"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 3238

Оуэн Гилбен нервно хлопнул в ладоши. 

- Пожалуйста, ни слова больше об этом! Скажите только, какие у вас дела с OOGG?

- Почти никаких. Разве что, мое волонтерское членство в академии Верхней Ливии, и участие в периодической экспертизе мероприятий на полигоне марсианской миссии.         

- Вы разбираетесь в астронавтике? - спросил миллиардер.

- Нет, я разбираюсь только в дизайне яхт и смежных вопросах.

- Юлиан, извините, но я сомневаюсь. Мой эксперт по безопасности транслировал мне некоторые слухи и, похоже, эти слухи возникли не на пустом месте. Каимитиро…

- Ну, это… - Юлиан покачал в руке стакан с коктейлем, - …Как раз смежный вопрос. 

- Оуэн, - встряла Аслауг Хоген, - это правда смежный вопрос. По странному стечению обстоятельств, Юлиан в одной из арт-серий изобразил межзвездную яхту – солнечный парусник в виде ехиднаэдрона. Астероид Каимитиро оказался похожей формы, что мотивировало кое-кого 4 года назад привлечь Юлиана в международную группу, про которую вам, вероятно, говорил эксперт по безопасности. Хотя, официально группа с подобными функциями никогда не существовала, и не могла существовать.

- Да, мой эксперт говорил это тоже, - сообщил Гилбен, - так, значит, Юлиан у вас есть квалификация не только по морским, но и по космическим яхтам?

Зайз отхлебнул ромового коктейля и пожал плечами.

- Не квалификация, а одно из моих хобби. 

- Без разницы! – миллиардер махнул рукой, - Главное: вы разбираетесь в звездолетах. Такого консультанта не хватает мне и профессору Рамошу в команде по палеовизиту. Перемещайтесь вместе с Аслауг на «Зурбаган». Там есть свободная каюта-дабл, очень уютная. Условия контракта мы можем обсудить прямо сейчас, если вы не против.

- Я не против, но сразу говорю, что плохо отношусь к веганству.

- Понятно, - Гилбен снова махнул рукой, - я добавлю бонус за это неудобство.      

- Увы, - консультант по ЯД развел руками.

- Юлиан. Как насчет бонуса в сто тысяч долларов сверх вашего гонорара?

- Нет, это не вопрос цены.

- Оуэн, я заранее предупреждала вас, - вмешалась Аслауг.

- Да-да, я помню. Но, что для Юлиана настолько неприемлемо в веганстве?

- Дело не в диете, - сказал Зайз, - просто: я торгую работой, но не личными вкусами.

- Для вас это вопрос принципа? – с любопытством отреагировал миллиардер.

- Нет. Просто, я так живу.

Гилбен за несколько глотков допил коктейль, и консультант по ЯД предложил:

- Может, повторить?

- Нет-нет. Но спасибо. Было очень вкусно! Я думаю, мы можем заключить контракт с частично-дистанционным графиком. Так сейчас работает Аслауг.   

- Тогда у меня нет возражений, - ответил Зайз, - расценки за мои консультации…

- …Я видел на вашем сайте, - договорил миллиардер, - для своего спокойствия, я хочу добавить 25 процентов сверху за ваш академический уровень.

- Хорошо, Оуэн. Когда мне приступать к работе? 

- Сегодня, - сказал Гилбен, - в пять вечера будьте, пожалуйста, на совещании на борту «Зурбагана», вместе с Аслауг. Лодку можете пришвартовать плавучему дебаркадеру, и обслуживающий персонал приглядит... Так, Аслауг, у меня к вам просьба: пожалуйста, введите Юлиана в курс дела ПОЛНОСТЬЮ.

- Ладно, Оуэн. Значит, полностью. 

- А теперь, - продолжил миллиардер, - я прощаюсь с вами до пяти вечера. Было весьма приятно поговорить. Я рад, что мы пришли к взаимопониманию.

…

Когда Оуэн Гилбен на зодиаке укатил обратно на исследовательский корабль, Юлиан скептически хмыкнул и поинтересовался:

- Что значило таинственным тоном выделенное слово ПОЛНОСТЬЮ?

- Оно значило, - ответила Аслауг, - что твоя фантастическая идея по капризу фортуны совпала с планом продуктивных поисков Атлантиды. Мне остается только дополнить фантастическую идею одной деталью: конкретизировать источники энергии и тяги на космических кораблях палеовизитеров.

