"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 842

- Микар, - перебила Фран, - прости, мы это читали на сайте. Расскажи лучше о людях, которые живут на Ламотреке.

- Хэх! Уточни: на всем атолле Ламотрек, или только на моту Ламотрек?

Фран немного растерялась.

- А разве есть разница?

- Конечно, есть! На атолле Ламотрек по углам лагуны три островка-моту. Кроме моту Ламотрек есть моту Пого в северном углу, и моту Фалаите в западном углу. На сайте, кстати, сказано: лайнер пришвартуется на моту Пого, поскольку на моту Ламотрек нет причала для современных кораблей. Там все античное.

- Значит, - предположил Крис, – именно на моту Ламотрек живут туземцы.

- Да, - меганезийка кивнула, - я бы даже сказала: везучие туземцы.

- Везучие? – переспросила Фран.

- Да. Ламотрек небольшой, и отдален от островов, назначенных в XIX веке центрами европейской культуры. Так что, туземцев тут не очень сильно христианизировали, не запретили античное кораблестроение, голую задницу и сиськи, не переодели их в евро-тряпки, и не подсадили на нездоровую американо-азиатскую малобюджетную еду.

Тут любой наблюдатель-психолог отметил бы: Микар Унгилранг неспроста затронула острый для веганов вопрос о малобюджетной еде (особенно о таких объектах, как ноги бройлерных куриц, пашнина крупного мясного скота, и гамбургеры, начиненные этой бросовой условно-мясной продукцией). Это сразу усилило к ней симпатию со стороны веганов. Правда, на всякий случай, Крис Февре задал уточняющий вопрос:

- Значит, вы боретесь против нездоровой пищи? Против гамбургеров и всего такого?

- Мы не боремся с едой, - ответила меганезийка, - просто, Хартия запрещает продавать опасные изделия без объективного информирования потребителя. Например, Big-Mac исчез с нашего рынка, как только полиция предупредила филиал сети «McDonalds» об ответственности. А «Pizza-Chipollino», хотя и fast-food, но там ты видишь все о любом предлагаемом блюде: из чего оно, и как готовится. Принцип: «открытая кухня». Если интересно, то трактир «Pizza-Chipollino» есть на моту Пого, и вы можете выбрать там вегетарианские блюда. Схема заказа – через настольный монитор. Вы просто ставите отсекающий фильтр на продукты, которых не хотите. При трактире - мини-отель, там переночуем. А завтра придет ваш лайнер. Aita pe-a, нет проблем.

- Микар, - спросила Фран, - а там точно есть веганская пища?

- На атолле Ламотрек, - сказала меганезийка, - пища такая, как тысячу лет назад, в эру здешней античности. У туземцев - огороды, там овощи-фрукты всякие, а за деревней - плантация картофеля-таро. Японцы завезли давно, и оно прижилось. Туземцы готовят овощи с рыбой, курицей, или свининой. Они считают, что рыба, кура, свинья созданы богами для кухни. Или одним богом. Но, вы-то можете кушать флору без фауны.

- А что интересно посмотреть на античном островке, кроме фольклорных проа?

- Ну… Там дьякон есть. Он отличный дядька, автор книжки «Полинезийская звездная навигация в начальной школе». Вообще, он на моту Ламотрек, школьный шеф-тичер. Между прочим, вот этот дьякон, с дочкой, и с дочкиным бой-френдом, придумал тему  реконструированных античных проа. Я уже обещала, что по-любому зайду к нему. Вы можете зайти вместе со мной, если хотите. Дьяконская семья любит гостей.

- Хотим! - не задумываясь, объявила Фран.

- Да, это будет здорово! - добавил Крис.

Микар Унгилранг утвердительно кивнула.

- Решено! Но не надо читать ему лекции типа «Иисус за веганство». Дьякон Иден Мори продвинутый, и он в курсе, что написано в христианской книжке-библии, так что вы зря потратите время.

- Микар, - сказала Фран, - уточни: чего нам нельзя делать? Ты говоришь, что мы можем попросить вегетарианскую пищу. А можем ли мы рассказать туземцам о веганстве?

