Шабашник (СИ), стр. 25

Темирбек встретил меня, сияющий, как самовар. Оказалось, телевизор показывал теперь без полос и рывков.

— Шевелил провод у стенки — картинка пропадала. Там жила почти оторвалась. Зачистил и зажал. Теперь держит!

Он слегка потянул кабель; изображение осталось на месте. Я поблагодарил его и пошёл на кухню. Я поставил покупки на стол и показал на стену над мойкой:

— Ну что, Темир-джан, сейчас будем тебя плитку класть учить. Сначала зачистим стену под фартук и прогрунтуем. Пока сохнуть будет, плов разогреем.

— А этот зачем? — Темирбек вынул из пакета банку ПВА. — Плиточный клей есть же.

— Разведём водой и стену промажем. Он остатки пыли свяжет, а то плиточный клей вместе с ней отстанет.

Мы убрали со стола посуду, застелили его газетами и стали снимать краску над мойкой. Напарник орудовал шпателем, я топориком сбивал то, что отходило вместе со штукатуркой. Крепкие участки краски насекли до основания, затем счистили пыль и прогрунтовали стену разведённым ПВА.

Пока грунт сох, Темирбек разогрел плов. Мы поели, убрали посуду, и я разложил плитку на столе.

— От угла начнём? — спросил напарник, взяв целую плитку.

Я промерил стену, учитывая ширину будущих швов, и отметил, где закончится последняя целая плитка. До другого угла оставалась узкая полоска.

— Нет, Темир-джан, не так надо делать. Если с целой начнёшь, в дальнем углу вот такой огрызок выйдет, в палец шириной. Его и резать замучаешься, и на виду уродство будет. Не всегда с целой плитки начинают!

— Значит, первую тоже резать?

— Да. Сдвинем ряд, чтобы у обоих углов нормальная подрезка получилась.

Дело закипело. Напарник поставил отметки для резов, я проверил их и показал, как разметить вырез около розетки. Потом по уровню закрепил рейку под нижним рядом.

— На неё первый ряд обопрётся. Пока клей свежий, плитка может сползать. С рейкой у тебя низ никуда не уйдёт.

Темирбек замешал клей. Я показал ему, сколько брать на шпатель и как провести зубчатой стороной, чтобы получились одинаковые борозды. Первую плитку посадил сам, прижал и слегка сдвинул. У бокового края поставил два крестика, оставив концы торчать наружу, и отдал напарнику следующую плитку.

— Теперь ты. Клади рядом и придвигай к крестикам, они ширину шва держат.

Он осторожно приложил плитку к стене и надавил ладонью. Верхний угол остался выступать. Я дал ему уровень:

— Приложи к обеим. Видишь, качается? Дожми угол, только соседнюю не сдвинь.

Темирбек поправил плитку и снова проверил. На этот раз уровень лёг ровно.

— Теперь клей из шва убери, пока не засох. И крестики глубоко не топи, нам их ещё вынимать.

Следующие плитки напарник ставил сам, каждый раз заранее вставляя крестики у края предыдущей. Я резал доборы и проверял ряд; когда он торопился, просил остановиться и приложить уровень. На втором ряду Темирбек потянулся за новой плиткой, а предыдущую оставил с забитым клеем швом.

— Сначала здесь вычисти. Потом себе же спасибо скажешь, когда затирать будешь.

Он провёл уголком шпателя между плитками, снял лишний клей и вытер лицевую сторону влажной тряпкой. Каждую следующую уже чистил сразу. Затем я попросил его поставить несколько плиток рядом на столе. Среди них нашлась одна заметно светлее остальных.

— Эта сюда не годится. У Ирины мы такие снимали. Выбери из коробки другую.

Напарник сравнил ещё две, отложил светлую и вернулся к стене. Дальше я только подавал ему нарезанные куски. У розетки он задержался: добор никак не садился рядом с целой плиткой.

— Не дави. Дай сюда, чуть подрежу.

После подрезки Темирбек проверил крестики у края целой плитки, поставил рядом добор и выровнял шов, а я приготовил ему следующий кусок.

Солнце уже перестало попадать в кухонное окно, когда мы дошли до угла. Напарник смыл клей с рук и вернулся посмотреть на стену. Я проверил, как держится первая плитка: клей успел прихватиться, и она уже не сдвигалась. Аккуратно вынув ближайший крестик, я показал его Темирбеку.

— Их через несколько часов после укладки уже можно снимать. Только сначала проверь, держится ли плитка. Схватится клей намертво — замучаешься выковыривать.

