"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 3300
…
*39. Что делать, если счастливо утопленное трагически всплывает?
Полдень 26 июня. Швейцария, восточный берег Женевского озера, город Монтре.
Ранее Вальтер Штеллен не бывал в отеле Royal Plaza Montreux, но, конечно, видел это архитектурное сооружение на фото. Уже заранее составив мнение об этом отеле, как о дурацкой коробке, испортившей береговой ландшафт озера, он теперь не изменил свое мнение, а укрепился в нем. Впрочем, вид из окна конфидент-кафе на озеро и горы, что поднимались от другого берега, был превосходен. Штеллен с чашечкой уселся в угол, откуда вид был самый удачный, и стал краем уха слушать, о чем спорят VIP. С чего бы вникать в их проблемы? Он доложил обстановку, и пусть решают, что хотят. Если они попросят, чтобы он занялся решением, то он займется. Но ни секундой раньше…
…«Ну вот, началось» - со скукой подумал он, заметив, как от бессмысленной кучи VIP отделились две персоны, и зашагали к его столику. Это были: Регина фон Винненталь (председатель Еврокомиссии) и доктор Симон Кронелинг (нобелевский лауреат). Для бригад-генерала такой тандем был эмоционально неприятен, однако приемлем. Могло получиться значительно хуже. Он встал и коротко поклонился в самурайском стиле по направлению к фрау председателю. В сторону доктора Кронелинга он как бы даже не смотрел, невербально показав отношение, как к пустому месту.
- Гм… - произнесла фрау фон Винненталь, усаживаясь за столик, и жестом предлагая мужчинам тоже садиться, - …Я слышала, что неделю назад между вами приключилось недопонимание. Я надеюсь, эта проблема будет исчерпана прямо сейчас. Что скажете, генерал?
- Нет никаких проблем, фрау председатель! - отчеканил Штеллен, - Тогда в Фамагусте доктора Кронелинга всего лишь постигло легкое недомогание из-за местной пищи.
- Симон, это так? – спросила она.
- Э-э… Наверное, да, Регина. Местная пища могла повлиять… Хотя, мы поспорили по некоторым вопросам, и… Э-э… Я не был готов к шокирующему видео, где… Э-э…
Тут доктор Кронелинг замялся, не представляя, как рассказать о бурной реакции своего желудка на видео-протокол осмотра расчлененного тела, лежащего в багажнике, и уже немножко погрызенного насекомыми. Так и не дождавшись внятного ответа, фрау фон Винненталь повернулась к Штеллену.
- Вальтер, что за видео? И пожалуйста, давайте обращаться по именам, хорошо?
- Да, Регина. Это было типичное обучающее видео, на которых мы обычно показываем курсантам, что неосторожность работы в спецслужбе может привести к очень тяжелым последствиям. Такие видео производят эффект настроя курсанта на серьезный лад.
- Но Симон не ваш курсант! – строго сказала она.
- Да, Регина, я допустил ошибку, действуя по стандарту введения в профессию. У меня имелось ложное впечатление, что Симону тоже полезно проявлять осторожность, если событийный сценарий требует его участия в тематике спецслужб.
- Что ж, Вальтер, вы рассуждали верно, однако, вам следовало проявить тактичность по отношению к Симону. Я надеюсь, недоразумение исчерпано. Не так ли, Симон?
- Конечно-конечно, - торопливо подтвердил нобелевский лауреат, - только хотелось бы более неформального отношения со стороны Вальтера, при решении нашей задачи.
- Это действительно важно, - подтвердила фрау фон Винненталь, глядя на Штеллена.
- Какую задачу требуется решить? – спросил он.
- Задачу с компрометирующими материалами, попавшими в СМИ, - пояснила она.
- Простите, Регина, тут нужно уточнение: речь идет о досье, или о бухгалтерии?
Председатель Еврокомиссии сделала паузу, после чего объявила:
- Мы придем к решению о сделке с аль-Талаа насчет этой старой бухгалтерии. Но нам требуется надежное блокирование скандала вокруг досье.
- Это решаемо, как я уже докладывал, - сказал бригад-генерал.
- В таком случае, Вальтер, обсудите детали с Симоном. Наше неофициальное собрание доверяет ему. И простите, но мне надо вернуться к своим обязанностям там.
Заявив так, фрау фон Винненталь встала из-за стола и направилась к VIP-куче.
