"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 2279

- Вкусно! Жаль, что не соленое, но это я уже капризничаю. Хэй, Линси, я знаю, в чем тайная сила китайского спецназа!

- Вообще-то, - скромно ответил лейтенант, - Этот метод не одобряется инструкциями НОАК, поскольку при неосторожном подходе он влечет проблемы с электричеством.

- А почему не написать в инструкции, чтобы ставили предохранитель?

Линси Ли неопределенно пожал плечами.

- Обычный армейский консерватизм. Это оборотная сторона хороших традиций.

Эйге подвинул к себе ноутбук и сообщил:

- Повешу рецепт на блоге резервистов флота… Линси, на тебя можно ссылаться? Или лучше написать «анонимный китайский друг», чтобы тебе не влетело от начальства?

- Лучше анонимный, - ответил лейтенант, - Дело не в начальстве. Просто, я много раз ругал своих бойцов за то же самое. Как я буду выглядеть в их глазах, если…

- …Это понятно, - Эйге кивнул, шлепая пальцами по клавиатуре, - … Вот так гении и остаются безымянными. Через тысячу лет историки гадают: кто изобрел парус, весла, колесо, самогонный аппарат. А просто, командарм вовремя не поменял инструкцию.

- Мыслитель, - прокомментировала Хлот, похлопав его по затылку.

Над океаном поднималось огромное экваториальное солнце. Мягкое ночное тепло стремительно исчезало, чтобы вскоре уступить место полуденному пеклу. Блики на невысоких волнах посверкивали, как гелиографы, а гребни просвечивали насквозь изумрудной зеленью, контрастируя с густой синевой остальной воды. А далеко на востоке, на полпути к горизонту, океан казался залитым расплавленным серебром.

Четверка участников рейда, завершив расправу над «морскими сосисками», быстро развернула крылья над «flyproa» - пока просто в качестве солнцезащитных тентов, а затем, на экран была извлечена детальная карта подводного атолла.

- Короче, - сказал Эйге, - Этот барьер вы уже видели. Есть еще четыре. На 15 миль к северу отсюда площадка на небольшой глубине. В трех милях к северо-западу от нее лежит узкая полоска, тоже мелководная, затем поперек, на запад, еще одна площадка, правда глубина - пятнадцать. Последняя точка: северный угол, уже по дороге домой. Сложная извилина на глубине около двадцати метров. Все будем смотреть?

- Все, - решительно подтвердила Юн Чун.

- ОК, - он кивнул, - Но на третьей и четвертой точках до дна не ныряем.

- Почему? - спросил Линси Ли.

- Потому, что медико-биологическая граница сноркелинга – десять метров.

- Десять? – удивился он, - Но почему? Даже у европейцев и американцев ограничение двенадцать, а вы океанийцы! Ваши фридайверы…

- … Да, мы океанийцы, - спокойно и уверенно перебила Хлот, - наши фридайверы до Хартии ныряли за жемчужными моллюсками на сорок метров, и к тридцати годам становились инвалидами. Так что вот: десять метров, ребята.

- Да не парьтесь вы, - добавил Эйге, - Там сверху все видно. Если что-то понравится, прилетим в другой раз с ребризерами, и вы все разметите. Это же рядом с домом.

…И действительно, в ярком солнечном свете, пробивавшем толщу воды, казалось, что изгибы кораллового барьера, напоминающие верхушку гигантского грецкого ореха на глубине 15 – 20 метров, лежат совсем недалеко от поверхности - эффект преломления. Достаточно было нырнуть даже на глубину человеческого роста, чтобы исчезли блики от поверхности – и можно было рассмотреть все существенные детали.

