"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 1888

Адмирал Дэнброк минут десять слушал, стоя в нескольких шагах от компании, а затем перебрался в свой самолет и позвонил в секретариат министра обороны. Суть разговора была проста, как репа: Можно долго говорить о меганезийском судебном произволе, но если немедленно не заплатить эти 60 миллионов долларов, то из 12 моряков ВМС США половина пойдет на службу в вооруженные силы Меганезии на 4 года. Другая половина осядет в Меганезии навсегда, поскольку, продав все имущество в США, и устроившись на островах, они не захотят возвращаться, даже если потом проблема штрафа будет улажена.

Затем Дэнброка соединили с министром, который многословно возмущался, и спросил: уж не думает ли адмирал Дэнброк, что министерство обороны США поддастся на такой грубый шантаж? Адмирал мягко напомнил: военный бюджет составляет 500 миллиардов долларов. Министр ответил: все деньги расписаны и лишних 60 миллионов нет. Адмирал поблагодарил за эту информацию и пообещал донести ее до матросов и членов их семей.

Эта идея почему-то не понравилась министру, и он сказал, что попробует изыскать сумму в течение месяца. Адмирал снова поблагодарил его, но пояснил, что деньги нужны сейчас, а через месяц они ничего не решат. В итоге сумма была переведена на следующее утро.

Днем адмирал Дэнброк отбыл на Гавайи в самолете, набитом под завязку моряками, их родственниками и мелкими сувенирами. Оставшимся на Ранафути 7 офицерам адмирал приказал «держаться и не унывать» и обещал обеспечить поддержку вплоть до Конгресса и Президента. Проводив адмиральский самолет, офицеры двинулись играть в ацтекбол со свободным меганезийским отделением. По возвращении в отель их ждал сюрприз: в виде короткого объявления не входе:

«Уважаемые офицеры «Норфолка»! Заседание верховного суда по вашему делу будет проведено завтра, в 10:00 в помещении ресторана».

Это заседание длилось более двух часов. Суд выяснял меру информированности каждого офицера. Капитан Ходжес все время показывал, что эта мера была близка к нулю у всех, кроме него. Видя, что он целенаправленно собирает себе все возможные неприятности, остальные офицеры пытались было как-то распределить ответственность, но ничего не вышло. Капитан привел железный аргумент: боевая задача подлодки была совершенно секретной, пакет с ее описанием предназначался только капитану, и утверждение, будто капитан ознакомил с содержанием пакета кого-либо еще, было эквивалентно обвинению в нарушении служебного долга. Ди Эйч заявил об этом прямым текстом, и все его офицеры дружно заткнулись. В 12:15. судья зачитал постановление относительно 6 офицеров. Оно отличалось от постановления по делу матросов только в сумме штрафа: 20 миллионов долларов с каждого. Заседание по делу Ходжеса откладывалось до выяснения его личной роли в планировании рейда «Норфолка». По настрою суда было понятно, что у капитана нет никаких шансов отделаться штрафом.

Министерство обороны США на этот раз проявило исключительную оперативность и сговорчивость. По слухам, это было связано с заявлением, которое сделал накануне исполнительный директор китайско-меганезийской судостроительной компании «Miti-Shandan». Затронув проблему экипажей для ультрановых подводных грузовиков, он сказал: «Непросто найти людей, способных грамотно управлять машиной весом более 200 тысяч тонн, движущейся под водой со скоростью 30 узлов, но такие люди есть. Например, американские офицеры с «Норфолка». После нескольких прямых попаданий глубинных бомб, они сумели выполнить ремонт в подводном положении, восстановить ходовые качества, и пройти более 100 миль. Если после суда они останутся в Меганезии, то им не надо будет долго искать работу. Мы умеем ценить талантливых людей».

US Joint Chiefs of Staff, не без оснований, полагал, что подводные грузовики этой серии здорово похожи на прототип мобильных подводных баз «Tsuifen», сведения о разработке которых просачивались из китайского военно-морского ведомства. Комитет штабов США был совершенно не намерен снабжать этот модерновый проект китайского подводного флота своими офицерами. Так что 120 миллионов штрафа были уплачены через час после того, как суд зачитал постановление. А еще через 4 часа, офицеры «Норфолка» летели над Тихим океаном в самолете, любезно предоставленным фирмой «Магеллан».

