Hardcode. Хакер из преисподней (СИ), стр. 42

А ещё Арина… Не дай бог, на меня выйдут более серьёзные структуры, чем давешние клоуны. Она не должна пострадать. По идее нам лучше расстаться. Но я не могу без неё, это уже очевидно. Тупик, сука!

Ладно, надо успокоиться. Лучше всего сделать это, поработав над проектом дрона. Возвращаюсь к ноуту.

Я запустил систему автоматизированного проектирования и открыл чистый рабочий лист. Для построения геометрии и базовых расчётов возможностей тяжёлого софта вполне хватало, хотя конфигурация моего железа заставляла программу задумываться над каждым сложным скруглением.

Сам я больше программист, но базовые принципы трёхмерного моделирования и механики понимал неплохо, поэтому решил лично заложить основу будущего беспилотника.

Начать лучше с компоновки центрального фюзеляжа, где должны были компактно разместиться вся будущая управляющая электроника, аккумуляторный отсек и система навигации. Вектор за вектором на экране начали вырисовываться контуры жёсткой рамы, способной выдержать вибрационные нагрузки от моторов.

В процессе сборки пришло понимание, насколько мне не хватает профильных знаний, и где именно я упрусь в тупик без привлечения сторонних специалистов. Одно дело — накидать габаритные объёмы под аккумуляторы, и совсем другое — заставить эту конструкцию летать долго и эффективно. Как же мне повезло встретить и договориться с Иваном Петровичем!

Сильные конструкторы мыслят не просто коробками, а понимают композитные материалы, знают, как распределить весовые нагрузки, и не дадут аппарату развалиться при первом же манёвре. Поэтому переложу основную работу на старика уже в понедельник.

Пока я вручную выстраивал посадочные места под будущие полётные контроллеры и прикидывал каналы для укладки силовой кабельной разводки, в голове уже складывался образ идеального расчётчика по термодинамике и теплофизике. Без него вся эта упакованная в закрытый пластиковый корпус электроника просто сгорит от перегрева через пять минут активной работы силовых транзисторов.

После завершения трёхмерной сборки центральной части я перешёл к формированию плоских рабочих чертежей, выгружая векторные контуры для лазерной резки текстолита и фрезеровки алюминиевых крепёжных элементов.

Программа выдавала линии разрезов, но параллельно с техническими мыслями меня начинал накрывать организационный кошмар. Я понимал, что как только проект выйдет за рамки моего монитора, начнётся закупка комплектующих, датчиков и станков. А значит, я моментально утону в первичной документации, налогах и юридических тонкостях. Придётся подыскивать ещё одного специалиста, готового взять на себя эту мелочёвку, грозящую превратиться в лавину, способную похоронить проект.

Таможня за каждую плату выпьет тонну крови, если бумаги будут составлены криво. Чтобы не закопаться в этой рутине и не отвлекаться от кода, мне в первую очередь понадобится специалист, понимающий специфику интеллектуальной собственности и внешнеэкономической деятельности. Здесь обычного бухгалтера и юриста недостаточно. И где искать настоящего универсала? Буду думать, а пока надо доделать начатое.

Я закрыл CAD-систему, когда полностью оформил файлы деталей и сборочные схемы первого технологического образца. Этот сырой, угловатый цифровой макет являлся отправной точкой и наглядным примером, который можно показать конструктору и его команде. Для написания низкоуровневых прошивок и полётного контроллера придётся искать системных программистов на профильных хакерских форумах. Благо инженеры уже есть. Прекрасно понимаю, что профессионалы впоследствии перерисуют здесь каждый узел и изменят все мои дилетантские расчёты, но сама демонстрация чертежей будет неплохим аргументом в привлечении их на свою сторону.

Мне нужны не наёмники, а коллектив единомышленников. Понятно, что они получат достойную оплату. Но нельзя всё ограничивать деньгами. Надеюсь, среди людей остались патриоты, понимающие, что наша работа принесёт огромную пользу стране. А ещё сохранит тысячи жизней. Посмотрим. Собеседование с учениками Петровича уже завтра.

