"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 555

Адмирал-президент Оникс Оуноко, оказался в безвыходной ситуации, но тут (в октябре позапрошлого года) в Центральной Океании произошла Алюминиевая революция, и у «бугенвильской хунты» появился союзник, быстро набирающий богатство и силу. Так естественным ходом вещей, возникла Уния, договор о которой был подписан 6 января текущего года. Меганезия, Фиджи и Бугенвиль начали планомерное слипание…

…Всю эту политическую историю (прочтенную на нейтральном новозеландском сайте) Молли Калиборо вспоминала, стоя у носового леера субмарины «Галапаго» и глядя на очаровательный желто-зелено-лазурный берег залива Эмпрессогаста, 25-километровым полукругом украшающий западную часть острова Бугенвиль. Новая столица Бугенвиля, названная без затей так же: Эмпрессогаста, была вообще не видна. Никаких признаков цивилизации. «Агломерация строилась по принципу биоморфной архитектуры» (такую фразу доктор Калиборо прочла на сайте мэрии Эмпрессогасты).

- Интересно, — произнесла она, — что мэрия называет здесь биоморфной архитектурой? Возможно, ландшафтный дизайн с пальмами? Пальмы, конечно, биоморфные…

- Ищешь город? — послышался слегка насмешливый урчащий голос за спиной.

- Уф! — выдохнула доктор Калиборо, — Зачем так подкрадываться, генерал?

- В этом мой тоталитарный бесчеловечный стиль, — невозмутимо сказал Тевау Тимбер, генерал-президент Фиджи, — должен же я соответствовать хоть некоторым из гадостей, которые про меня говорит CNN и прочие. Я прав, док Молли?

- Даже не знаю, генерал… — ответила она, поворачиваясь к собеседнику, крупному 50-летнему породистому темнокожему дядьке, — …Честно говоря, я никогда не думала в подобном ключе о гадостях с TV-каналов.

Фиджийский президент медленно, тяжеловесно кивнул головой.

- Я тоже не думал. Мне это только сейчас пришло в голову. Вот, не спится, и лезет в голову всякая — разная чепуха. Я тебе завидую, док Молли. Мне не спится по плохой причине, а тебе не спится по хорошей.

- Генерал, откуда ты знаешь, по какой причине мне не спится?

- Это понятно, док Молли. Твоя причина — любовь. Ты считаешь минуты до встречи.

- Считаю минуты? Вот как? Может быть. А твоя причина, Тевау?

- Призраки, — пробурчал он, — много-много призраков во сне. Я даже пробовал спать в наушниках под музыку «Металлика», как делает один мой друг, капитан-пилот.

- Пиркс? — спросила она, вспомнив симпатичного, немного смешного парня — капитана, который подвозил ее с Новой Каледонии в Новую Зеландию.

- E! — генерал-президент кивнул, — Штурм-капитан Пиркс Металлика. Ты его знаешь?

- Мельком встречались, — ответила она, — и я запомнила его прозвище: Металлика. Так, значит, прозвище связано с жанром музыки для борьбы с призраками во сне?

- E! — снова ответил Тевау Тимбер, а потом улыбнулся, — Теперь Пирксу не нужна такая музыка. Теперь ему будет пищать малыш. Это хорошо! Vahine Пиркса — та самая Рут Малколм, которая придумала дрон-бабочку, чтобы жечь вражеские танкеры. Она старшая дочь авиа-инженеров Глипа Малколма и Смок Малколм! О! Я думаю, сын Рут и Пиркса вырастет настоящим хищником неба!

- Вот как? — откликнулась Молли, — Он вырастет хищником неба, и тоже будет спать в наушниках под музыку «Металлика», чтобы отогнать призраков? Ну-ну…

- Хэх… — задумчиво произнес генерал-президент, — …Ты умная. Действительно, будет неправильно, если мы оставим сегодняшним малышам незаконченную войну. Если мы настоящие kanaka-foa, то должны добить врага, а не оставить это нашим малышам! E!

Доктор Калиборо вздохнула и покачала головой.

- Мне кажется, генерал, что тебе снятся призраки потому, что ты все время думаешь о врагах и войне. Сейчас, когда атомная война закончилась, я бы подумала о другом.

- Об Антарктике? — спросил Тевау Тимбер.

- Почему ты решил, что именно об Антарктике?

- Это понятно, док Молли. Ведь это ты в Австралии познакомила Гремлина с Бантамом Апферном и Эуникой Апферн, главными учеными-киви по Антарктике, они рассказали Гремлину про огромные поля антарктического планктона, и про подземное море нефти, которое лежит под нашей Западной Антарктидой, MBL.

