Чёрт из Чертаново. Том 5, стр. 50

Второй раз за лето хозяйка теряет дар речи в своей же квартире. В прошлый раз Кузьмич наводил здесь порядок после буйства Машеньки, и Валентина Сергеевна до того впечатлилась, что даже советовала мне податься в отделочники.

— Дима, это как же…? Я же вчера же… Тут же разруха была…. — Пролепетала она.

— Прямые руки и никакого мошенничества. — Улыбнулся я. — А воздух какой? Вы только вдохните! Даже аромата гари не осталось. Все стены и перекрытия не только заделали, но и привели в первозданный вид, будто сейчас советский союз и дом только сдали.

— Обалдеть… — Восторженно вздохнула она и посмотрела на меня. — Дима, может познакомите меня с этим чудо мастером?

— Ох, не знаю, не знаю Валентина Сергеевна. Он очень занятой человек. — Я краем глаза зыркнул на Кузьмича и добавил, — кстати, хочу вас предупредить что если всё пойдёт по плану, то через месяц я от вас съеду.

— Да вы что⁈ — побледнела Валентина Сергеевна и схватилась за сердце. — Дима, я готова снизить оплату, только оставайтесь!

Куда уж дешевле, если после прошлого ремонта я и так отдаю десятку в месяц? Разве что она сама начнёт мне доплачивать за проживание.

— Спасибо за предложение, но я лучше буду платить за собственное жильё, чем за ваше.

— Ипотеку значит берёте… Жаль. Будет сложно найти такого же ответственного жильца… — Она затихла и спустя пару секунд заискивающе спросила. — А может, дадите телефончик мастера который ремонт делал?

Ещё на днях она грозилась затаскать меня по судам, а теперь, гляди-ка, отпускать не желает.

— Увы, не могу, — с притворным сожалением ответил я. — Но если что, обращайтесь, договорюсь с ним по-свойски, и он вам всё сделает по сходной цене.

— Так это… — встрепенулась хозяйка. — У меня ведь загородный дом, там кое-где гниль полезла, фасад переделывать надо. Да и внутри работы непочатый край.

— А квадратура какая? — шумно отхлебнув, с кухни подал голос Кузьмич.

— А какая там площадь? — переадресовал я вопрос хозяйке, так как та не слышит духов.

— Да малюсенький домишко, двести метров всего.

— Охренеть малюсенький, — фыркнул Кузьмич. — Зажралась тётка. Но так то я готов подрядиться. Только барин, ты это, за работу пять лямов проси, десять процентов мне отдашь, остальное себе заберёшь.

— Пополам, — вырвалось у меня.

Отдавать мастеру жалкие крохи за дом, который он в одиночку починит, это грабёж как ни крути. Кузьмич поперхнулся чаем, видать, за всю свою долгую жизнь не встречал барина, который так щедро платит за труд. Валентина Сергеевна непонимающе захлопала ресницами.

— В смысле пополам? — растерялась она. — Я так то дом делить не собиралась…

— Не обращайте внимания. Просто мысли вслух, — отмахнулся я. — За такой объём мастер обычно берёт семь миллионов, но раз уж мы с вами не чужие люди, смогу уломать его на пять.

Хозяйка заулыбалась и тут же бросилась меня целовать. Да, ремонт на пять миллионов это огромные деньги, для большинства людей. Вот только не для тех у кого куча недвижимости под сдачу. Они то как никто другой понимают что хорошего мастера днём с огнём не сыщешь, а потом ещё заплатишь ему хрен пойми сколько за работу.

Более того! Ремонт растянется минимум на год, если всё с нуля делать, при этом за год цены поднимутся как на материалы, так и на работы, в итоге заплатишь на порядок больше от заявленной ранее суммы. А тут чудо мастер который за сутки квартиру отремонтировал! Магия же! И никаких переплат. Только фиксированная стоимость работ.

— Тогда по рукам, — подытожил я. — Давайте ключи от дома, закупайте материалы, а как всё необходимое прибудет по адресу, звоните и я пришлю мастера.

— А может, он и закупками займётся? — хлопая ресницами спросила хозяйка квартиры. — Я в этих досках и цементах ничего не смыслю.

— Можно и займётся, — страдальчески поморщился я. — Только тогда он возьмёт сверху ещё двадцать процентов от стоимости материалов.

Хозяйка зашевелила губами, загибая пальцы, и через пару секунд её энтузиазм поугас.

— А знаете, я лучше сама всё куплю.