— Блин, а это что? — спросил лейтенант Инсвик, крутя в руках пластиковую банку с улыбающейся волосатой рожицей на этикетке.

— Прочти, что написано, — посоветовал Траск.

— Ага, уже пробовал. Там не по-английски. Кроме «натуральный кокос» ни черта не разобрать.

— Дай сюда, — Рейсвил, сидевший рядом, отобрал у коллеги банку и прочел, — «Amarga a Striped mar cobras contem alcool natural cocos». Ну, все понятно. Настойка на полосатой морской змее содержит натуральный кокосовый спирт. Языки народов мира учить надо.

— А я как раз позавчера такую пил, — вмешался второй лейтенант Улкерт, — Это мне Еоити подсказала. Ну, девчонка-бармен. Та, которая рыженькая с короткой стрижкой. Классная настойка. Не очень крепкая, но эффект…

— Какой? — спросил Инсвик.

— Ну… — Улкерт оглянулся на Фрэн, которая сидела позади него, вместе со старпомом Палфри, — Ну, короче, «виагра» по сравнению с этим просто детский морс, понял? А вот вы мне лучше объясните, что это за фрукт?

Он поднял вверх гроздь сине-фиолетовых шаров, каждый размером с теннисный мяч.

Пилот-меганезиец глянул через плечо и сообщил.

— Это самоанский виноград.

— Чего? — переспросил Улкерт.

— Я ж тебе говорю, бро: самоанский виноград. Он, по ходу, трансгенный.

— Ни хрена себе… А есть его можно?

— Запросто. Виноград, как виноград, только шкурка толстая. У меня во дворе такой растет.

— А это? — спросила Фрэн, вытащив из своего мешка довольно длинную широкую полосу яркой, радужно переливающейся ткани.

— Лава-лава-техно, — ответил пилот, — Ну, та же лава-лава, только на липучках и мигает.

— На тебе будет классно смотреться, — с видом знатока заявил Траск.

— Откуда ты знаешь?

— А на тебе все классно смотрится, — пояснил он.

— Ты примерь, — предложил Рейсвил.

— Если бы я еще знала как…

— Тебе Стью с удовольствием поможет. Мы все тактично отвернемся.

— Эй, ты там без намеков, — буркнул Палфри, — ладно, давай помогу.

Минуты через три лава-лава была надета и Фрэн прошлась по маленькому салону под одобрительный свист и аплодисменты.

— Без света будет еще лучше, — сообщил пилот и, ткнув что-то на пульте, опустил жалюзи. В полутьме ткань мигала меняющимися узорами двух цветов, так что казалось, будто по ней бежит морская волна с белым гребнем.

Инсвик почесал в затылке и заметил:

— Жаль, в Штатах в такой штуке не очень-то погуляешь. Ну, разве что, на пляже.

— Во Флориде в ночном клубе тоже можно, — авторитетно добавил Рейсвил, — не в любом, конечно.

— Ладно, — решила Фрэн, — вот поедем навещать кэпа, и я буду разгуливать по Меганезии исключительно в этом.

Все как-то сразу замолчали. Потом Траск, крутя в руках только что извлеченную из своего мешка резную курительную трубку, сказал:

— Как-то не здорово с кэпом получилось. Мы летим домой, все такие жизерадостные, и по мешку подарков у каждого, а он сидит там один. Вроде как, мы его бросили.

— Ну, не совсем один, — возразил Улкерт, — там с ним эта атомная бомба в бикини. Такая слона на скоку остановит. Уж скучать-то он точно не будет.

— Ничего себе! — возмутилась Фрэн, — между прочим, Элеа очень милая, непосредственная девушка, тонкая чувствительная натура…

— Угу. Еще скажи: скромная и застенчивая.

— Не будь ханжой. Она просто без комплексов. В Меганезии это в порядке вещей, если ты заметил. И, кстати, она четко сказала: кэпу дадут лет 5 исправительных работ, и то, для проформы. То есть, свободный режим, просто под наблюдением. Что я вам пересказываю? Ведь она при всех объясняла: некриминальный тип, значит…

— Вроде как за неуплату налогов, — закончил ее мысль Рейсвил, — занятное правосудие в этой Меганезии.