"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 938
- Вот это вы зря, Седоро, - сказал Корвин, - между прочим, Макнаб очень уважительно отзывается о вас. Никаких нападок на вашу веру, или ваш образ жизни. Он, с момента приезда на Косраэ, тактично намекает, что хотел бы встретиться с вами. А вы, по ходу, уклоняетесь, будто боитесь. Мне кажется, это для вас неудачная позиция.
Викарий в третий раз развел руками.
- Поймите, капитан, я простой сельский священник, а Макнаб, как написано в римской энциклике, посланец темных потусторонних сил, не к ночи будь они помянуты. И мне страшно. Я стыжусь признаться в этом своей пастве, поэтому, пришел к вам.
- Вообще-то, - сказал Корвин, - нет ничего стыдного в том, что человеку страшно. Это естественная мобилизационная реакция психики. Но в данном случае, нет причин для страха. А ваша позиция уклонения, как я сказал: неудачная. У меня на грузовом пирсе работают ребята из вашей общины, и позавчера они спрашивали меня об этом.
- О чем? – не понял викарий.
- О том, почему вы уклоняетесь от встречи с Макнабом. Как-никак, Макнаб это второй (после самого Папы Римского) католический лидер в мире по индексу инфо-эффекта в сетевых СМИ. Ребята из вашей общины, конечно, видят это в интернете.
- И что вы им ответили, капитан?
- Я ответил, что вы проявляете разумную осмотрительность. Макнаб так стремительно ворвался в мировое инфо-пространство, что его популярность может оказаться просто вспышкой сенсации. Пройдет месяц, и можно будет судить, насколько это серьезно.
- Вы дали мне месяц форы, да, капитан? – немного грустно спросил викарий.
Корвин улыбнулся и кивнул. Викарий вздохнул и продолжил:
… - А возможно ли, что Макнаб это просто сенсация, и проблема как-то исчезнет?
- Нет, Седоро. Это возможно лишь теоретически, исходя из внешних признаков. Если рассмотреть тему с учетом политологии, то ясно, что она никуда не исчезнет. Макнаб закономерен. Такая фигура нужна Меганезии. Если не он, то кто-либо аналогичный.
- Э-э… Но зачем?
- Затем, что элементы католицизма давно стали частью этнической культуры стран, из которых происходят многие наши жители. Филиппины, Гаити, Куба, Бенигвагос…
- Бени – что?
- Бенигвагос. Аббревиатура от Белиз, Никарагуа, Гватемала, Гондурас, Сальвадор. На текущей фазе мы создаем нашу общую незийскую нацию, а враждебность Ватикана к культуре Tiki мешает интеграции носителей частично-католической культуры. У-упс.
- Что значит «у-упс»? – спросил викарий.
- У-упс, - сказал Корвин, - значит: нам нужен клон католицизма, встроенный в Tiki.
- Послушайте, капитан, я понимаю, что вы не очень религиозный человек, но для нас, верующих католиков, такие хитрости выглядят неприемлемыми.
- Седоро, не драматизируйте. Первый и главный шаг уже был сделан перед прошлым Рождеством. Вы произнесли тогда прекрасную проповедь о том, что этическим долгом католиков в Меганезии является искреннее следование принципам Хартии. И никаких негативных последствий это не вызвало. Всем было весело. Люди больше сдружились. Теперь дети ваших прихожан играют вместе с юнгами резерва Народного флота. Они, наконец-то, после двух войн, получили кусочек нормального детства. Что не так?
Викарий Седоро Маркато закрыл глаза ладонями.
- Вы не понимаете, капитан Корвин. Я взял на душу такой грех, потому что ваш суд не оставил мне выбора. Вернее, выбор был между проповедью и репрессиями.
- Не драматизируйте, - снова сказал Корвин, - получилось лучшее решение, оно стало прецедентным для всей Меганезии. Осталось лишь привести теологию к практике. Эту задачу решает Макнаб. Если я верно понял, то он привлек консультантом Галлвейта, и хотел бы привлечь консультантом вас. Это разумно: вы - практикующий священник.
- Но тогда мы все попадем под папское отлучение! – воскликнул викарий.
- Вы все равно попадете, когда обострится наш конфликт с Папой Львом-Пием.
- Ваш конфликт?
