"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 3267

…По принципу организации, GULYB отличался как от средневекового базара, так и от модернового супермаркета, но в чем-то заимствовал черты и того, и другого.   

Тут, как на средневековом базаре, торговали все, кому угодно: плата за вход низкая, не создающая барьера. И торговали чем угодно - кроме таких вещей, которые порождают очевидный осязаемый дискомфорт, или создают прямую опасность публике. Тут даже отсутствовала формальная сертификация качества. Но на территории GULYB имелась независимая экспресс-лаборатория, куда мог обратиться любой покупатель. За весьма гуманную цену он мог проверить свойства товара. И, если эти свойства расходились с заявленными продавцом, то продавец не только уплачивал этому покупателю штраф в драконовском размере, но еще и публично подвергался ряду полицейских санкций. В общем, с недобросовестными продавцами тут боролись быстро и эффективно.      

При этом:

Тут, как в модерновом супермаркете, была сделана многоплановая навигация, которая позволяла быстро найти товар по категории, по цене, по производителю, и по любому другому параметру. Рассчитаться за товар можно на выходе - с сетевого эккаунта, либо наличными золотыми динго. Кстати о модерне: некоторые торговые сектора тут были полностью роботизированными. Это мог быть простой торговый автомат, или - робот-гуманоид, или - зооморфный робот (в виде симпатичной игрушечной зверушки)…

…Суммарное впечатление от GULYB получалось, как от ярмарки, от планетария, и от Диснейленда - вместе взятых, и тщательно перемешанных. Так заявила Ханка – когда, утомившись шопингом (за компанию с новыми друзьями), она утащила Эрика в кафе на смотровой площадке одной из хаотично торчащих башен GULYB. Отсюда открывался чарующий вид на яхт-харбор с множеством разнообразных арго-лодок. Туда выходили стапели яхтенных верфей – с них каждые несколько минут соскальзывала новая лодка.   

… - Надо же, - произнесла Ханка, глядя, как очередная лодка укатывается к причалам, освобождая полосу воду перед стапелем.

- Захватывающе? – спросил Эрик.

- Да, - она кивнула, - и я сейчас подумала: каждая новая лодка это минус три или пять молодых европейцев. Сколько уже аргонавтов?

- Вроде, под Новый год говорили, что из Европы около полмиллиона, - ответил он, - а вообще в мире неизвестно. В Континентальном Китае это наверняка засекречено.            

- В Европе скоро тоже засекретят… - предположила Ханка, и тут ее взгляд вдруг резко зафиксировался на фигуре, зашедшей в кафе,  - …О, черт!

Эрик положил ладонь на ее плечо.

- Не напрягайся, все ОК, это полисмен.

- Я понимаю, но как-то стремно. У него пистолет-пулемет.

- Мэм, вы чем-то обеспокоены? – спросил молодой парень в униформе, сделав шаг по направлению к их столику. Обычный европеец (вероятно итальянец или испанец). Он улыбался так дружелюбно, что ПП Uzi у него на поясе не воспринимался, как опасный инструмент, способный легко и прицельно убить со ста шагов.      

- Ничего такого, офицер, - ответила Ханка, - просто я не привыкла к виду оружия.

- Тут это фактор высокой защищенности, вы быстро привыкнете, - сказал полисмен.

- Надеюсь, - она улыбнулась.

- Вы тоже можете купить оружие, - добавил он, - сейчас в юго-восточном углу как раз дисконт-акция на Sharps-Qu. Очень компактный, но вполне эффективный пистолет.

- Благодарю, офицер. Я подумаю. Хотя, я больше люблю танцы, чем оружие. 

- О! – полисмен щелкнул пальцами, - Ведь вы оба выступали на ночном рэйв-шоу!

- Точно, - подтвердил Эрик.

- Было круто и классно! - объявил полисмен, отсалютовал им ладонью и развернулся к стойке, чтобы заказать себе (как оказалось минутой позже) два стакана кофе-глиссе, по видимому, для себя и для напарника, оставшегося за дверями.

Когда полисмен, взяв два стакана, вышел из кафе, Ханка энергично тряхнула головой.

