"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 2253

- Нет уж, давайте поставим точки над «i»! Ответьте, док Чинкл! Вы действительно не видите принципиальной разницы между Пол Потом и Иисусом Христом?

- Вы имеете в виду, видимо, их доктрины, а не их внешность, - предположил он.

- Да! Доктрины, учения, принципы! Называйте, как угодно, но ответьте по существу!

- По существу, - сказал Кватро, - у них одна общая доктрина… Пожалуйста, не надо перебивать меня, прекрасная сердитая сеньорита, вы задали вопрос, теперь я на него отвечаю, ОК? Эта доктрина очень проста. Отнимите у людей материальные блага сверх того, что биологически-необходимо, отнимите у них еще знания, сверх необходимых в быту, заставьте их заниматься аграрным физическим трудом, ограничьте сексуальную активность тем минимумом, который нужен для воспроизводства потомства, и настанет счастье. Бантики - обоснования этой доктрины – разные, но они не важны.

- И Пол Пот учил: «люди, возлюбите ближнего, как себя самого»? – насмешливо поинтересовалась девушка.

- Разумеется! – весело воскликнул Кватро, - Принудительный альтруизм это основа учений подобного рода! Берем продуктивно работающего субъекта и отнимаем его имущество в пользу общины нищих бездельников, поскольку надо не жадничать, а деятельно проявлять любовь к ближним. В коммунистическом варианте подобная организация жизни и производства называется «колхоз».

- Неправда! – возмутилась она, - Иисус не учил отнимать имущество силой!

Математик улыбнулся и пожал плечами.

- Знаете, я ведь читал американскую библию. Там изложен ясный алгоритм рэкета. В первой серии богачам настоятельно рекомендуют отдать имущество добровольно. Во второй серии, уже применяют бомбежки и зачистки, а выживших пропускают через фильтрационный лагерь. Это называется «Апокалипсис». Я верно изложил сюжет?

- Давайте вернемся к реальным событиям, - вмешался Нил Сноу, спасая студентку, впавшую в ступор от такого прагматичного подхода к христианской мифологии.

- Давайте, - легко согласился Кватро, - Я все еще жду ответа: чем плох Ним Гок?

Теперь улыбнулся Нил Сноу.

- Док Чинкл, вы сами только что критиковали эти коммунистические «колхозы»!

- Какие «эти»? Демон сидит в деталях. Любая революция начинается с того, что свергнутую элиту репрессируют, а ее имущество делят. Вопрос: что дальше?

- Дальше, разумеется, примитивный «колхоз», - сказал Сноу, - Поскольку Ним Гок последователь Пол Пота.

- Последователь, а не копия, - парировал Кватро, - Ним Гок, как принято говорить у коммунистов, творчески развил учение Пол Пота. Несколько поправок, и получилась неплохая система аграрно-постиндустриальных кооперативов.

- Понятно… - Нил Сноу махнул рукой, - Математик-экономист вашего уровня легко переспорит несведущего человека в вопросах производства и управления. Но мы-то начали не с экономики, а с терроризма. Геноцид в Брунее. Военные преступления на Тиморе. Теперь - захват в нейтральных водах мирной яхты «Golden Sun». Вопрос, я напоминаю, поставлен так. Как вы, ученый, интеллектуал, можете сотрудничать с субъектом, у которого руки в крови многих тысяч людей, и который демонстративно попирает все нормы гуманизма и международного права?

Кватро Чинкл откинулся на стуле, поднял брови и произнес:

- Нил, вам самому не смешно выражаться в таком вычурно-пафосном стиле?

- Возможно, док Чинкл, я перебрал с пафосом, но суть дела от этого не меняется.

- ОК. Допустим, не меняется. Итак, проблема, как вы теперь говорите, совсем не в политическом строе на Соц-Тиморе, а в нескольких силовых акциях, которые вы рассматриваете, как терроризм.

- А вы как их рассматриваете? – раздался вопрос из зала.

- Первые два случая, - ответила Кватро, - это уничтожение фундаменталистов. Я не приветствую способ исполнения, но считаю, что как-то это надо было сделать.

Нил Сноу многозначительно покачал головой.

- Вы разделяете позицию верховного суда своей страны, не так ли?

- Просто наши позиции совпадают, поскольку ситуация простая. А теперь, о третьем случае. Яхта «Golden Sun». Тут я безоговорочно на стороне Ним Гока. Я считаю, что рабовладельцы не должны чувствовать себя в безопасности ни в одной точке мира.

- А как быть с тем, что в вашей стране используется рабский труд каторжников?

- Знаете, Нил, - спокойно сказал Кватро, - Я вам советую взять катер и прокатиться на восточный берег Табуаэрана, в каторжную тюрьму Ваи-Тепу. Всего три мили отсюда. Тюрьма принадлежит партнерству «Playa Artificial», поэтому там отличный стадион и дансинг. Скажите коменданту, что вы из CNN, и он вам проведет экскурсию по всей территории. Вы очень быстро поймете, чем отличается каторга от рабства.

- Вот возьму, и съезжу, - проворчал Сноу, - но, вернемся к яхте «Golden Sun». Откуда известно, что там были эти девушки-рабыни? Как-то это подозрительно напоминает инсценировку, с целью оправдать похищение троих людей, занимающих достаточно высокое социальное положение в Европе. Что вы на это скажете?

- Это очень интересный вопрос, Нил. А какое бы доказательство вас устроило? Что должен предъявить вам Ним Гок, чтобы вы согласились: да, это не инсценировка?

- Какие доказательства? – переспросил репортер.

Меганезийский математик улыбнулся и кивнул.

- Да. Аудио-видео записи с хронометражем и объективной привязкой к физическому положению яхты по данным съемки со спутника. Записи телефонных разговоров с подтверждением времени разговора между данной парой абонентов из протоколов провайдера. Оплата счетов в данное время в данном географическом пункте. Или показания свидетелей, подтвержденные данными медицинской экспертизы? Ну, что?

- Конечно, это может показаться убедительным, - осторожно сказал Сноу, - но при современном уровне развития техники, все это, видимо, можно фальсифицировать, а свидетелей можно подговорить, подкупить или запугать, не так ли?

- Браво! – Кватро похлопал в ладоши, - Ваш скептицизм великолепен. Скажите, а к решениям американской юстиции вы относитесь также скептически? Вы верите в обоснованность хотя бы одного обвинительного приговора?

- Ну, вообще-то наши суды считаются достаточно объективными, - ответил Сноу.

- Вот как? А я вас уверяю, Нил: любой американский суд вынес бы обвинительный приговор на основании даже половины доказательных материалов, имеющихся по данному делу. Нет, даже четверти! Вы будете спорить с этим?

- Ну… - репортер задумался, - Видимо не буду, но наш суд заслуживает доверия.

- Вашего доверия, - уточнил математик, - Причем, доверия, обоснованного чисто субъективно, через личную симпатию. А объективно о судебных ошибках в США написаны целые тома. Но не будем в это углубляться. Просто, у меня имеются не меньшие основания доверять тиморской юстиции, чем у вас - американской. И я оцениваю ситуацию исходя из этого.

С периферии зала выкрикнули вопрос.

- Доктор Чинкл, вы испытываете личную симпатию к режиму Красных кхмеров?

- Я считаю, что политический режим - это не девушка, чтобы испытывать к нему симпатию. Это - инструмент, который в той или иной мере может поддерживать материальный прогресс, рост благосостояния граждан и рост качества их жизни. Остальное уже менее существенно.

- И не важно, какой ценой это поддерживается? – уточнил Сноу.

- Вопрос не простой, - сказал Кватро, - У каждой из современных развивающихся социальных систем есть скелет в шкафу. Так, западная цивилизация нового времени развилась за счет грабежа колоний и обращения их жителей в рабство.

- Но это уже в прошлом, - возразил репортер.

Кватро Чинкл покачал головой.

- Не совсем в прошлом. Иначе бы в серьезной западной прессе не мелькали призывы вернуться к истокам. Вопрос: Куда обращена данная социальная система: к своему понятному феодальному прошлому с твердыми моральными устоями и культурной традицией, или к гораздо менее понятному будущему? По моему опыту, речь о цене прогресса заводят для агитации за возврат к «Старому Доброму Прошлому». О цене регресса, заметим, при этом молчат. Сегодня, как и всегда, у прогресса есть цена. Мы знаем, что в начале индустриальной эры, ценой машинного прогресса было падение качества жизни людей. Индустриализм - это конвейер Тейлора. Люди для него – это тягловый скот, способный крутить гайки. Постиндустриальный прогресс - это креатив, который не может быть обеспечен тягловым скотом. Для постиндастриала необходим человек, имеющий высокое качество жизни, в частности - благосостояние, свободу и свободное время, чтобы реализовывать эту свободу. Вот почему постиндустриальный прогресс не может проводиться ценой падения уровня и качества жизни людей. Какой угодно ценой – только не этой. Цена прогресса все равно может оказаться достаточно высокой, но в любом случае, я считаю, что качество человеческой жизни дороже.