"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 3406
области, выглядела почти хаотической, однако, группа принимающих антенн на космических телескопах, позволяла восстановить всю физическую
историю рассеяния. За время эксперимента, телескопы на полярной орбите Земли успели совершить полдюжины оборотов, а телескопы на гало-орбитах – пройти миллион километров относительно Солнца. Получалось наблюдение с разных ракурсов, сумма которых позволяла для всех
рассеивающих астероидов вычислить их размер, их поверхностные свойства и их элементы движения…
…Но эти вычисления будут проводиться позже, на Земле. А двое астронавтов на борту Алкйоны, проторчав 10 часов за пультом в состоянии
адреналинового шторма, штатно отработали процедуру гашения силового контура и синхронно выдохнули. В подобных случаях, спад адреналина
вызывает естественную сонливость и поэтому, несколькими минутами позже, они, переместившись в рекреационную сферу, выпали из реальности.
…
Зенон проснулся и, даже прежде чем открыть глаза, сделал аккуратное движение рукой влево. Ликэ не было рядом. Теперь он открыл глаза и
осмотрелся. Рекреационная сфера корабля сейчас освещалась только тусклыми контрольными огоньками, но этого было достаточно, чтобы увидеть:
Ликэ нет ни на дне сферы, ни выше, на стеклянной галерее «экваториального» яруса. Это не внушало беспокойства, но привычка всегда знать, где
находится партнер, сложившаяся к 10-ой неделе полета, мешала просто повернуться на другой бок и спать дальше. Зенон встал с матраца и (еще одна
привычка) сфокусировал внимание на ощущениях кожи обнаженного тела. Поток воздуха обычный, вентиляция работает. Разумеется, есть
электронные сенсоры и кибер-контроль, но прямая проверка никогда не лишняя, если занимает секунды, а относится к системе жизнеобеспечения…
…Но где же Ликэ? Можно было просто глянуть на монитор внутреннего контроля, но у экипажа возникла некая традиция для подобных случаев.
Поэтому Зенон не стал искать Ликэ по монитору, а легко взбежал по стеклянной лестнице на галерею. Ему пришлось, между прочим, по дороге
перепрыгнуть через огромного (размером с футбольный мяч) паука, который, высунув толстый хоботок, собирал какие-то мелкие частички грязи со
ступенек. Паук был, понятно, не настоящим живым, а бытовым кибером-арахноидом с функцией «мониторинг-и-чистка». Ступеньки, понятно, не из
стекла, а из прозрачного пластика (как и галерея, на которую они вели). Взбегать по ним было легко, поскольку технически гравитация внизу, на дне
сферы, составляла «лунные» 0.16G, а на галерее, ближе к центру вращения симплекса, уменьшалась примерно до 0.11G. При известных навыках, не
составляло труда (без использования второй секции лестницы) прыгнуть в трубу-туннель, уходившую из центра купола и, миновав перекресток с
осевой трубой-туннелем корабля, проскочить в сферу-медиатеку. Входы двух других труб-тоннелей, ведущих без перекрестка в сферу-камбуз и сферу-бассейн соответственно, находились примерно на высоте менее человеческого роста над настилом галереи, поэтому в них можно было проскочить
вообще не напрягаясь…
…Зенон проскочил через 6-метровую трубу, и оказался на галерее сферы-камбуза, в «салатных джунглях». Спустившись сквозь заросли причудливых
генмод-растений на, собственно, камбуз, он увидел ожидаемое объявление о новом креативе Ликэ. Весело посверкивающая надпись на мониторе над
электроплиткой сообщала:
ЕСЛИ ТЫ ЧИТАЕШЬ ЭТО, ТО НА ПОЛКЕ СЛЕВА ОТ ТЕБЯ – СТАКАН КОКТЕЙЛЯ «ДЕВЯТЬ С ПОЛОВИНОЙ НЕДЕЛЬ». ОСОБО РЕКОМЕНДУЕТСЯ ПОСЛЕ СНА И
ГИГИЕНИЧЕСКИХ ПРОЦЕДУР. ОСТОРОЖНО! В СОСТАВЕ ЕСТЬ ПЕРЕЦ ЧИЛИ! КСТАТИ: Я МЕДИТИРУЮ В ОБСЕРВАТОРИИ. ПРИСОЕДИНЯЙСЯ!