- Нет, Седоро. Именно наш. Из Рима невидна разница между вами и нами. Как пела в аналогичном случае великая рок-группа Битлз: «we all live in a yellow submarine».
- А… Почему конфликт обострится?
- Потому, что Ватикан дружит с ваххабитами, которых мы выбили из нашего моря, на следующем шаге урезали их локальный сегмент рынка сбыта топлива, и отняли у них масличные плантации Папуа. Ясно, что они ответят по всем каналам, включая этот.
Седоро Маркато тряхнул головой, будто стараясь избавиться от кошмарного сна.
- Но как мы тогда будем проводить церковные службы?! Ведь отлучение это запрет!
- Какой запрет? – спросил Корвин.
- Папский запрет! Интердикт! Я не смогу даже выслушать прихожанина на исповеди!
- Стоп! – Корвин резко вскинул левую ладонь, - Технически запрет из Ватикана ровно ничего не значит в нашем море. А теологически апостол выше рангом, чем Папа.
- Какой апостол? – не понял викарий.
- Коннор Макнаб, апостол Папуа, - пояснил Корвин.
- Но, капитан! - тут викарий взмахнул руками, - Это же бред! Какой он апостол?
- Уж какой есть, - ответил Корвин, спонтанно процитировав слова Шрека о рыцаре.
Для викария эта реплика на тему христианского апостольства, исполненная капитаном Народного флота Меганезии, кажется, стала неким шокирующим контрапунктом, и он надолго замолчал. Корвин, как добрый хозяин, решил не отрывать гостя от внезапного наплыва мыслей, и вернулся к инженерной медитации. Чтобы стало удобнее, он убрал прототипы «Минотавр» и «Ассегай» на полку, рядом с древним секстаном и звездным глобусом, так что на столе-дисплее остались только «Гиппопотам», и «Луна-рыба». В течение полминуты, он смотрел на них, после чего, следуя за внезапным интуитивным импульсом, сделал несколько быстрых четких движений манипулятором-мышкой. Две полупрозрачные 3D-картинки на столе-дисплее совместились. Ясно, что очертания не совпали, однако, они оказались ближе, чем казалось Корвину до этого компьютерного эксперимента – простого, но внезапно информативного. И он сделал четкий вывод: не трансзвуковой Boeing X-45 вдохновил автора «Луны-рыбы». А что тогда? Может, это Venture-Star концерна Lockheed, проект космоплана 1990-х? Но силуэт иной. Что если модель «Луна-рыба» достаточно оригинальна, и у нее не один источник вдохновения? Кстати, то же можно сказать о модели «Минотавр». Она отличается от Grumman X-29 слишком сильно. И еще: Корвин заподозрил, что участники конкурса были в сговоре.
…Он почти догадался о смысле сговора, но тут викарий завершил тяжкие раздумья, и попросил «налить стаканчик чего-нибудь покрепче». Резерв-штаб-капитан немедленно поставил два стаканчика домашнего абсента-зеленухи (викарию, и себе за компанию).
- У меня, - произнес викарий, сделав крошечный глоток, - возник к вам вопрос. Но это нетактичный вопрос. Готовы ли вы спокойно воспринять то, что я спрошу?
- Обещаю, - лаконично ответил Корвин.
- Тогда ответьте: правда ли, что foa хотят учением Макнаба вытеснить католицизм?
- Нет, Седоро. Я уже говорил: нам нужен клон католицизма, встроенный в Tiki. Это не обязательно версия Макнаба. Если вы предложите свою альтернативу, то…
- …Храни меня бог от такого греха, - порывисто перебил викарий.
- Как хотите, Седоро, - и с этими словами Корвин тоже сделал глоточек зеленухи.
- Значит, капитан, если альтернативы не будет, то вы продвинете ересиарха Макнаба в церковные лидеры Океании, возможно даже силой оружия, как на севере Папуа?
- Да, типа того. Извините, Седоро, тут политэкономия. Базис-надстройка. Все четко.
Викарий посмотрел ему прямо в глаза и почти полушепотом спросил:
- Капитан, вы верите во что-то кроме политэкономии и силы оружия?
- Во что-то я верю, - ответил Корвин, - на войне нет чистых скептиков. Любой верит в какую-то магию. В христианскую, языческую, шаманскую, это как фишка ляжет.