"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 1608
— Отлично! – оценил он, — С меня приз. Ну, беги и скажи Асте, что я сейчас подойду.
Он проводил Уинго глазами, улыбнулся и, перед тем как пройти на террасу I этажа за стол, отправил еще одно сообщение: «Коллега! Это вполне безобидное кодирование романтической переписки, не содержащей секретной военно–технической информации. Обычная игра у молодежи. Но, из указаний, содержащихся в представленных данных, я делаю вывод, что надо присмотреться к хабитанту Оскэ Этено, из Таулага–вилл, атолл Олосенга. Судя по имеющимся данным, он инженер–электромеханик, self–emloyed, и имеет потенциал роста. Мобилен, коммуникабилен, сообразителен и de–facto он уже в игре, т.к. связан с Р. и П. Батчерами, Варрабером и Ф. Хок–Карпини. Удачи, коллега».
…
43 — РОККИ МИТИАТА. Экс–координатор Меганезии.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -
Таити имеет форму несимметричной восьмерки. Больший, западный кружочек называется Таити–Нуи, на его юго–западном берегу раскинулась столица острова — Папеэте. Меньший, восточный кружочек это Таити–Ити. На южном заливе Таохото, врезающемся в остров в месте соединения Таити–Нуи и Таити–Ити, расположены верфи Ваиреи и городок Ваирао.
Верфи совершенно не производят впечатления тяжеловесной, подавляющей горы стали в сочетании с человеческим муравейником (как можно было ожидать от промышленного объекта такого колоссального масштаба). Скорее, они кажутся чем–то сюрреалистически–воздушным, как фантастические сооружения на гравюрах Эшера. И при этом, очень мало людей. Просто удивительно мало. Огромные металлические корпуса на разных стадиях готовности, будто сами растут под открытыми с четырех сторон головокружительными арочными куполами, из фрагментов, движущихся по ниткам конвейера. Разумеется, это иллюзия. Просто с обзорной площадки не видны такие «мелочи», как манипуляторы и прочие навесные устройства кран–балок. А вот чудовищные серебристые туши грузовых дирижаблей видны замечательно. Они скользят на малой высоте, и образуют над бухтой что–то наподобие замысловатого динамического узора. Корабли в бухте и у причалов кажутся на их фоне относительно небольшими – кроме нескольких суперконтейнерных судов, которые похожи скорее на невероятные плавучие города.
Над обзорной площадкой возвышается алюминиевый Сэм Хопкинс, человек–миф, автор меганезийской военной стратегии. Он подозрительно напоминает античного Посейдона (подозреваю, что это – копия с какой–то из подходящих классических скульптур), но в отведенной для мощного броска правой руке, он держит не трезубец, а планер, похожий на стилизованную птицу–альбатроса. Это — «Арго», символ Акта атомной самозащиты. Внушительный фаллос Сэма изображен, как говорится, «в боевом положении». Правда, поскольку сейчас только середина семестра, фаллос имеет тот же тускло–серебристый цвет, что и остальная фигура. Студенты начистят его до блеска только через три месяца. Впрочем, пускать зайчики от этого фаллоса сейчас бы все равно не получилось: солнце находится почти в зените, посреди неправдоподобно–чистого, безоблачного неба.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -
…
Брай хлопнула задумавшуюся Жанну по плечу и весело сообщила:
— Когда кто–нибудь из парней чересчур заливает, типа что он поймал на спиннинг меч–рыбу в тонну весом, или прошел на виндсерфе от Австралии до Новой Зеландии, ему говорят: ага, и хер у тебя, как у Сэма Хопкинса.
— Между прочим, — заметил Фидэ, закуривая сигарету, — дело вовсе не в размере. Дело в качестве. По крайней мере, насколько я знаю женщин (а я их неплохо знаю), главное…
— Ну, натурально, граф Калиостро! — перебила Брай и звонко хлопнула себя ладонями по бедрам, — женщин он знает, фрейдист–отличник!
— Не ругайся. По ходу, этими же руками будешь хлеб есть, — невозмутимо сказал Фидэ.
— Это были комплименты, — возразила она.
— Да? Ты уверена?