- Хорошо, что мы быстро сумели достичь взаимопонимания! - с оптимизмом произнес нобелевский лауреат, и ожидал какой-то реакции Штеллена... Но не дождался никакой реакции, и потому продолжил:
… - Я думаю, мы можем начать обсуждение деталей.
- Хорошо, - согласился бригад-генерал, - я объясняю кратко. Компромат интересен для публики, лишь, если он внезапный и касается малого числа VIP. Поэтому лучший путь компрометации компромата - превращение таких данных в обыденность и расширение круга испачканных персон до нескольких сотен. Сегодня PR-отдел нашей спецслужбы фальсифицировал компромат на двести посторонних VIP. Такие же досье, как те, что найдены в контейнерах мини-субмарины. Если стратегия будет одобрена, то завтра эти досье будут переданы в СМИ. На этом - все.
- Но люди будут давать опровержения этих фальшивок, - заметил доктор Кронелинг.
- Тем лучше, - ответил Штеллен, - чем больше они будут оправдываться, тем больше интереса они будут вызывать у публики. А наши VIP не будут давать опровержений, поэтому интерес публики к ним будет меньше.
- Но, Вальтер, это абсолютно бесчестно!
- Симон, задача контрразведки не установление честности, а решение проблемы.
- Мне это не нравится, - твердо сказал нобелевский лауреат.
- Ладно, - Штеллен пожал плечами, - объявите это фрау фон Винненталь.
- Но, Вальтер, наверное, у вас есть альтернативный план.
- Нет. Такова стандартная спецоперация, как стирка белья. Для нее не предусмотрены альтернативные планы. И, как в примере с грязным бельем, нельзя что-то очистить, не запачкав что-то другое. Впрочем, если наука так шагнула вперед, что теперь это стало возможным, и у вас есть соответствующий план, то я готов принять его к исполнению. Только под вашу ответственность, или под ответственность фрау фон Винненталь.
Нобелевский лауреат растерянно развел руками.
- Но, Вальтер, это ведь не моя специальность. Я лишь говорю об этических нормах.
- Об этических нормах, это не ко мне, а к фрау фон Винненталь. Вот она очень кстати возвращается к нам. Объявите ей насчет этики.
- Но, Вальтер, я не готов на такой ответственный шаг.
- Если вы не готовы, то не объявляйте, - равнодушно отозвался Штеллен.
- Как дела бригад-генерал? - спросила председатель Еврокомиссии, подойдя к ним.
- Нормально, Регина, хотя у доктора Кронелинга свое мнение.
- Да, разумеется. Что скажете вы, Симон?
- Э-э… Знаете, Регина, это так необычно… Я имею в виду методы спецслужб.
- Я знаю, - сказала она, - я надеюсь, в этот раз генерал обращается с вами тактично?
- Э-э… Да, герр Штеллен весьма любезен.
- Что ж, превосходно, Симон. Когда вы поймете суть схемы, то попросите официанта позвать меня, мы переговорим тет-а-тет, затем вы доложите собранию эту схему. А в данный момент снова прошу меня извинить, меня ждут там.
Председатель Еврокомиссии снова развернулась и направилась к VIP-куче. Штеллен глянул ей вслед, и лениво поинтересовался у собеседника:
- У вас остались еще вопросы?
- Э-э… - нобелевский лауреат замялся, - …Есть одна щекотливая проблема с досье.
- Какая проблема, Симон?
- Проблема с досье сэра Хармсворта, виконта Ротермира. Там содержится его письмо, адресованное… Э-э… Лучше посмотрите сами на фрагмент, который выделен желтой маркировкой, - и доктор Кронелинг протянул бригад-генералу свой планшетник.
Письмо, датированное 18 сентября 1941 года, было адресовано рейхсканцлеру Йозефу Геббельсу. В нем сэр Хармсворт благодарил фюрера и рейхсканцлера за некий весьма крупный денежный перевод на поддержку своего газетного издательства Daily Mail, и прилагал краткую пояснительную записку для Альфреда Розенберга - рейхсминистра оккупированных восточных территорий. Эта записка, видимо относилась к большому документу, направленному Розенбергу ранее, на предмет оптимизации хозяйственно-финансового управления советскими территориями, присоединенными к Рейху в ходе успешной летней кампании. Желтой маркировкой был выделен следующий фрагмент: