Университет драконологии. Книга третья. Сила крови, стр. 15

– При этом она дала вам такую тему, книги по которой вы получить в библиотеке не смогли, – завершил Трелони. Укоризненно покачал головой. – Если честно, создается впечатление, будто госпожа Листрат была каким-то образом настроена против вас. Знаете, когда я учился, зачастую именно так преподаватели избавлялись от неугодных им по тем или иным причинам студентов.

– Вы ошибаетесь, – резко сказала я. – Я никогда не ссорилась с госпожой Листрат.

– А я не утверждаю, что вы с ней были в ссоре, – мягко возразил Трелони. – Иногда неприязнь одного человека к другому имеет иррациональный характер. Особенно часто такое случается у женщин. Вы – молодая и красивая. Вся жизнь впереди. Госпожа Листрат, увы, уже находилась в возрасте увядания…

– Бред какой-то! – не выдержав, оборвала его я. – Намекаете на то, что госпожа Листрат завидовала мне и по этой причине пыталась сделать так, чтобы я не сдала зачет?

– Не намекаю, говорю прямо, – спокойно исправил меня Трелони. – Вы когда-нибудь замечали, что госпожа Листрат настроена к вам предвзято?

– Нет, никогда, – честно ответила я. – Она, по-моему, вообще не выделяла меня из общей толпы студентов.

– Любопытно. – Императорский дознаватель медленно откинулся на спинку стула. Задумчиво ударил пару раз пальцами по столешнице.

– Почему вы расспрашиваете меня о моих взаимоотношениях с госпожой Листрат? – осмелилась я на вопрос. – Неужели вы думаете, что я имею какое-то отношение к ее смерти?

– Честно? – Трелони приподнял кустистые брови. Тут же ответил, не дожидаясь моей реакции: – Амара, я абсолютно уверен в том, что именно вы играете в этом убийстве ключевую роль.

– Но… – Я аж опешила от подобной откровенности. Выдавила из себя: – Почему вы так решили?

– А вот это пусть останется пока в секрете. – Трелони улыбнулся мне и добавил: – Да не пугайтесь так, Амара. Я всего лишь имею в виду, что вы каким-то образом, пока еще не знаю, каким именно, но послужили косвенной причиной ее гибели. Я не думаю, что госпожа Листрат погибла от ваших рук или вы знали о готовящемся убийстве. Если, конечно, вы не умеете оборачиваться в зверя.

– Простите? – переспросила я, опять потерявшись в ходе его размышлений.

– Очевидно, что госпожу Листрат убило животное, – пояснил Трелони. – На это отчетливо указывает характер ранений. Ее в буквальном смысле растерзали. Крайне сомневаюсь, что человек на подобное способен.

– Животное? – Я скептически хмыкнула. – Здесь, в университете?

– Да, меня это тоже удивляет, – подтвердил дознаватель. – Дикий зверь не сумел бы незамеченным пробраться в ее комнату. Отсюда следует элементарный вывод. Или это сделал оборотень. Или же хранитель какого-нибудь факультета.

От последней фразы дознавателя мое сердце болезненно сжалось. Опять вспомнилась белая шерсть, зажатая в руке несчастной Вейны.

Неужели Айса пытаются подставить? Но зачем? А главное – кто?

– О чем вы сейчас подумали?

Трелони вдруг резко подался вперед, пристально вглядываясь в меня. И куда только делась его расслабленная поза и мягкая улыбка! Около рта императорского дознавателя внезапно прорезались властные складки, а глаза полыхнули хищным огнем.

– Вы так побледнели, Амара, – добавил он. – Как будто мои слова заставили вас заподозрить кого-то.

– Что вы, – тут же возразила я. – Никак нет. Но оборотень?..

И вдруг замолчала, оборвав фразу на полуслове.

Фредерик! Он замещал Мегги, когда она на пару недель отпросилась у Эйнара на охоту. И он как раз оборотень. Правда, к своему счастью, я никогда не видела его в зверином облике.

– Ага, вспомнили про Фредерика, – каким-то невообразимым образом угадал направление моих мыслей Трелони. – Я тоже первым делом подумал именно на него. И даже успел допросить его вчера поздно вечером. Но у Фредерика идеальное алиби. Он как раз в пятницу утром отправился во дворец и практически неотлучно был все это время при императрице.

