"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 2773
- Правильно для кого? Для тебя? Для меня? Для госчиновников Евросоюза?
- Ого! – она сделала круглые глаза, - Гастон, ты уже рассуждаешь как меганезиец.
Доктор Дюги улыбнулся и выразительно пожал плечами.
- Я просто стараюсь рассуждать последовательно. Если в обществе что-то происходит, значит, это кому-то выгодно. Остается понять: кому и почему.
- Ну их к черту, - Доминика махнула рукой, - Лично мне хватает напряжения мозгов на работе, которая мне нравится. Я не намерена ломать голову над проблемами оффи.
- Кто-кто рассуждает, как меганезиец? – с веселой иронией спросил он.
- Мм… Я, кажется, сказала слово «оффи»… Это не иначе, как влияние Лианеллы. Она постоянно таскает в дом меганезийские словечки.
- Ладно, - Дюги махнул рукой, - действительно, к черту политику. Давай лучше я тебя приглашу в ночной клуб, бар, или что-нибудь такое.
- В восемь утра совещание, - напомнила она,
- Я помню, и обещаю, что мы не будем куролесить всю ночь. Ну, как?
- На таких условиях – отлично! Только еще одно…
- Что?
- Включи свой мобайл. Марне мечтает дозвониться тебе про святого Сильвестра.
…
Через несколько часов. Атолл Упаикиро.
Чуть слышно щелкнул электрический разряд. Принц Тотакиа резко прижал ладонь к пораженному боку и выдохнул:
- Joder allez.
- Чистый выигрыш, - констатировал Эланг, игравший роль арбитра.
- Кияма Хотару коротко поклонилась и нажала кнопку на рукоятке джедайского меча. «Лезвие», светившееся алым, погасло. Поэтеоуа Тотакиа тоже поклонился (хотя не так изящно) и выключил свое лазурное «лезвие». Теперь площадка «рыцарского турнира» освещалась только нежно-салатным мерцанием люминесцирующей телепальмы.
- Слушай, Хотару, как у тебя это так здорово получается?
- Просто, получается, - ответила она, - Понимаешь, мой папа очень традиционный. Он отправил меня заниматься кэндо, когда мне исполнилось 9 лет. Это очень рано.
- Он хотел, чтобы ты, типа, фехтовала в большом спорте? – предположил Окедо.
- Нет, - японка покачала головой, - Но, он считал, что ребенок в семье самурая должен чувствовать... Душу меча… Принцип… Ken no shin no tamashi. Это трудно перевести с японского. Или даже невозможно.
- Я попробую, - откликнулся Дземе Гэнки, вооружаясь блокнотом и фломастером.
- Кто выиграл турнир, тот называет наш стадион, - напомнила Штос, каким-то образом оказавшаяся за спиной Хотару. Еще секунду назад ее там точно не было, хотя… Очень сложно утверждать что-то о местонахождении буньипа, особенно, после заката.
- Да, - Хотару кивнула, - я помню.
- Ну, так какое название? – азартно спросила Тиви.
- Мне надо подумать. Это ответственное дело, правда?
- Чтобы лучше думалось, надо сожрать еще по кусочку фуа-гра, - сказала юная утафоа.
- Подождите, - вмешалась Лианелла, - я подогрею! Фуа-гра требует температуры.
Успех этой упрощенной версии традиционно-французского блюда Лианелла (честно и объективно) относила в меньшей степени на счет своего кулинарного таланта, и в значительно большей - на хороший аппетит команды, а также на качество и свежесть исходных продуктов. Но все равно, было приятно слышать комплименты. Новогоднее гульбище на Упаикиро хаотически развивалось, по мере рождения внезапных идей и всплесков фантазии участников. Взять тот же рыцарский турнир на джедайских мечах, «древние правила и традиции» которого были изобретены за четверть часа.