Меганезийцы ненавязчиво следили за гостями, держась под водой где-то рядом, как правило, чуть ниже и позади, вне поля зрения. Они не говорили слова «подстраховка», хотя ясно было, что они занимаются именно этим. Когда Линси попробовал уйти за «десятку», то Эйге мгновенно оказался почти у него перед носом, и жестами (ладонь одной руки горизонтально, указательный палец другой руки – четко вверх), показал невидимую границу разрешенной глубины…

Несмотря на все «меры гуманизации дайвинга» (по выражению Хлот), Юн Чун сошла с дистанции уже на третьей «точке», а после четвертой «точки», Линси Ли почувствовал себя совершенно измотанными (в то время, как Хлот и Эйге были свежими и почти не уставшими). Поразмыслив немного, китайский лейтенант отметил, что в специфических океанских условиях, его объективно-превосходная физическая форма оказывается менее значимой, чем простая повседневная привычка канаков. Получается, не просто так они говорят: «Au oone aha miti» (наша земля это море)… А ведь эти ребята - далеко не элита морского спецназа. Просто хорошее подразделение, обученное «зацепляться за морской плацдарм»… Есть ли в Меганезии элита боевых пловцов, аналогичная американским «SEAL», австралийским «CDT», или Специальному отряду морской пехоты Южного Флота КНР? Генерал-лейтенант SSD Гихоу Зян придавал вопросу о меганезийском морском подразделении «Bunyip» огромное значение. «Если группа «Bunyip» реально существует, - объяснял товарищ Зян, - то ясно, почему ВМФ Меганезии обходится без субмарин. Дело тут не в экономии. При наличии бойцов, способных без специальных технических средств пересекать моря со скоростью до десяти узлов, не выделяясь из мигрирующих стай морских животных, и атаковать объекты берегового или морского базирования до глубины сто метров, субмарины просто не нужны. Это металлолом»...

Хлот тихонько ткнула китайского лейтенанта в бок.

- Хэй, Линси Ли, возвращайся в реальный мир!

- А-а? – спросил он, поняв, что действительно на несколько секунд куда-то выпал.

- Вот тебе и «а-а», - ответила меганезийка, и пихнула ему в руки кружку с горячим сладким чаем, - Нельзя два дня подряд нырять столько часов без подготовки.

- В учебном батальоне я сдал подводную подготовку на «отлично», - ответил он.

- Тебя не к этому готовили, - пояснила она, - Это как в беге. Есть спринтеры, а есть стайеры. В смысле фридайвинга, ты спринтер.

- А стайеры это буньипы? – спросил он.

- Буньипы это австралийские тюлени-оборотни, - сказал Эйге, - Они мифические.

- В прошлом году я видела на каком-то блоге фото буньипов, - заметила Юн Чун.

- А я видела на блогах фото инопланетян и снежного человека, - ответила Хлот.

- Ты считаешь, что буньипы из того же ряда? – уточнила китаянка.

- Ну, как тебе сказать. Все зависит от того, что именно ты называешь этим словом.

- Например, племя вроде шерпов, - вмешался Линси Ли.

Эйге недоуменно почесал в затылке.

- Шерпы? Но они же, вроде живут в горах, разве нет?

- Я имею в виду сам принцип… - китайский лейтенант отхлебнул чая, - … Шерпы это пример этноса, приспособившегося к кислородному голоданию на больших высотах. Почему не может существовать этнос, который приспособился к жизни, скажем, на атолле, который, в течение нескольких тысячелетий, медленно погружался, и туземцы привыкали все больше времени проводить в воде… И под водой.

- А что им помешало просто смыться на другой атолл? – поинтересовался Эйге.

- Далеко и нет материала для лодок, - предположил Линси Ли.

- Аргументировано, - буркнула Хлот,

- Не совсем, - возразил Эйге, - Эволюция гомосапиенсов имеет технические пределы. Никто пока не встречал туземцев, продолжающих жить на погрузившихся атоллах.

- А если никто попросту не обращал внимания? - спросила она, - Вот например: мы с тобой позавчера были на Тилланчонке. Ты заметил, как плавают и ныряют туземцы? Прикинь: откуда они там вообще взялись? Тебе не пришло в голову присмотреться? Кстати, ты уверен, что дирекция «Bharati Naval Group» действительно не знала про туземцев? А если знала? А если ради туземцев и устроен этот полигон?

- Брр!.. Ты хочешь сказать, что туземцы Тилланчонка это буньипы?

- Я хочу сказать, что если присмотреться внимательнее, то все не так просто.

- Aita pe-a, - сказал он, - Будем там в следующий раз, и присмотримся.