- Так, мисс Современная Физика, а ты помнишь мой скромный уровень образования?

- Не прибедняйся, - строго сказала она, - у тебя вполне годный уровень технического бакалавра, так что сообщение не будет выглядеть для тебя как шумерская клинопись.   

- Хочется надеяться, - ответил консультант по ЯД.    

- Тогда поехали! - произнесла она, и разместила свой ноутбук в центре стола, - как ты знаешь, звездный нуклеосинтез начинается с ядер обычного водорода - протонов. При звездных давлениях и температурах два протона объединяются в ядро дейтерия. Один протон при этом превращается в нейтрон. Его плюсовой заряд уносится позитроном. В реакции образуется еще электронное нейтрино, но оно нам не важно. Энергетический эффект этой реакции мал по ядерным меркам: 0.4 МэВ. Позитрон далее аннигилирует с ближайшим электроном. Результат: два мягких гамма-кванта, с энергией по 0.5 МэВ.

- Мягких в каком смысле? – спросил Юлиан.

- В смысле энергии, - пояснила она, - 0.5 МэВ это мягкое гамма-излучение, лежащее в  рентгеновском спектре. Значит, оно хорошо обрабатывается рентгеновской оптикой.

Консультант по ЯД выразительно похлопал ладонью по своей макушке.

- Если бы я помнил, что такое рентгеновская оптика…      

- Считай: это аналог обычной световой оптики. Зеркала, призмы, линзы. Это не совсем корректно, однако черт с ним. Ладно. Важно, что мы получаем управляемые потоки из умеренно-быстрых ядер дейтерия и из рентгеновских лучей. Их суммарная энергия, по арифметике, составляет 1.4 МэВ.   

- Это достаточно много, насколько я понимаю, - заметил Юлиан.

- Достаточно! - подтвердила Аслауг, - Но проблема: для активации протон-протонного процесса требуются, как я говорила, звездные температуры и давления.

- Ты говорила это в самом начале, - заметил он.

- Верно, я говорила. Такие условия слишком сложно создать, и поэтому нам требуется альтернатива. Традиционный путь, изобретенный в 1950-х, это тороидальная камера с магнитным удержанием плазмы. Это работает, но требует огромных стендов, и также  огромных затрат энергии на разогрев и удержание. Применение таких стендов только научное. Для практического применения, а тем более для применения в астронавтике, требуются иные методы с намного более компактной, более экономичной установкой. Например, сверхсильное магнитное поле, создаваемое по обратному эффекту Фарадея, лазером с винтовой поляризацией в схеме с плазменным зеркалом.

- У-упс, - протянул Юлиан.   

Аслауг Хоген нежно погладила его по плечу.

- Кажется, ты не знаешь, что такое обратный эффект Фарадея.

- Хуже, - сказал он, - я не понял всю вторую половину твоей фразы.   

- Я объясню про это позже, - пообещала она, - сейчас это не важно, поскольку у наших палеовизитеров была другая технология, в чем-то аналогичная кристадин-фюзорам.

- Это я легче пойму, ведь с физикой фюзоров уже разбирался. Туннельный эффект, а?

- Да, но не в полупроводниковом кристалле, а в суперионном льде.

- Суперионный лед, это что?

- Я объясню кратко. Ты знаешь, как устроен металл на атомном уровне?

Консультант по ЯД с готовностью кивнул.

- Да, это-то я помню из политехникума. Решетка из плюсовых ионов металла, а между узлами решетки свободно гуляют электроны. Отсюда высокая электропроводность. 

- В общем, верно. А теперь про суперионный лед. Начнем с того, что обычный лед при давлении выше двух гигапаскалей… 

- …Это 20 тысяч атмосфер? – спросил Юлиан.

- Да. Итак, при давлении выше двух ГПа, лед переходит в модификации VII –VIII. Его решетка - кубическая, плотность 1.6 килограммов на литр. Если пропустить через него поток высокоэнергетических фононов…

- Кого-кого?

- Фононы, звуковые кванты в кристаллическом теле. И вот: тогда этот лед переходит в суперионное состояние. Как металл, но свободно гуляющие частицы - не электроны, а протоны. При резонансном наложении электрического поля, проявляется туннельный эффект: протоны вступают в реакцию синтеза дейтерия, и далее то, с чего мы начали.