Где-то с полудня, у Лианеллы все чаще появлялось чувство сказочной нереальности происходящего. Все это, начиная от выступления в качестве принцессы Навсикаи (с пилотом - принцем канаков) и до феерических вечерних сражений на световых мечах посреди мини-стадиона на почти мифическом атолле… Яркий запутанный клубок длящихся впечатлений, зажигательных эмоций. Внезапных догадок… Опасение быть непонятой, или быть понятой неправильно, куда-то испарились. Теперь француженке казалось, что ее мысли находят прямой отклик в мыслях человека, который… Здесь красовался изящно-изогнутый вопросительный знак, огромный, как Эйфелева башня. Лианелла опасалась слишком доверять сказочности и думать о Поэтеоуа Тотакиа в книжно-романтических терминах вроде: «я люблю его» и «он любит меня». Лучше (полагала она) оставить это в легком тумане. Пусть оно будет понятно без слов…
Экс – младший лейтенант ВМС Японии отложил фломастер и предъявил всем очень аккуратный столбик из дюжины иероглифов.
- Э… Хэх… - произнес Окедо, - кэп Гэнки, а давай ты сам прочтешь?
- Хорошо, - Дземе кивнул и прочел:
Hikaru yashi
Omisoka
Yuko ni naru.
Поэтеоуа подвигал кожей на лбу, демонстрируя крайнее напряжение ума.
- Так… Блестящие ладони… Э… в Новый год… Э… станут эффективными…
- Chi! – весело воскликнула Хотару, хлопнув себя ладонями по коленям, - Ты хорошо переводишь, даже очень хорошо, но видно, что ты имел дело только с техническими текстами. Это другое.
- Я понимаю, - он кивнул. – Но я, как бы, действительно...
- Все равно, очень хороший перевод, - перебил Дземе Гэнки, - Но если точнее, то:
Под светящейся пальмой
В новогоднюю ночь
Обретаем силу.
- Классно! – объявила Тиви, - Вот это по-джедайски!
- А можно, - спросила Хотару, - назвать стадион полностью этим хокку, или так будет слишком длинно?
- Называешь ты, - заметила Штос, - так договорились.
- Но, - осторожно заметила японка, - обычно такие длинные названия не используют.
- Здесь мы обычай, - твердо сказал Эланг, - И будет так, как мы хотим. Этот стадион называется: Hikaru yashi - Omisoka - Yuko ni naru.
- Мауи и Пеле слышали, – добавила Тиви традиционный финал правильного lipo.
…
Несколько позже. Муруроа, северо-восточный угол.
Гастон Дюги припарковал трицикл около нескольких колесных машин разных типов и, повернувшись к Доминике, с некоторой гордостью сообщил:
- Вот это место! Я его открыл случайно, около недели назад. Правда, я тогда видел его только из лагуны. Логика подсказала, что от нашего городка досюда ведет достаточно широкая тропа по барьеру рифа.
- А что здесь? – поинтересовалась она.
- Стойбище deltiki, диких моторных дельтапланерных туристов.
- Мм, - произнесла она и прочла надпись, кривовато выполненную фосфоресцирующей краской на огромном навесе в форме наполовину сложенного крыла дельтаплана.
«Паб реальных космических пиратов: ЛЕТУЧИЙ ГРЕНЛАНДЕЦ»
- Заводное название, как ты считаешь? – спросил он.
- Заводное… - согласилась Доминика, глядя на инсталляцию из бамбуковых скамеек и столов под навесом, группирующихся вокруг стойки бара, сделанной из носовой части фюзеляжа какой-то отлетавшего свое авиетки, - а мы сойдем за реальных космических пиратов? Может, тут какой-то dress-code, или что-то подобное…?
- Доми, какой dress-code в Меганезии? Посмотри, там половина публики голая, если не считать картинных галерей на коже, а вторая половина одета во что попало.
- Ладно, - решительно сказала она, - Главное: музыка мне нравится. Кажется, румба, а может быть, сальса… в общем, что-то латиноамериканская. Пошли!
…Помимо скамеек, в пабе, около самой стойки имелось несколько пластиковых бочек, служивших табуретами. На две из них приземлились Дюги и Лескамп.
- Amigo, а есть тут мохито с ромом? - обратился Дюги к бармену, одетому в армейские штаны-бриджи и в сине-красную роспись по обнаженной верхней половине тела.