Темирбек снял крестики из нижнего ряда. У последних плиток мы их пока оставили: клей там был ещё свежий.

— Эти вечером достанем. А пока возле мойки аккуратно, нижний ряд не задень. С рейкой тоже ничего не делай.

— Завтра швы?

— Посмотрим, как клей схватится.

Мы уже убирали инструмент, когда в дверь позвонили.

На площадке стоял Колян. Увидев Темирбека за моей спиной, он явно удивился.

— О, гляжу, у тебя уже целая фирма. А я к тебе с работой.

— Заходи. Только аккуратно, к свежей плитке не прислоняйся.

Колян прошёл на кухню, бросил взгляд на стол, заставленный обрезками плитки. Взял один из них, повертел в пальцах и положил обратно.

— Чем режешь? На плиткорез не похоже!

— Болгаркой с алмазным диском. Ты чего пришёл-то?

Еще раз удивленно покрутив в руках обрезок, Коля наконец перешел к делу.

— Слышь, старик, я чего пришёл-то. Есть заказец, подшаманить квартиру под продажу. Продавец хочет марафет навести, чтобы покупатели нос не воротили. Ну там, кухню освежить, обои поклеить. Денег сразу много не дадут, зато работа лёгкая. Завтра съездим посмотреть?

И с масляной улыбкой уставился на меня. Глаза честные-честные, хоть я прекрасно понимаю, что именно он, гнида, сдал меня Арсену.

С одной стороны, не иметь бы с ним никаких дел. А с другой — заказы капец как нужны. У Ирины мы, можно сказать, закончили, что дальше делать будем?

— Где квартира и кто хозяин? — безучастным тоном спросил я.

— Тут, в городе. Через знакомых вышел.

— Адрес я спрашиваю. И кто рассчитываться будет.

Тут усатый гадёныш скривился, будто лимон проглотил. Моя настойчивость ему пришлась не по вкусу.

— Севыч, ну ты чего прямо с порога смету требуешь? Посмотрим сначала, там и договоримся.

— Кто покажет квартиру?

— Человек покажет. У него ключи есть. Деньги тоже будут, не переживай.

— Что-то ты темнишь. Мне нужно знать, кто заказывает ремонт и кто его примет. Адрес какой?

— Да не помню я. Завтра вместе пойдем, зачем тебе адрес?

Это мне уже совсем не понравилось.

— Мы с Темиром из разных мест поедем. Ему адрес нужен.

— А без него что, никак?

— Никак.

Колян нахмурился. Затем, будто что-то решив, произнёс:

— Ладно. Черт с тобой. Дай бумагу, напишу.

Я выдал ему лист из блокнота, и он написал адрес в центре города и номер подъезда.

— Завтра я с утра к родителям уезжаю, картошку сажать. Давай в воскресенье посмотрим, если время будет.

— В воскресенье поздно будет, — поморщился Колян. — Хозяева ждать не станут, другого мастера найдут.

— Если заказ настоящий, до воскресенья квартира никуда не убежит. А нет — так нет, пусть ищут. Вслепую и на бегу я вписываться не стану.

Колян пожевал губами, но спорить не решился:

— Ладно, пусть в воскресенье. В одиннадцать у подъезда буду ждать. Вместе поднимемся, я тебя представлю.

— Хорошо, в воскресенье к одиннадцати подойду.

Ещё потрындев о том о сём, в основном про победы на игровых автоматах и ставки на спорт, Колян наконец вышел, оставив меня в раздумьях по поводу этого непонятного заказа.

Вроде бы простая история: есть работа, надо посмотреть. Но что-то вроде интуиции восставало против того, чтобы идти туда вместе с Коляном.

Не к добру это, не к добру.

Глава 11

Утром следующего дня мы должны были заниматься шпатлевкой и монтировать сантехнику. Установив унитаз, я поручил Темирбеку нанести первый слой шпатлевки на стену, а сам решил сходить посмотреть, что там за квартиру предлагает Колян.

В Твери я уже более-менее ориентировался, поэтому добрался быстро. Утро выдалось сырым и ветреным; прежде чем нырнуть в проулок, я по недавней привычке мазнул взглядом по припаркованным у обочины машинам — чужих тонированных «девяток» вроде не видать. Вход в подъезд прятался за глухой кирпичной пристройкой, и без пометки Коляна я бы точно сначала сунулся с торца дома. Возле двери немолодая женщина с двумя тяжёлыми сумками пыталась освободить руку для ключа.