То-Рек. Великая охота (СИ), стр. 2
Он протянул руку и неожиданно ткнул меня пальцем в грудь, прямо в середину шрама, оставшегося после ритуала переселения души.
В тот же миг под кожей что-то обожгло.
— Ай! Ты чего⁈
Отшатнулся, схватившись за грудь, но жжение не прошло. Наоборот, начало разрастаться, расходясь от шрама во все стороны. Казалось, под кожей медленно растекается раскалённый металл.
Опустил глаза и обомлел.
Шрам светился.
Не отражал свет, не мерцал от падавших на него снежинок, а именно светился изнутри! Каждая неровная линия рубца налилась мягким золотистым сиянием, а вокруг шрама под кожей проступили тончайшие светящиеся прожилки, которые медленно расходились по груди и тут же исчезали.
Твою ж растудыт в коромысло мышь! Это ещё что за иллюминация⁈
Попытался стереть свечение ладонью. Бесполезно. Свет исходил откуда-то из глубины тела. Более того, стоило прикоснуться к шраму, как под пальцами ощутилось странное движение. Не сердцебиение, не дрожь мышц, а несколько сильных, размеренных толчков, от которых по всему телу пробежали мурашки.
На мгновение даже показалось, что вместе с этими толчками кто-то зовёт меня по имени. Не голосом, а прямо изнутри.
— Что это⁈ — ошарашенно спросил я, отдёрнув руку. — Зачем ты это сделал⁈
Мужчина довольно усмехнулся.
— На память.
— Какую ещё память⁈
— Чтобы помнил, откуда пришёл. И кто дал тебе новую жизнь.
Он небрежно взмахнул рукой. Золотистые прожилки тут же погасли, жжение постепенно утихло, но сам шрам ещё несколько мгновений мерцал мягким светом, прежде чем окончательно потускнел и снова стал обычным неровным рубцом.
Осторожно потрогал грудь. Кожа была тёплой, никаких новых повреждений не появилось.
Ёшкин мамонт! Мало мне было шрама на память о переселении души, теперь ещё и божественную подсветку установили! Надеюсь, хоть по ночам светиться не начну. А то Барк от счастья вообще спать перестанет. Ещё заставит вместо факела по пещере бегать!
— И что, теперь он всегда будет так делать? — подозрительно спросил я.
— Когда понадобится, — невозмутимо ответил Великий Предок.
— Кому понадобится? Мне или тебе?
Он лишь улыбнулся.
Замечательно. Опять ответ из серии «догадайся сам».
— А что касается Кана, — продолжил мой собеседник, как ни в чём не бывало, — я не заставлял его обучать вас. Просто велел присматривать за тобой.
Он развёл руками.
— Так что учить тебя и остальных Кан решил сам.
Вот ведь гад! Да чтоб тебя хомяки саблезубые затоптали! Формально не придерёшься. Прямо профессиональный юрист по божественным махинациям! Ещё и метку какую-то на мне поставил. А разрешения, между прочим, даже не спросил! Самоуправство вселенского масштаба!
— Ладно, с Каном разобрались, — буркнул я. — Тогда объясни, зачем мне топор Яра? И что с ним не так?
Незнакомец некоторое время молчал, разглядывая меня с непонятным выражением лица.
— Этот топор принадлежит тебе по праву.
— По какому ещё праву?
— Ты победил его прежнего владельца.
— Вообще-то не совсем, — возразил я. — Яра убила Нэра. Своим копьём, собственноручно! Так что, если уж на то пошло, топор должен принадлежать ей.
Великий Предок усмехнулся.
— Копьё держала Нэра. Но без тебя она никогда не встретилась бы с Яром. Ты привёл своих людей к победе. Разве этого мало?
— Может, и достаточно, — нехотя согласился я. — Только зачем мне эта костяная штуковина? Барк, между прочим, уверен, что в топоре сидит какой-то чужой дух. И дух этот ему совершенно не понравился!
— Барк чувствует многое, чего пока не понимаешь ты.
— Ну так объясни! Ты же знаешь, что там внутри?
— Знаю.
— И?
— Придёт время — узнаешь.