- MBL? — переспросила доктор Калиборо.

- E! Это сокращенно Mary Bird Land.

- Следовательно, я слышала именно про это месторождение. В нашем круизе на Южный Полярный круг, Освальд Макмагон и Влад Беглофф очень азартно это обсуждали. Как я поняла из разговора, добраться до антарктической нефти — это задача лет на двадцать.

Тевау Тимбер весело оскалил зубы.

- E! Так думает и Гремлин! Он сказал: к черту эту нефть под ледовым куполом. Есть же антарктическая акватория, где миллиарды тонн криля, кальмара и рыбы. Это наше! Все должны нам платить за вылов, а мы еще посмотрим, кому и сколько разрешать! Очень правильно сказано! Теперь мы выиграли войну, и все будут нам платить, кроме киви, с которыми у нас договор о долях. Но, Гремлин зря хотел послать нефть к черту. Пусть добраться до нее нелегко, но фокусники на бирже в Америке, Японии и Европе умеют продавать поросят, когда хряк еще только собирается залезть на свиноматку!

- Хм… Генерал, я впервые слышу такое яркое объяснение схемы торговли венчурными инвестиционными бумагами. Но, суть дела примерно такова, насколько я понимаю.

- Все так, — сказал Тимбер, — киви из Зюйд-Индской Компании за одну неделю продали антарктических поросят на четверть миллиарда баксов через таких фокусников.

- Неплохо устроились, — оценила доктор Калиборо, а потом снова посмотрела в сторону берега, где теоретически должна была быть столичная агломерация Эмпрессогаста.

- Все еще не видишь? — догадался фиджиец.

- Не вижу. И кстати, почему мы не идем к берегу, а легли в дрейф в миле от него?

- Док Молли, ты не видишь, потому что такая архитектура. Обычный город, старый, у Пролива Бука на севере, был хорошо заметен с моря и с воздуха, вот почему в Первую Зимнюю войну враги его разбомбили. Тогда хитрый адмирал Оникс Оуноко построил биоморфную агломерацию, которая незаметна. А в дрейф мы легли потому, что тут, в Эмпрессогасте пока нет стационарного морского терминала. Через час к нам подгонят мобильную платформу, мы пристанем, и разгрузимся. Но ты можешь этого не ждать, а позвонить Гремлину. Тогда, я думаю, он приедет viti-viti, быстро-быстро.

- А если он еще спит? — спросила она.

- Не беспокойся, док Молли. Для такого случая он с удовольствием проснется. Еще, вы можете взять с собой Маргарет. Кажется, ее мучает любопытство: что там на берегу?

Тут со стороны надстройки послышался удивленный голос канадской новеллистки.

- Тевау, у тебя глаза на затылке и дар телепатии?

- Да. Маргарет, — подтвердил генерал-президент, — а иначе меня бы давно убили.

- О, Тевау, как ты умеешь с самого утра сказать что-то позитивное!

- E! Мы, фиджийцы, вообще позитивная нация, — невозмутимо ответил он.

- Маргарет! — окликнула доктор Калиборо, — Если я дозвонюсь Арчи, то ты поедешь?

- Спасибо, Молли, это было бы очень мило, только я не хотела бы вам мешать…

- Ну, что ты, Маргарет! Чему ты помешаешь? Первому романтичному поцелую?

- М-м… Да, Молли, это я сказала ерунду. Конечно, я поеду тоже.

- Я звоню, — заключила доктор Калиборо и достала из кармана трубку wiki-tiki.

Через 10 минут у борта субмарины приводнился легкий автожир-амфибия, и пилот — девушка, кажется, очень молодая (хотя, не разглядеть из-за шлема и дымчатых очков) призывно махнула рукой. Мол, давайте сюда.

Калиборо и Блэкчок дружески обнялись с фиджийским президентом, договорившись встретиться завтра на вечеринке, и пошли навстречу манящей неизвестности острова Бугенвиль. Девушка-пилот оказалась резковатой, но опытной авиа-наездницей. Взлет, изящный разворот, набор высоты, и выход на курс она выполнила, будто летать для нее было так же естественно, как ходить или плавать. Внизу промелькнул берег, пушистая зелень пальмовых рощ, русло горной реки, потом старые лавовые потеки на покрытом трещинами склоне вулкана и снова зелень — высокогорные джунгли, а потом озеро.