"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 1416

Коммандер стукнул кулаком по подлокотнику кресла и тоже прокомментировал:

— Вот ведь мы в дерьме.

— По-моему, — возразила прапорщик, — так лучше, чем без модерации. Наши политики — просто извращенцы, им мало попилить бюджет под предлогом войны, им хочется еще посмотреть настоящие гладиаторские бои. Но ведь нормальным людям это не надо. А посмотреть модерированную игру, как сегодня в небе, это для нормальных людей, это красиво, и это круто. Вот что я думаю.

— Глубокая идея, Сюзи, — заявил коммандер, и повернулся к разведчику, — так, Седрик! Вернемся к Ематуа. Что он делает конкретно в этой истории с королевством Тонга?

— Я не готов утверждать, — ответил капитан Конуэй, — но, быть может, его роль связана действительно с водородной технологией. Конечно, его интерес шире, чем конкретная топливно-водородная технология, примененная на этом корабле. Судя по тем данным, которые я нашел в сети, Ематуа почти год занимался водородными дирижаблями, а на сегодняшний день сотрудничает с новозеландским профессором Клеймором по теме водородного топлива для малобюджетной астронавтики.

— Разве бывает малобюджетная астронавтика? — удивилась Сюзи Лай.

— Да, — Конуэй кивнул, — по-твоему: что загадочно разрушает спутники на орбитах?

— Мм… — Сюзи задумалась и предположила, — …Случайности, неизбежные в космосе?

— Да, в некотором роде, — туманно подтвердил капитан-разведчик.

44. Модерированная битва с зелеными человечками

Земля!!! С тремя восклицательными знаками. На рассвете 5-го дня пути, команда USS «Гичигами» впервые увидела землю. Зеленая гора вырастала из моря справа по курсу. Вообще-то слева по курсу тоже была земля, причем американская: остров Тутуила, где расположен чудесный город Паго-Паго. Но, дистанция до Тутуилы было 25 миль, а до большого острова Уполу, который справа — 12 миль. И горы там вдвое выше, чем горы Тутуилы. В общем, вот: Земля!!! И вся команда, кроме дежурной вахты, собралась на открытой палубе, несмотря на относительный встречный ветер (40 узлов — 20 метров в секунду). Моряки любовались далекой землей, и близкими парусниками, которые или дрейфовали в акватории, или маневрировали, а некоторые, выбрав позицию, внезапно разгонялись, и почти выравниваясь по скорости с «Гичигами». Это казалось миражом: парусник, набирающий 40 узлов. Для гоночных моделей даже 60 узлов — не предел, но просто так встретить гоночный парусник-полимаран в море… Необычно.

…— Море Нези, — хмуро проворчал полковник Хардинг.

— Поле чудес, — слегка иронично отозвался полу-адмирал Бэйкон.

— Поул, тебе что, смешно?

— А мне что, должно быть грустно?

— Вверх посмотри, — так же хмуро предложил полковник-морпех.

Бэйкон посмотрел вверх, на стаю дельтапланов и автожиров, которые чертили в небе хаотичные неровные кольца, и сообщил:

— Я смотрю. Что дальше?

— Дальше, Поул, все очень просто. Среди этих птичек есть целеуказатели. А под водой дрейфует робот-торпеда, и в ее процессоре мы, как мишень.

— Это зачем, Джейкоб?

— А зачем были Новогодние войны? — встречно спросил Хардинг.

— Вот ты о чем… — Бэйкон хмыкнул, — …А вспомни: кто начал войну? Кто влез сюда с авианосной ударной группой, кто бомбил чужие острова? И зачем, кстати?

— Так, Поул, я не понял: ты на чьей стороне?

— Брось, Джейкоб. Это вопрос для рекрутов-молокососов.

— А это твой способ уйти от ответа, да, Поул?

— А тебе какая разница? После миссии, я приведу корабль в Паго-Паго, и sayonara.

Хардинг потер ладонью свой подбородок.

— Мы сейчас до миссии, а не после.

— Мы ведь не в Желтых морях у островов Енпхендо, или у полей Спратли, — опять-таки иронично напомнил полу-адмирал, — мы в Море Нези, так что известные случайности, неизбежные на море, ждут здесь кого-то другого, но не наш «Гичигами».

— Ты так уверен? — спросил полковник-морпех, — У тебя что, договор с нези?

— Джейкоб, ты мыслишь в рамках школы морской пехоты, а реальный мир — шире. Это физический факт. Как там у Шекспира в Гамлете…

— Поул, тебя что, потянуло на философию?