Ну всё, приехали. Ещё немного — и начну головой об эту снежную пустыню биться. Что за манера отвечать на вопросы так, чтобы после каждого появлялось ещё по три⁈
— Ладно, с топором пока отстану. А Яр? — не унимался я. — Откуда среди Проклятых взялся такой умник? Селекционер первобытный! Остальные его сородичи двух слов связать не могут, а этот новый вид человечества вывести задумал. Законы придумал, охотиться учил, людей есть запрещал, ещё и потомством от человеческих женщин обзавёлся! Тоже скажешь — случайность?
Улыбка с лица Великого Предка исчезла.
— Нет, Егор. Яр не был случайностью.
Ого! Наконец-то хоть что-то определённое!
— В этом мире многое происходит не случайно, — продолжил он. — Но далеко не всё идёт так, как было задумано. Иногда достаточно одного поступка, чтобы изменить судьбы многих.
— Например?
— Например, твоего вмешательства.
Мужчина помолчал, затем добавил уже без улыбки:
— Яр не должен был погибнуть. По крайней мере, сейчас.
Я удивлённо вскинул брови.
— Погоди. Ты хочешь сказать, что мы испортили тебе какие-то планы?
— Именно.
— Так это не ко мне! — возмутился я. — Я его к нам не приглашал! Он сам притащился со своими Проклятыми, людей моих убить собирался! Что, по-твоему, нужно было сделать? Встретить его с распростёртыми объятиями и предложить вместе поужинать?
— Яр вообще не должен был нападать на ваше племя, — спокойно ответил Великий Предок. — Его путь лежал немного в другую сторону.
— Ну так и направил бы его туда! Ты же у нас всемогущий!
— Я не управляю каждым шагом своих детей, Егор.
— Зато Кану дорогу во сне показываешь!
— Кану я помог вернуться домой. А Яр выбрал свою дорогу сам.
Мужчина задумчиво посмотрел куда-то вдаль.
— Чтобы появился Яр, мне пришлось изменить судьбы нескольких поколений. Много жизней, много встреч, много рождений. Всё это привело к появлению одного необычного существа. А ты взял и за один день перечеркнул то, над чем я трудился столько времени.
На этот раз в его голосе отчётливо прозвучала досада.
Вот тебе и пирожки с котятами! Оказывается, мы не просто очередного людоеда прикончили, а испортили кому-то многопоколенный селекционный эксперимент! И главное, кто бы мог подумать, что этот экспериментатор ещё и претензии предъявлять станет?
— Между прочим, — напомнил я, — Яра убила Нэра. Я только помогал отбиваться от его сородичей.
— Я помню, кто нанёс последний удар, — ответил Великий Предок, посмотрев на меня с лёгкой укоризной. — Но именно твоё появление изменило ход событий. Без тебя Горды не смогли бы дать такой отпор Проклятым. И Нэра не оказалась бы перед Яром с копьём в руках.
— Ага. Она бы оказалась перед ним без копья. А потом и под ним, — язвительно бросил я, невольно сжимая кулаки.
Великий Предок перестал улыбаться и некоторое время молча смотрел на меня.
— Возможно, Егор, — наконец произнёс он. — Но ты ошибаешься в одном. Я не желал Нэре такой судьбы. И не приказывал Яру нападать на ваш род. Он сам выбрал свой путь и заплатил за этот выбор жизнью.
— Зато теперь выходит, что это мы виноваты! Твои планы, видите ли, испортили!
— Я сказал, что ты изменил мои планы, а не что поступил неправильно, — спокойно поправил он. — Не путай одно с другим. Яр был мне дорог, но это не делает его поступки правильными. И я не стану винить Нэру за то, что она защитила себя и своих детей.
— Вот и хорошо! — буркнул я. — А то ещё не хватало, чтобы ты потребовал с неё плату за своего драгоценного Яра!
Мужчина покачал головой.
— Ты всё ещё сердишься.
— А ты думал, обрадуюсь⁈ — возмутился я. — Он сам пришёл убивать моих людей! И если бы всё повторилось, мы поступили бы точно так же!
— Знаю, Егор, — спокойно ответил Великий Предок. — Именно поэтому я и не требую от тебя сожалений. Ты защищал свой род, Нэра — себя и своих детей. Вы поступили так, как считали нужным. Но гибель Яра изменила многое, и теперь то, ради чего я столько трудился, оказалось под угрозой.