придется еще раз с вами побеседовать. А до того незамедлительно свяжитесь со мной, если вам вдруг придет в голову хоть что-то, значимое для хода расследования.
Он протянул ей визитку и пошел по узкому коридору к выходу. Внушительное количество дверных замков смутило его, и он остановился, соображая, какой из них ему надо покрутить, чтобы выйти.
– Не волнуйтесь, никто не может уяснить, как открывается эта дверь, пока не побывает здесь раз семь-восемь.
Анна Харлов пошла за ним в прихожую и встала прямо у него за спиной. Он отступил, чтобы пропустить ее вперед. Потянувшись к верхнему замку, она коснулась мягкой грудью его руки и замерла в этом положении.
– Возможно, это просто знак, что вам нужно остаться? – Один долгий миг она дразняще смотрела на него, потом открыла дверь. Не успев отреагировать, он оказался в саду и услышал, как за его спиной захлопнулась дверь.
Смущенный, задыхающийся, с самым твердым во всей Северной Европе членом.
Глава 16
Чтобы вновь взять свое тело под контроль, Йеппе понадобилась большая часть дороги в управление. Такого страстного желания он давно не испытывал. При хорошем раскладе наградой за спокойный рабочий день является хороший секс. В какой-то момент между второй и третьей попыткой искусственного осеменения их с Терезой сексуальная жизнь, некогда столь насыщенная, превратилась в вынужденные совокупления в строго определенное время. Они служили только одной цели: оплодотворить перезрелую яйцеклетку Терезы. Но ему хватало и этого. Небольшая ячейка общества, которую они с Терезой пытались создать, во многих отношениях являлся воплощением того дома, о котором он всегда мечтал.