И это он называет идеальным алиби? Сильно сомневаюсь, что ночь с пятницы на субботу Фредерик провел тоже около Элизабет. Хотя… Как я успела понять, нравы при дворе весьма свободные. Кеннар спокойно изменял жене, даже признал первенца, рожденного от другой женщины. Вдруг Элизабет решила ему ответить той же монетой?

И потом, не слишком ли много Элизабет в этом деле? Филипп сам вчера признался, что именно она убедила госпожу Листрат сделать так, чтобы я завалила зачет.

Вообще, очень странно, что императрица так решительно настроена против меня. Мы с ней даже ни разу не встречались! Или она планирует столь своеобразным образом помириться с мужем? Кеннар-то, как оказалось, просто-таки жаждет, чтобы я с треском вылетела из университета, потому что тогда в небе Даргейна никто и никогда не увидит белой драконицы. А еще этого очень хочет Эйнар.

Но, в любом случае, мне сложно представить, чтобы кто-то из этой троицы пошел на убийство госпожи Листрат. К чему им это? В итоге зачет по истории вообще отменили, а следовательно, и неудачная тема для реферата потеряла актуальность.

Как бы то ни было, но Трелони на эти вопросы вряд ли даст мне ответы. Да и не стоит посвящать его в такие интриги императорского двора.

– Скажите, Амара. – Дознаватель снова лениво откинулся на спинку стула. – Вы лучше меня знаете своих однокурсников. Мог бы кто-нибудь из них быть оборотнем?

– Наверное, нет, – удивленно отозвалась я. – Оборотней же сразу видно. По тем же зрачкам, например.

– Зрачки – это не показатель. – Трелони покачал головой. – Существует масса амулетов, призванных скрыть изъяны внешности. И порой они бывают настолько хороши, что даже опытный маг не определит, кто перед ним: человек или оборотень.

– На практикумах по теоретической магии нам наистрожайше запрещено использовать любые амулеты, – сказала я со скепсисом. – Потому что они изменяют рисунок чар самым неожиданным образом. Поэтому – нет. На моем курсе оборотней точно нет. Иначе это давным-давно стало бы известно.

– Жаль. – Трелони печально поджал губы. – Ну что же. Придется искать преступника дальше.

В последний раз ударил пальцами по столу и встал.

– На этом можете быть свободны, Амара, – проговорил, снисходительно глядя на меня сверху вниз.

– Спасибо, – поблагодарила я и тоже поднялась на ноги.

Вежливо кивнула ему и отправилась к дверям, в глубине души празднуя то, что допрос не продлился очень долго.

– И да, – вдруг бросил он мне в спину, когда я уже взялась за дверную ручку. – Забыл сказать еще одно.

Я вопросительно обернулась к нему.

– Будьте осторожны, Амара, – проговорил он на удивление серьезно. – В университете произошло убийство. И интуиция подсказывает мне, что убийца все еще здесь. – Сделал паузу и добавил, глядя мне прямо в глаза: – Поэтому впредь постарайтесь ночи проводить в своей комнате.

Краска смущения мгновенно ударила мне в лицо. Я с отчаянием ощутила, как щеки предательски вспыхнули.

– К тому же пробежки по свежему воздуху без верхней одежды могут весьма фатально сказаться на вашем здоровье, – завершил Трелони без тени иронии или сарказма. – И я говорю не про простуду. А про то, что если вы попадетесь на глаза кому-то другому… Скажем обтекаемо, тому, кто возлагает на общение с вами определенные планы… В этом случае с вами может произойти что-то очень и очень нехорошее.

Как я ни старалась сохранять хладнокровие, но все-таки ощутимо вздрогнула от его слов.

Неужели он намекает на Эйнара? Да, безусловно, если лорд протектор узнает, что я провела ночь в спальне Вэлнара, то мне точно не поздоровится. Но вот откуда императорский дознаватель может знать о той благосклонности, которую так упорно выказывает мне глава рода алых драконов?

– Не переживайте, лично я буду обо всем молчать, – заверил меня господин Беркс, видимо, решив, что я испугалась. Снисходительно хмыкнул и мечтательно протянул: – Сам я тоже был молодой и тоже делал глупости. Поэтому судить вас не вправе. Но все-таки, Амара, будьте осторожнее.