Бэйкон улыбнулся собеседнику, и покачал головой.

— Нет, Джейкоб, это тебя потянуло на философию. И это здорово! Ты видел такое, что вытащило тебя за привычные морпеховские рамки, и ты начал задавать вопросы.

— Но, ты не начал отвечать на эти вопросы, — заметил Хардинг.

— Это потому, — произнес полу-адмирал, — что ты спрашиваешь не у того человека.

— Тогда у кого мне надо спрашивать?

— Зайди к Сюзи, она в компьютерной рубке, общается с Койотлем. Там спроси.

— А Койотль, это кто?

— Это радист отряда Народно-освободительного движения Тонга-Хафулуху.

— Да? — отозвался Хардинг, — Что-то у этого радиста имя не тонганское.

— Это оперативная кличка. Вообще-то он из китайской диаспоры в Полинезии.

— Ясно. Китайцы есть даже на Тонга. Хотелось бы пообщаться с этим Койотлем.

— Идем, пообщаемся, — предложил Поул Бэйкон.

Конечно, Джейкоб Хардинг не упустил такую возможность, и двинулся в комп-рубку. Вообще-то он надеялся зайти внезапно, и увидеть, чем прапорщик Лай занимается в действительности). Но сюрприз не получился. Хардинга ждали. Кроме Сюзи Лай там нашлась майор-пилот Кэми Коттонс, и свой (морпеховский) пилот-лейтенант Хэннет Аксинс. Тот, что командовал при рейде конвертопалана «Osprey» на зомби-авианосец Шоколадного Зайца. Из этих троих Акснис выглядел наиболее встревоженным.

— Сэр! Это не учения! — воскликнул он, вскочив с места при виде командира.

— Давай без нервов, Хэннет! — строго сказал полковник, — Рапортуй внятно!

— Да, сэр! Тут на связи наблюдательный пункт тонганских партизан. У них web-cam, и сейчас они транслируют online видео с аэродрома на острове Near… Taboo… Fuck!

— Niuatoputapu, — спокойно уточнила майор Коттонс.

— Это главный остров провинции Тонга-Хафулуху, — добавила прапорщик Лай.

— Этот остров, — продолжила майор Коттонс, — имеет площадь примерно 20 квадратных километров. Вдоль юго-западного берега есть ВПП. Противник переместил туда звено сверхзвуковых истребителей-бомбардировщиков класса «Flanker» с борта субмарины.

— Какая, к чертям, субмарина?! — изумленно переспросил Хардинг.

— Непонятно какая субмарина, — сказала Сюзи, — но компьютер опознал ее, как атомную субмарину 380 футов, 8000 тонн, класса «Virginia-III», модель 2009 года.

— Что?! — еще более изумился, — Наша многоцелевая атомная субмарина? Как это?

— Вот, — Сюзи пожала плечами, — так идентифицировал компьютер. Но на деле, может оказаться, что это нелегальная копия, сляпанная в где-нибудь в Третьем мире.

— Сэр, там точно Юран Керуб! — встрял лейтенант Аксинс, — Из всех террористических лидеров в мире только у него может быть такая техника и такие силы!

— Хэннет, помолчи, ладно? — сказав это, полковник-морпех уселся на свободное кресло смотрового сектора у 50-дюймового монитора.

Изображение было четким и информативным, съемка шла с дистанции около мили, с высоты около 500 футов, как сразу, наметанным глазом, определил полковник. В поле видеокамеры была полоса аэродрома. На ней самолет похоже класса «Flanker». Такие истребители-бомбардировщики произошли от советских Su-27, модель 1977 года, они производились в Китае и Индии, и продавались любому, кто платит. Такой самолет в противокорабельной конфигурации может нести 6 ракет класса «Exocet». В 1982-м на Фолклендской войне ракеты «Exocet» с 30 миль подбили два британских эсминца…

…А вот субмарина в надводном положении, на якоре за коралловым барьером. С юго-запада острова Ниуатопутапу коралловый риф лежит близко к берегу, а сразу за ним — глубина. Да, субмарина похожа на американскую SSN серии «Вирджиния». Если там стандартное вооружение: дюжина крылатых ракет, две дюжины торпед, то все плохо. Непохоже на учения. Вдруг, там действительно Юран Керуб — самый разыскиваемый исламский террорист, который опаснее Арафата и бен-Ладена, вместе взятых?..