- Aita pe-a, нет проблем. Но вот два условия. Первое: нельзя пропагандировать запреты, которых нет в Хартии. Второе: нельзя грузить детям всякую дезинформацию, особенно такую, которая бьет по ключевым эмоциям. И вообще, прочтите прокламанку. Там все изложено кратко, ясно, просто. У нас в Гавайике нет сложных законов.

- А защита разумных животных? – возразил Крис, - Как определить разумность?

- Я же говорила, - напомнила Микар, - разумность это способность договариваться. Вы когда-нибудь общались с китами и дельфинами? Нет? Пообщайтесь. Все станет ясно.

- А ты общалась с настоящими большими китами? – спросил он.

- Да. С малыми полосатиками. Они не такие малые, длиной с автобус. В финале Второй Новогодней войны, в середине января, когда сражения прекратились, и наш авиаполк в феврале уходил на демилитаризацию, я с ребятами вписалась на двухнедельную вахту субантарктического патруля. Задача: контроль вылова планктона и рыбы, чтоб в нашу акваторию не лазали всякие. И еще: обеспечение артикула Хартии про охрану морских млекопитающих. Тогда китобойные флотилии из северных стран как-то не принимали всерьез, что Средняя Тихоокеанская Антарктика у нас под контролем, и мы объясняли доходчиво. И несколько раз, в перерывах между вылетами, мы играли с полосатиками. Конечно, там, где мы работали, нырять надо в гидрокостюме. Но, иногда стада малых полосатиков откочевывают в теплое Коралловое море, и там вообще классно!

Фран подняла руки.

- Подожди, Микар, но как эти игры могут остановить китобоев?

- Мы, - добавил Крис, - смотрели TV-журнал «Live planet». В субантарктических водах  Тихого океана промысловики убивают больше тысячи китов в год. Австралийцы даже   подавали в международный суд, но как говорится: просто нет такого преступления, на которое бы капиталист не пошел бы ради трехсот процентов прибыли.

- Устаревшие данные, - ответила Микар, - наши методы эффективны, и капиталист не наберет никакую команду, чтобы заниматься этим в нашем субантарктическом море.

- Подожди, - снова сказала Фран, - я не поняла: что вы делали?

- Мы, - произнесла резерв-капрал, - делали такое, что теперь в наше море не заманишь китобоя даже горой денег. Детальнее - в интернете, если интересно.

- А-а… - протянул Крис и переглянулся с женой.

- Да, - сказала она, - знаешь, Микар, мы хотим пригласить тебя на веганский обед в тот ресторан на северном островке атолла Ламотрек. Тот, про который ты говорила.

- А! – Микар кивнула, - Трактир «Pizza-Chipollino» на моту Пого.

- Да! Ты как? Согласна?

- E-o! Я люблю, когда меня приглашают покушать в хорошей компании. Но лучше вы пригласите меня утром на завтрак, а пообедаем у дьякона. У него дома всегда вкусно.

…

Та же дата, 5 июля, вторая половина дня. Середина архипелага Каролинские острова.

Атолл Ламотрек, моту Ламотрек. Дом дьякона Идена Мори.

Дьякон и его неформальная жена Пуаваи принимали гостей во дворе за столом, в тени фруктовых деревьев. Тень в тропиках - уже треть комфорта. Еще две трети, это кофе и сигара. Это для любителей кофе и сигар. А у других свои две трети, по вкусам). Микар Унгилранг не была любителем сигар, но обожала крепкий кофе. Сейчас она держала в правой руке большую флотскую кружку с кофе, а левой рукой четко ловила и бросала теннисный мячик. Ее компаньонами по этой игре были трое младших детей дьякона, а точнее – двое. Третий малыш еще не дорос до таких сложных игр, и сидел на циновке, стараясь уследить за полетами мячика. Французская парочка Февре тоже с интересом наблюдала за этим процессом, отмечая, что из кружки не выплескивается кофе.

В какой-то момент Кристофер Февре не вытерпел и спросил:

- Слушай, Микар, как ты это делаешь? У тебя будто между руками демпфер.

- Тренинг для нашей морской авиации, - ответила та, - надо, чтоб руки могли работать раздельно. Вдруг твой напарник ранен, и тебе надо работать и штурвалом, и кнопками панели оружия? Асимметричная война в воздухе требует… Ну, понятно, в общем.