— Еще бы! Жанна, подтверди, что Калиостро и Фрейд были великие ученые.
Канадка задумалась и ответила:
— Фрейд действительно был великим ученым. А Калиостро, по–моему, был авантюристом.
— Авантюрист это тоже круто, — добавила Брай.
— Великим авантюристом или так себе? — поинтересовался Фидэ
— Выдающимся, — уточнила Жанна.
— Ну, тогда не обидно, — решил он, — так что, comrades, едем дальше?
Ехать до комплекса «Sun Pearl Beach» в местечке Таутира на северо–востоке Таити–Ити было порядка 10 миль: пересечь узкий перешеек и дальше — на восток вдоль берега. Брай обошла по кругу арендованный старый «buggy–jeep», педантично проверила, не ослабли ли шнуры, которыми прикреплен к верхнему багажнику полуразобранный UATG, села за руль и, тоном стюардессы, произнесла: «пристегните ремни безопасности, если найдете».
Ремней безопасности к этой колесной раме не прилагалось, а сидения были, как будто позаимствованы с детских качелей. Впрочем, две трети автомобилей на здешних дорогах выглядели примерно так же. Большинство меганезийцев придерживались мнения, что на острове, где максимальное расстояние между двумя точками составляет 30 миль, нет ни малейшего смысла покупать или арендовать что–то более комфортабельное. Исключение составляли только те, кому требовалось нарезать круги по острову: в основном, торговые агенты, полисмены, строители и медики. На парковке около «Sun Pearl Beach» (где Брай через 20 минут остановила buggy) доля «полноценных» авто была выше. Туристический сервис. Четверть века назад комплекс состоял только из отеля и транспортного агентства. Сейчас примерно половину его занимал центр управления и коммуникаций партнерства «Fiji Drive». Брай, сверяясь с приклеенной на торпеду схемкой, постаралась занять место рядом с газоном, разбитым напротив совершенно определенных окон. Заглушив мотор, она спрыгнула на грунт, отстегнула снапперы на крепежных шнурах, и сказала:
— Ну, что, погнали?
— А наша леди точно на месте? — спросил Фидэ.
— Проверяли же, — ответила она, — так что не тормозим, ребята.
«Ultim–light flykes» обычно конструируются так, чтобы привести их в рабочее состояние после транспортировки можно было за считанные минуты. UATG не была исключением. Вставить крылья и лопасти в пазы, ввернуть дюжину болтов и дело в шляпе. Полисмен у дверей сперва поглядел на них с подозрением, но через минуту утратил интерес. Когда флайка была собрана, Фидэ вытащил коммуникатор, ткнул «call» и, дождавшись ответа, весело сообщил: «Aloha! Nos trajo paquete para vice–president Mitiata. Se bajo la ventana». «Засекаем время, — сказала Брай, — думаю, получится примерно три минуты».
Прогноз оказался завышен. Рокки Митиата появилась на выходе вдвое быстрее. Жанна совершенно точно знала возраст 4–го экс–координатора правительства Меганезии, но не могла поверить, что женщине, которая сейчас стремительно сбегала по ступенькам, 40 лет. Она не выглядела даже на 30. Дело вовсе не в каких–нибудь ухищрениях с фигурой. Фигура у Рокки оказалась как раз, довольно широкая, и в бедрах, и в талии. Она была похожа на легкоатлетку, набравшую кое–какой вес после ухода из большого спорта, но сохранившую силу, уверенность и, отчасти, даже скорость движений. Что же касается выражения лица — широкоскулого и круглого — оно было совершенно детским. И первая фраза, которую произнесла эта женщина, очутившись рядом с собранной флайкой, тоже была совершенно детской: «Ой, какая чудесная! Это что, правда, мне?» Точь–в–точь, как школьница, получившая в подарок красивое платье к выпускному балу. Большие карие глаза экс–координатора правительства, а ныне – вице–президента одной из 10 наиболее успешных компаний Океании, прямо лучились от восторга. Рокки была одета в линялые джинсы и ярко–зеленый топик с эмблемой какой–то техно–диско группы. Густые черные, довольно коротко подстриженные волосы, были перехвачены такой же яркой банданой.