— Верное решение. — Улыбнулся я, получил увесистую связку ключей и проводил её к выходу.

Стоя в дверном проёме, она на прощание сказала:

— Через неделю все материалы будут на объекте, так что можете сразу застолбить за мной этого умельца.

Говорила она уверенно, будто была уверена что сроки закупок не растянутся. Впрочем, чему удивляться? Я знаю о десяти квартирах которые она сдаёт, уверен есть и другие. А если так, то она регулярно затаривалась материалами для ремонта и уже знает с кем стоит работать по закупкам, а с кем нет.

Заперев дверь я услышал мечтательный голос Кузьмича:

— Ежели половину отдашь, барин, я на эти деньги, горку для Светки с Лёшкой сколочу. Качели куплю, песочницу, с бортиками, рубероида немного, а то крыша скоро прохудится…

— Ага, ещё чего, — фыркнул я. — Не дам я тебе тратить кровно заработанные на мою семью. Лучше переведи всё в монеты и слопай. Тебе уровень лишним не будет, а на твои благие задумки я деньги из собственного кармана выделю.

Чем сильнее станет Кузьмич, тем спокойнее мне будет, ведь тогда в мамин дом никакая пакость не пролезет. Снежана недаром пугала меня бесами, которые рано или поздно наведаются в Чертовицы, и отожравшийся на двух с половиной миллионах сторож явно пригодится.

Растроганно шмыгнув носом, домовой поднял кружку, и мы чокнулись, расплескав чай на новенький ламинат. Остатки допивали в довольном молчании. Посидели немного, каждый подумал о своём, а после домовой утёр губы рукавом и протянул мне руку:

— Ну ладно, тогда я домой погнал, барин.

Не успел я отпустить руку домового, как на Китайфоне лежащем на столе высветилось имя «Борисыч», а телефон требовательно завибрировал.

Глава 21

— Здорово, Димон, — пробасил Борисыч, и в трубке что-то чиркнуло, видать, прикурил очередную беломорину. — Слыхал, за твою башку назначили некислую награду. Помощь нужна?

— Пока справляюсь своими силами, — ответил я, прижимая телефон плечом к уху. — Сам-то как?

— Да хреново! — усмехнулся Борисыч. — Гоняют меня тут и в хвост и в гриву: с одного вызова вернёшься, а тебя уже на следующий пуляют! Эта старая карга решила выжать из меня последние соки.

С той стороны донёсся голос Шикхи:

— Не прибедняйся, дурак старый! Квартиру нам выдали шикарную, грех жаловаться. Правда, за последние дни я тебя уже дважды с того света вытаскивала!

Полина Сергеевна говорила, что из её отдела уходят только на пенсию или вперёд ногами, и, судя по словам Шикхи, Борисыча она отпускать на пенсию не планировала. Хорошо хоть четырёхрукая дама сердца рядом со старым дураком, иначе Борисыч вернулся бы из Москвы в цинковом ящике.

— Да уж, Полина Сергеевна та ещё заноза в заднице, — посочувствовал я.

— Не то слово, — проворчал Борисыч и с хрипом затянулся. — Ладно, если понадобится помощь, звони. Я всегда на связи.

В трубке запиликали короткие гудки, и я со вздохом снова раскрыл чемоданчик Феликса. Моё текущее положение обязывает носить грим везде и всегда, но чёрт возьми как же это неудобно!

Повторное превращение у зеркала в ванной далось тяжелее первого. Клей щипал ободранную кожу, и я вполголоса матерился, пока натягивал лысину и прилаживал седые бакенбарды. Когда же я вставил зубы и улыбнулся отражению, с меня впору было рисовать плакат о вреде курения, алкоголя и употребления наркотиков. Жуть жуткая, одним словом.

Едва я закончил, как с кухни донёсся стук в окно. Заглянув туда, я обнаружил на карнизе ворону, которая деловито долбила клювом стекло. Спешно я распахнул створку, позволяя гостье влететь внутрь. Ворона каркнув превратилась в Линду, которая тут же привалилась плечом к холодильнику и прыснула со смеху:

— Не слабо тебя жизнь помотала, Караваев.

— Это ещё что, видела бы ты меня без грима, — хмыкнул я. — Как ты меня вообще узнала в таком образе?

— Знаешь как поётся? Ты узнаешь его из тысячи! — Пропела она ослепив меня белозубой улыбкой. — А если начистоту, то я вижу твою душу, а не только физическую оболочку.