Зенон последовал данной рекомендации, и после гигиенических процедур, осторожно попробовал напиток странного шоколадно-зеленого цвета. В
нем чувствовались лайм, корица, банан, крепчайший кофе и жгучий перец – впрочем, не в шокирующей дозе. И любопытно, что эта странная смесь
хорошо утоляла жажду. Вот теперь сообразно было принять приглашение в обсерваторию.
Зенон нырнул в трубу-туннель, ведущую от центра купола сферы-камбуза – к центру купола сферы-бассейна через перекресток с осевой трубой-туннелем корабля. На этом перекрестке Зенон свернул под прямым углом и далее поплыл по осевой трубе к носу корабля. Именно поплыл, поскольку
тут была невесомость. Слегка тревожное чувство падения в бездну, порождаемое озадаченным вестибулярным аппаратом. Но к этому не слишком
сложно привыкнуть… Далее Зенон вплыл в обсерваторию – тоже 6-метровую сферу, только, в отличие от сфер жилого симплекса – прозрачную и
сидящую на осевой линии корабля. В обсерватории, как и в осевой трубе, практически была невесомость, а вокруг через прозрачную стенку, виделось
черное небо с неподвижными звездами. Вот посреди всего этого, обнаженная Ликэ Рэм, приняв йогическую позу лотос, зависла над кольцом
пультовых панелей резервного мостика, напоминавшим (учитывая сказанное выше) тот лотос, в честь которого названа поза.
– Медитируешь? – негромко спросил Зенон Пекош.
– Мечтаю, – отозвалась она, затем добавила, – Размышляю.
Зенон не стал больше ничего спрашивать, просто вплыл в одно из операторских кресел, окинув взглядом панели (индикаторы зеленые или синие, и
лишь на панели радара есть несколько желтых фигур: потенциально-опасных внешних тел). Активные действия от экипажа не требуются. Так что Зенон
устроился в кресле и стал смотреть на звезды. Он спокойно ждал, когда Ликэ поделится своими мечтами или размышлениями…
…Через минуту-другую бельгийке надоел лотос, она расплела ноги, и поменяла стиль телесной скульптуры, изобразив собой копию Мыслителя Родена.
Хотя, этой копии не хватало основательности. Она легкомысленно витала в воздухе, в отличие от оригинала, сидящего на твердой скале. Освоившись в
таком образе, Ликэ произнесла:
– Мы первые люди во внешней части Солнечной системы. Мечта сбывается, да?
– Мечта сбывается, – эхом отозвался Зенон, – еще школьником, я собрал себе заставку на ноутбук из фото, сделанных беспилотниками Cassini-Huygens, Galileo, Juno, Eio… Всех, летавших на территорию планет-гигантов или еще дальше, в транс-нептуновую область, как New Horizons. А теперь мы с тобой…
Слушай, Ликэ, а что чувствуешь ты?
– Приключение, – лаконично ответила она, и уточнила после паузы, – конечно, ледяное пространство за орбитой Юпитера не может не завораживать.
Но для меня главное это прикосновение к тайне. К цивилизации, которой принадлежит Чубакка. Вот скажи: ты обращал внимание, куда мы стали
смотреть последнюю неделю или нет?
Польский астронавт задумался примерно на четверть минуты, и отрицательно покачал головой в знак того, что не обращал на это внимания.
… – Раньше, – продолжила она, – как правило, мы смотрели назад. Мы наблюдали, как отдаляется Земля. Когда Земля стала слишком маленькой, мы
начали наблюдать, как отдаляется Солнце. Помнишь, позавчера мы ненадолго попали в тень Юпитера, и наш монитор сферического обзора отметил, что самым ярким объектом неба стал Сатурн?
– Да, конечно, во фронтальной полусфере обзора он и сейчас самый яркий, – тут Зенон показал рукой чуть в сторону от осевой линии корабля, где
наблюдалась тускло-синяя жирная точка. На Земле в ясные ночи примерно так по вечерам видна Венера.
– И кстати, – добавила она, – есть что-то забавное в нашей приверженности к счету дней. Позавчера, вчера, завтра. Хотя интервалы по 24 часа не имеют
тут никакого смысла.
– Кое-какой смысл есть, – заметил он, – мы ведь биологически приспособлены к ритму, связанному на Земле с циклом день-ночь.