Да, стрелки часов перевалили за двенадцать, пора спать. И Арина заждалась: судя по шороху, она проснулась и удивилась, не обнаружив меня рядом. Пойду успокаивать весьма приятным способом.

Глава 20

Август 2012 года. Воронеж. Москва. Воронеж. Российская федерация.

Со специалистом по внешнеэкономическим вопросам, а точнее, по финансам, неожиданно помогла Арина. Оказалось, её однокурсница занимается подобными делами, причём фирма, где та работает, расположена в Воронеже. Хотя консультанты сейчас могут сидеть где угодно. Чем дальше от Москвы и главных центров страны, тем дешевле. На деле так и оказалось.

Анжела мне сначала не понравилась. И дело не в специфическом имени, больше подходящем не финансовому консультанту, а сексуальному. Представьте себе невысокую толстушку в очках, с тонким и жирным хвостиком волос, ещё и курящую. Табаком от неё разило капитально. Кроме этого, однокурсница начала надо мной посмеиваться. Пусть не откровенно, но всё равно обидно.

Контора располагалась в особняке на Правобережье. Я и не знал, что в Воронеже есть такие бизнес-центры. Типа для своих. Или здесь просто расположены грамотные компании, желающие остаться в тени. Деньги любят тишину.

Трёхэтажное здание внутри отделали по самым современным технологиям. Ещё и дорого-богато. Мраморные полы, современный ресепшен из секретаря и охранника в приличном костюме, в холле кожаная мебель, на стенах картины, тихо играет классическая музыка.

Пропуск был заказан, поэтому меня сразу направили на второй этаж, куда вела лестница с красной ковровой дорожкой. Кабинет оказался на удивление большим, включив в себя несколько комнат, переделанных в одно общее помещение. Специалисты сидели за перегородками, обеспечивающими зонированное пространство. Всё по фэншую! В офисе меня встретила приятная прохлада от кондиционеров. Там было относительно тихо, разве что за соседней перегородкой какой-то парень громко общался по скайпу на немецком.

— Значит, хотите открыть филиал иностранного предприятия? Заодно завести деньги на счёт? — спросила толстушка, выслушав мои сбивчивые объяснения.

Говорила она вроде ровным тоном, но с лёгкой издёвкой. Её следующие слова подтвердили мои подозрения.

— Кирилл, какая Сербия? И тем более Кипр. У этих островных козлов кризис. Они кинули сотни русских вкладчиков! Наших клиентов тоже. Офшор — дело хорошее. Только как вы туда заведёте деньги? Насколько я поняла, светиться нельзя?

— Крипта, — произношу неуверенно и тут же пожалел о сказанном.

Анжела не стала смеяться, а просто включила режим лектора, объясняющего тупым ученикам прописные истины.

— Это интересное явление, глупо отрицать. Только ни один солидный банк пока всерьёз не работает с криптовалютой. Возможно, года через два начнут. Но пока это удел небольших контор. И мошенников, вроде киприотов. Теоретически они смогут обналичить деньги, но чисто завести их в Россию — нет. Специфика у людей другая — вывод, а не ввод.

Мысленно вздыхаю, понимая правоту девушки.

— Ваши предложения? — произношу без особой надежды.

А вот тут толстушка хищно улыбнулась, став похожей на гребнистого крокодила. Он, кстати, тоже толстый.

— «Credit S» оказывает подобные услуги практически открыто. Ведь за вводом денег в страну соответствующие органы практически не следят, в отличие от вывода. Даже, наоборот, всячески приветствуют, и есть прямой приказ не трогать инвесторов. Только в вашем случае есть один нюанс.

— Какой?

— Нам сначала надо вывести деньги, а потом вернуть их, — снова оскалилась Анжела.

Я уже начал её немного побаиваться. Она похожа на маньячку, только возбуждающуюся от финансовых операций.

— У нюанса есть имя — Сатиш Кумар. И он работает именно в московском представительстве «Credit S», занимаясь вопросами, похожими на ваш.