"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 3472
Тут можно опять вспомнить об отсутствии приватности на орбитальной станции и даже посетовать про усугубление такого отсутствия – всякими пари подросткового уровня. С одной стороны, как бы так, но с другой… В исключительно служебном подглядывании угадывается априорная враждебность, как в любом целенаправленном контроле одного человека над жизнью и поведением другого. Между тем, обычай не исключительного, общедоступного эпизодического подглядывания из любопытства — представляется лишь этакой безвредной странностью. Например, европеец, прибывший в джунгли Конго или Папуа, окажется для туземцев диковинкой, за которой они будут подглядывать, не имея враждебных намерений. Кому-то из европейцев это все равно причинит дискомфорт, но кому-то — нет. Дело в разных установках у субкультур внутри европейской культуры, от буржуазно-реформатского «веберовского» состояния которой уже мало что осталось.
Все астронавты на Бифросте (как профессионалы, так и любители) принадлежали или к субкультурам астропанка, сложившимся 7 лет назад при Вандалическом кризисе, или к субкультуре аргонавтов, сложившейся на 2 года раньше — сразу после полумифических «даров Каимитиро». Они иронично относились к доктринам типа «крови и почвы» или «священного наследия» — ко всему сколь-нибудь консервативному даже внутри себя. В результате относительно легко преодолевался субъективный дискомфорт от нарушения приватности и прочих кульбитов орбитальной жизни. Некоторые психоаналитики даже считали это вхождение в новые схемы индивид-коммутация-социум более важным, чем закрывающие и подрывные технологии «3-й Космической эры». Эксперименты поиска ксенодоксальных приемов социальной жизни – так это назвали психоаналитики.
Закрывающие и подрывные технологии еще появится повод обсудить подробнее, а пока вернемся к наблюдателям финиша пари насчет секса в новой оранжерее-бублике. Ритти первой высказала свое мнение о происходящем там.
— Я как чувствовала, что они выберут грядки с капустой!
— Ты спорила, что никто ничего не выберет, — цинично напомнил Нойон
— Ну… Я думала, что не выберет, однако, если все-таки выберет, то капусту.
— Это почему? – спросил Юнис.
— Потому что Чубакка похож на капусту! – воскликнула она.
— Но Чубакка похож не цветную капусту, а тут обычная капуста, — снова возразил Нойон.
— А хоть брюссельская! Главное – капуста!
— Кстати! – Юнис звонко щелкнул пальцами, — Я внезапно сообразил, насчет капустного единства любых цивилизаций во Вселенной: космические корабли джамблей похожи на цветную капусту. Наши космические корабли и орбитальные станции на брюссельскую капусту. Но базовая форма по-любому капуста.
— Хм… — Ритти задумалась, — …Это чем же наши космические аппараты похожи на…
— …Тем, что осевой ствол и много маленьких кочанов-модулей! — отреагировал Юнис.
— Неужели? — отозвался Нойон, — А оранжерея-бублик как влезет в капустную теорию?
— Не придирайся! Никакая теория не может сразу при рождении объяснить все. Даже у Эйнштейна на заре теории относительности была куча белых пятен!..
Ритти опять скептически хмыкнула. Юнис, чувствуя шаткость своей позиции, перевел разговор на другой овощ: … — Хотя, по-моему, тема с тыквами прикольнее!
— Это намек на Хэллоуин? – предположил Вэлент Флаудер, оторвавшись от любования своим триумфом предсказателя и победителя в пари.
— Это намек на будущий Хэллоуин. К прошлому Хэллоуину ведь тыквы еще не успели,
— Разумеется, они не успели за 3 недели после посева, — Вэлент кивнул, — но до будущего Хэллоуина еще почти год.
— Так… — многозначительно произнес Юнис, оглядев компанию на мостике, — …Значит, похоже, я один тут в курсе про токены на аукцион космических светящихся тыкв.
— Это что, очередная афера твоего дяди на фьючерсной бирже? — спросила Ритти.
— Во-первых, это не афера! — Юнис изобразил возмущенно-обиженную гримасу, — А если даже афера, то почему непременно дядя Тургут?
— А кто? – поинтересовалась она.
