Три причины воскресить тебя 2 (СИ), стр. 13
— Думаю, это женщина, — всхлипнула Келли. — Судя по тому, как Мила рассказывала про их скандал… Вряд ли мужчина может так ругаться с другой женщиной. Как думаешь, Гвейн?
— Да, у меня тоже такое впечатление сложилось, — согласилась девушка и продолжила рассуждать. — Но знаете, что странно? Фамильяры! Это очень странное предложение от старшей целительницы Вейнер, да и от боевого мага Мелиссы тоже. Скорее этого можно ожидать от Стефана, чем от них…
— Нет, это не могут быть ни Стефан, ни мадам Вейнер, — вдруг осознала я. — Помните, что Мила говорила насчёт того, как обнаружилось, что я якобы жива?! Там были сам Артур, куратор Стайр и мадам Вейнер. Не могут же они одновременно контролировать два тела. Не могут, так ведь?!
— Я вообще не знаю, как в принципе живой человек может занимать чужое тело… — раздражённо проговорила Гвейн. — Для этого, наверное, нужно быть крутым магом. Или артефакт какой-нибудь иметь.
И тут меня озарило. Разум услужливо подсунул мне одно из воспоминаний тех времён, когда я ещё была в мире живых, но уже призраком.
— Девочки, а ваш таинственный незнакомец говорил, какие именно это будут фамильяры?
— Нет, я сразу согласилась без уточнений, — торопливо сказала Келли.
— А я спросила, — спокойно ответила Гвейн.
— И? — спросила я, хотя уже догадывалась, что услышу в ответ.
— Кот или лисица. Чёрные кот или лисица, — воскликнула Гвейн, улыбаясь мечтам о несбывшемся.
Я сглотнула несуществующий ком в пересохшем горле. Всё-таки, похоже, Мелисса. Или тот, кто вхож к ней. Ведь именно на полках шкафов в кабинете ректора я видела те самые броши с чёрными котом и лисицей — старинные артефакты для вызова фамильяров.
Глава 11. Саманта
— Кажется, это всё-таки Мелисса Лиамфорт… — потрясённо проговорила я. — Всё указывает на это, но мне совершенно непонятны её мотивы. Зачем ей убивать своих же студентов?!
— Ректор?! — ужаснулась Келли.
— Ага. Я видела у неё в шкафу две брошки, наверняка содержащие фамильяров. Как раз лисицу и кота. В принципе, это может быть кто-то ещё, вхожий в её кабинет. Но верится с трудом, что такое можно было бы провернуть незаметно у неё под носом.
— М-да. Совершенно непонятная история, — тихо согласилась Гвейн.
Ещё немного обсудив невероятную, но возможную правду, мы с девочками осторожно двинулись в сторону кабинета Артура в поисках Аманды, имя которой назвала Мила перед второй «смертью».
Учитывая, что где-то в коридорах бродит в поисках нас разъярённый мистер Лиамфорт в облике призрачного барса, мы шли молча и очень медленно.
Я размышляла, пытаясь припомнить все моменты наблюдений за Мелиссой и никак не могла найти в памяти хоть какие-то подтверждения этой версии. Ректор была тогда в кабинете и слышала фразу куратора Стайра, да. Но там были и другие преподаватели!
Ну да, она хотела скрыть наши смерти и запретила Стефану говорить об этом, наложив ужасное Клеймо Векового Молчания, однако, это не повод считать что она и есть убийца. Скорее уж, очень рьяный блюститель порядка и спокойствия в Академии. В этом нет ничего преступного!
Мелисса запретила Эйдеру использовать эти опасные зеркала, что опять-таки говорит в её защиту, иначе зачем бы ей так гневаться на брата?!
В момент, когда Мила увидела Лжесаманту, с ними из преподавателей были только Стефан и Вайра, что выводит из подозрения, наверно… Хотя кто знает, на что способны могущественные маги?!
Опять же, фамильяры…это область, на которой специализируется Стефан. Эйдер со своими зеркалами-порталами. Александр с Вайрой, определившие мою смерть и подтвердившие возможность моего чудесного воскрешения…
Окончательно запутавшись, я поняла, что у нас всё ещё не хватает информации.
Поэтому никак не стыкуются все эти версии в какую-то единственную, похожую на правду.
А главное, до сих пор непонятен мотив убийцы. Ну чем ему помешали четыре студентки?!
Если бы это был обычный маньяк, то все мы были бы одного типажа, а у нас, кто блондинка, кто брюнетка, кто рыжая, кто кудрявая, ничего общего! Нас объединяет лишь то, что мы — студентки. А значит, дело именно в этом. Ещё у нас общего то, что мы молоды. Всё!
Что же я упускаю?!
Но всем им предлагали фамильяров, мне же — нет. В чём моё отличие? И тут память услужливо подкинуло мне собеседование, проводимое каждый год в первые дни учёбы с куратором курса.
— Саманта, ты перешла на третий курс. Какие цели ты ставишь для себя в этом году? Готова ли в конце года к первому Испытанию, чтобы приобрести фамильяра? — спросил тогда Стайр у меня, почёсывая ухо ручкой.
Я была девятой или десятой по счёту, кто зашёл к нему в кабинет на положенную беседу, в рамках которой мы каждый год обозначали свои цели, а в конце года потом отчитывались по проделанному.
— Готова, мистер Стайр. Всё лето я занималась, читая о различных фамильярах, и выбрала подходящего для себя.
— И кого же ты выбрала? — уставшим голосом спросил Стайр.
— Я хочу обрести ворона.
— Ворона? — Стефан оживился. — Почему эту форму? Она непроста для первого раза. Может, сто́ит выбрать кого-то попроще? Крысу или жабу?
— Нет, хочу ворона, — упрямо возразила я. — Он умеет летать и среди относительно несложных для обретения фамильяров единственный может полноценно драться.
— Ясно. А почему для тебя важно, чтобы фамильяр умел летать и драться? — заинтересованно спросил куратор.
— Потому что у меня должен быть лучший из вариантов. Я готова к сложностям. И потом, в Академии вы помогаете в испытании, хоть немного. Поэтому, если я начну со среднего уровня, есть шанс, что к пятому курсу я смогу обрести ещё более крутого!
— Очень амбициозно, Саманта, хорошо….
Так, а может в этом дело?! Это, конечно, не показатель, что со мной беседовал Стайр, ведь каждый факультет собеседует их куратор или назначенный преподаватель.
— Келли, Гвейн, помните собеседование в начале года? Какие цели вы поставили? Келли, что ты говорила про фамильяров? — прошептала я.
— Я сказала, что пока не готова, — немного замявшись, тихо ответила Келли. — Я до ужаса боюсь Испытания! Борьба с демоном не для меня. Может быть, в следующем году…Эх, если бы я знала, что этот год будет последним, — сокрушённо воскликнула девушка.
Слезы вновь навернулись на её глазах. Я мысленно застонала! Только не это!
— Тсс, не шуми. Понимаю, что тебе больно, но прошлого не вернёшь. А ты, Гвейн, что у вас спрашивали? — спросила я целительницу, не давая Келли вновь погрузится в рыдания.