- Уф! Если в городе на базаре полисмены-пулеметчики, тогда что же в оазисе Зебуб?

- Наверное, то же самое, - сказал журналист, - но полисмен прав: в Верхней Ливии это фактор защищенности. Ты знаешь, тут  практически нет уличного криминала, что для Северной Африки такое же чудо, как пчелы для Марса.

- На Марсе, вроде, нет пчел, - заметила полька.

- Точно, - он кивнул, - я это и имел в виду.

- Кстати, - продолжила она, - какое отношение к Марсу имеет Трикс Тайц?         

- Вероятно, она в инженерно-компаративной группе консорциума OOGG.

- Так, а что такое инженерно-компаративная группа?

- Это, - пояснил Эрик, - такая группа, которая сопоставляет данные тестов на полигоне Чарруба тут, в Ливии, и на космодроме Фамагуста-галф, на Кипре.    

- Так, значит она в американо-израильском проекте пилотируемого полета на Марс?

- Вероятно, - повторил журналист, - хотя, лучше спросить у нее после шопинга.

- А-а… - нерешительно протянула Ханка, - …Вдруг это тайна?

- Что ж, тогда Трикс скажет: это тайна. Но если нет, то мы узнаем что-то интересное.

…

Через полчаса альтернатива разрешилась. Это была отчасти тайна, но не совсем. Иначе говоря: Трикс могла поделиться не всей, но кое-какой информацией. По дороге как раз оказалось достаточно времени: до оазиса Зебуб около двух часов по кривой и горбатой пустынной грунтовке. Бйорн и Йолл заняли места водителя и штурмана, так что Трикс устроилась с гостями в грузопассажирской части салона, среди мешков с покупками. 

- Короче, - заявила Трикс, - в Фамагусте у меня кроме основной работы, еще вождение экскурсий для стратегических инвесторов и для рыцарей плаща и кинжала.   

- Экскурсии где? – спросила Ханка.

- На будущем космодроме, разумеется.

- А-а… Как можно водить экскурсии на космодроме, которого еще нет?

- Вообще-то, Ханка, в марсианском проекте «Bifrost» будет применена реплика ракеты сверхтяжелого класса «Sea Dragon» 1962 года, стартующая из плавающей позиции. По существу, ей нужен не космодром в обычном смысле, а только акватория. Так что мои экскурсии были ночным выездом на катере в зону между берегом и волноломом. Там я включала голографический проектор, и показывала «Bifrost Starship» во всей красе.

- А насколько это реалистично, в смысле: такой полет? - спросил журналист.

- Это было реалистично даже в 1960-х, - ответила Трикс, - а теперь, когда есть проект ядерного движка для межпланетного модуля, тут нет особых проблем. Проблема есть больше не с кораблем, а с экипажем. Полет в одну сторону займет около полугода, а в исследовательском режиме на орбите и на поверхности Марса астронавтам надо будет провести год с четвертью, как минимум. Понятно, что не модифицированным людям в подобной экспедиции делать нечего. Вопрос в том, какая модификация оптимальна.

- И какая же? – спросила Ханка.

В ответ Трикс сделала неопределенный жест ладонью.

- В этом-то и штука. Есть вариант, что астронавты проведут полет в спячке. Это самый простой метод. Другой вариант предполагает активное поведение в полете. Тогда надо организовать квази-гравитацию методом вращения межпланетного модуля.         

- Активное поведение, это что вообще? – поинтересовался Эрик.

- Тут есть несколько суб-вариантов… - Трикс пальцами изобразила ветвление, - …Для самого амбициозного суб-варианта есть сценарий размножения астронавтов.

- Ох ни хрена себе! Это что, серьезно?!

- Да. Как иначе подготовиться к колонизации Марса? Ведь в итоге цель именно такая.   

- А-а… - подала голос Ханка, - …Правду ли говорят, что астронавты в таком сценарии предполагаются яйцекладущие?

- Да, разумеется. Ведь обычное деторождение в таких условиях слишком рискованно.

Эрик задумался на четверть минуты и спросил:

- Яйцекладущие астронавты, это как мистер и мисс Стояновы, из-за которых случился вчерашний феерический скандал с доктором Аслауг Хоген на «Зурбагане»?