— Идею вбросил Лацаро Талвиц.
— Ого! Лацаро Талвиц, гуру экономики смыслов! – прокомментировал Вэлент, иногда в порядке хобби читавший кое-какую популярную бизнес-периодику.
Юнис Булут утвердительно кивнул, и добавил:
— Кампанию размещения этих токенов организовал Оуэн Гилбен через свою веганскую торговую сеть. Так что мой дядя лишь договорился через родичей мужа своей дочки от первого брака, чтобы провести будущий аукцион на голландской цветочной бирже, это самая престижная площадка в европейской флористике.
— О-о… — протянул Нойон, — …Османская империя распалась более ста лет назад, но ее культура коррупции навсегда отпечаталась в интеллектуальном фонде человечества!
— Почему сразу культура коррупции? – начал снова возмущаться Юнис, но тут в новой оранжерее случилось нечто захватывающее.
…
Секс – занятие увлекательное и в некоторые моменты приводящее к потере разумного контроля над некоторыми движениями тела. В обычной физической обстановке в этом свойстве секса можно найти особый шарм (который пытаются с переменным успехом передать продюсеры эротических фильмов). Но в физически необычной обстановке тут возможны нюансы. Если перейти от общей теории к конкретной практике, то события развивались следующим образом:
В камасутре известна поза «паук»: пара ложится валетом, затем леди, раздвинув ноги, укладывает свои бедра поверх бедер джентльмена. Дальше коитус достигается легким прогибом тел вверх, как если бы оба начали вставать на гимнастический мостик. Если вокруг есть подходящие фиксированные предметы, то можно руками упираться в них, усиливая фрикции просто отталкиваясь. В конкретном случае, Хорти и Кевин удачно использовали бортики, разделявшие грядки в трехметровой трубе оранжереи-бублика. Встречные упоры отлично фиксировали тела, невзирая на малую гравитацию. Но, при нарастающем возбуждении, Хорти спонтанно решила поменять позу «паук» — на позу «водопад». Для этого ей требовалось лишь одно движение: встать на полный мостик и, крепче обхватив партнера ногами, потянуть к себе, так что он встанет на колени. Хотя, требуется изрядная силовая подготовка, чтобы таким движением приподнять и себя, и мужчину, который в данном случае весил 90 килограммов. Но у Хорти сил хватило бы, чтобы так приподнять ногами даже среднего медведя — при генной модификации типа «метаморф» повысились возможности ее опорно-двигательной системы…
…В общем, при земной гравитации перемена «паук» — «водопад» прошла бы запросто, однако здесь гравитация была в 36 раз меньше. Поэтому изящное и сильное движение, достаточное для быстрого подъема в сумме более полутора центнеров, приложилось к одному скромному фунту веса…
…Пока два массивных человеческих тела, кувыркаясь, летят по трубе оранжереи, есть время поблагодарить физику вселенной за то, что масса тел не зависит от их веса. Вот почему скорость полета и частота вращения получились малыми — как у неторопливого пешехода приблизительно. Зато время их полета до потолка оранжереи (или точнее: от внешнего до внутреннего радиуса бублика) заняло около четырех секунд. Этого вполне хватило, чтобы расцепиться друг с другом, и прицелиться к кольцам пластиковых труб импульсно-капельного полива, достаточно прочным, чтобы воспользоваться ими, как в классическом игровом кино «Тарзан» герои пользуются лианами. В этом смысле можно считать все это неудачно сыгранным дублем в неудачной франшизе Тарзана. Лианам не следует быть прозрачными, Тарзан не должен выглядеть как пузатый викинг-фермер, а сюжетно-хрупкому образу Джейн точно не подходит фигура профи боксерского ринга.
Хотя, если не придираться с позиции киноискусства, то получилось вполне удачно для первого дубля. Никто из актеров не пострадал, и даже ни один из растущих капустных кочанов не получил повреждений. В финале, когда все приземлились, вдруг произошло включение капельного полива. Может, совпало, а может, система так отреагировала на странные движения внутри оранжереи.
— Хорошо, что у человеческих мужчин нет бакулюма, — объявил Кевин, отряхиваясь от множества капель, которые при такой гравитации, едва-едва стекали с тела.