"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 641
…10 января этого года закончилась Декадная война, и та самая волшебная и прекрасная мирная жизнь обрушилась на Палау, как бесшумный тайфун.
Сначала: «Ни хрена себе! Мы уже победили?».
Затем: «Ни хрена себе! Это такая сумма репараций? И все нам?».
И чуть позже: «Ни хрена себе! А что с фастбилдингами на страусовых ножках?».
Последний вопрос - практический. Доля Палау в сумме платежа за мир, полученного с разбитой «миротворческой коалиции» оказалась такова, что можно было отстроить все поврежденные поселки хоть по образцу курортов французского Лазурного берега. Но…
…Зачем, собственно? В ходе вражеской бомбардировки пострадала лишь пятая часть скороспелой застройки Ореора, а в остальных поселках - даже меньше. Материалы, из которых были возведены «фастбилдинги» напоминали пенобетон и гофрокартон, но в действительности это были бетапласт и хитинак: австрало-японские разработки новой строительной эры. Новая эра не наступила в мире Золотого миллиарда (из-за глубокой монополизации экономики), но в Меганезии эти «по-соседски заимствованные» штуки пришлись ко двору, и были высоко оценены пользователями. Хабитанты - foa успели прижиться в «домиках на страусовых ножках», перестроили под свой вкус, и теперь не хотели это бросать. После недолгих консультаций, мэр-президент Нгеркеа объявил тот вариант, к которому (по итогам экспресс - плебисцита) пришли foa te Palau.
1. То, что уцелело и нравится foa - не сносить, а благоустроить, озеленить и т.п.
2. Сгоревшие старые морские терминалы - сдать в аренду под северокорейский отель.
3. Руины Мэйн-стрит, особенно Централ-сквер - отстроить в стиле historic-fantasy.
4. Сэкономленное - вложить в футуротехнологии, чтоб создать рабочие места и т.п.
С точки зрения Чанди Кестенвэл наиболее странно выглядел второй пункт. И сейчас, за столиком в пабе «Свинья и свисток», на Централ-сквер около перекрестка Мэйн-стрит и Меридиан-стрит, юная британка высказала свои сомнения капитану Бокассе. Он только начал отвечать, как его прервала мелодия звонка коммуникатора Чанди - и случился тот самый разговор с лордом Конгрейвом - о таинственно исчезнувшей племяннице…
…Чанди договорила, повертела коммуникатор в руке, и растерянно пожала плечами:
- Иногда я злюсь на вертихвостку Джил, хотя она моя лучшая школьная подружка. Мне понятно, что она загуляла, но зачем, черт возьми, она выключила телефон? Мы же с ней договорились быть тут все время на связи. Я специально подарила ей такой же гаджет, которым сама пользуюсь.
- Спорная гипотеза, - отозвался Бокасса, и глотнул какао из чашки.
- Гипотеза о чем? – удивленно подняв брови, переспросила Чанди.
- О том, - пояснил он, - что Джил выключила коммуникатор. Вдруг, она не выключала?
- Но, Бокасса, неужели ты думаешь, что Конгрейв стал бы врать в данном случае?
- Нет, я так не думаю, но возможно, что у него модель телефона, неудачная для наших условий. У тебя гаджет нашего класса wiki-tiki. Попробуй позвонить Джил с него.
- Ладно, - сказала юная британка, и выбрала строчку в меню вызовов…
…
…Меганезийский коммуникатор – подарок Чанди выдал фольк-мелодию шотландской волынки. Джил Додридж приоткрыла глаза и, находясь пока под впечатлением яркого калейдоскопического сна, стала шарить вокруг… Черт-черт-черт! Она сообразила, что лежит абсолютно голая на широком почти квадратном диване между двух также голых мужчин. Черт-черт-черт! Это же Оранг Сетан и Омбак Такдир. А что было ночью - ой, лучше считать это сном. Улетным, кайфовым, отпадным, но – сном. «Да-да-да! – очень убедительно сказала себе Джил, - Я же не могла наяву учинить групповой секс с двумя мужиками, которых знаю всего несколько часов! Просто мы выпили, заснули на одном диване в каюте экспедиционного катамарана. Ну, голые – и что? Здесь так принято»…
…А коммуникатор пошел играть мелодию на волынке по второму кругу.
- Вот, долбанная пищалка! - сонно буркнул Оранг, - Эй, напарник, там с твоей стороны должны лежать штанишки, вот…
- Ага, понятно, - откликнулся пробудившийся Омбак, протянул руку за пределы дивана, выполнил движение спиннингера, подсекающего рыбу, и передал Джил ее шорты, где в кармане продолжала звучать фольклорная шотландская мелодия.
- Спасибо, - сказала британка, вытянула гаджет из кармашка, ткнула кнопку не глядя, и произнесла максимально-спокойным голосом, - Алло!
- Ну, наконец-то! – прозвучал рассерженный голос Чанди Кестенвэл, - Ты где?
- Э-э… - задумалась Джил, - …А где я?
- В каюте, - невозмутимо сообщил Омбак.
- Это чертовски ценная информация! - язвительно ответила она.
- Мы, - включился Оранг, - стоим на якоре у острова Паган, если ты про место.
- Вот теперь ясно. Огромное спасибо! Алло, Чанди, я на острове Паган.
- Алло, Джил, ты сказала Паган? Это где, черт побери?
- Это, - подсказал Омбак, - в Марианской гряде, триста кило на норд от Сайпана.
- Что за два мужика рядом с тобой? – послышалось из коммуникатора.
- Это вулканологи, - ответила Джил, - они говорят: триста километров от Сайпана.
Наступила короткая пауза, а потом снова голос Чанди из коммуникатора:
- Слушай, это же тысяча километров к норд-ост от Палау. Как ты туда попала?
- Просто, на самолете. Мы полетели смотреть вулкан. Что в этом странного?
- Слушай, Джил, давай ты повторишь эту фразу своему дяде.
- Что? При чем тут дядя Джонатан?
- Черт побери, Джил! Он звонил мне, шумно дыша в трубку, и убеждая, что ты пропала, исчезла, дематериализовалась, не была ночью в отеле, а твой телефон не отвечает!
- Но, Чанди, ведь мой телефон отвечает! Ты по нему звонишь, не так ли?
- Да, черт побери! Но я звоню по wiki-tiki через сеть OYO, а у твоего дяди британский аппарат, в котором программа, маркирующая OYO как инфо-пиратский канал. А сети, сертифицированные для этого аппарата, видимо, недоступны там, куда ты забралась.
- О, черт-черт! Чанди, ты права, извини-извини. Ты самая лучшая подружка в мире. Я ужасно виновата, но давай, ты звякнешь дяде Джонатану и как-нибудь успокоишь его. Просто ужас, что будет, если он позвонит в Лондон моему папе. Я так тебя прошу…
- …Не тараторь и слушай, - строго перебила Чанди, - твой дядя уже едет в паб, где мы завтракаем с Бокассой. Черт побери! Нам было так хорошо, а он притащится, и…
- Чанди! Не говори так! Дядя Джонатан хороший, только немного зануда, но это...
- …Не тараторь! У тебя примерно пять минут на то, чтобы оказаться там, где ты можешь включить видеосвязь без риска, что в объектив попадут твои мужики, или иные признаки оргии, в которой ты участвовала. Пусть все будет похоже на экскурсию - договорились?
…
Тем временем, Джонатан Конгрейв на отельном такси (раритетной марки «Hindustan Ambassador») пересекал Бабелдаоб с востока на юго-запад. Две трети этой дороги - до Международного аэропорта были уже знакомы лорду. Смотреть почти нечего: по обе стороны шоссе обзор закрывали низкорослые густые джунгли. Навстречу попадались преимущественно угловатые багги-ретро, или легкие двух- и трех- колесные машинки, оседланные молодыми людьми смешанных рас, одетыми во что-то ярко пестрое, или в армейский тропический камуфляж. Небо преподнесло пару неожиданностей. Сначала поперек шоссе проплыл ярко-красный сферический дирижабль, тащивший на подвесе штабель бамбуковых бревен. А позже (уже недалеко от аэропорта) на высоте птичьего полета вдруг возникли два сине-зеленых объекта, похожие на инопланетные летающие тарелки, стремительно начертили несколько петель в воздухе, и исчезли, проскочив на малой высоте в складках местности. Водителя-индуса это ничуть не смутило – похоже, подобный маловысотный пилотаж был здесь в порядке вещей.