"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 1132

- Фигня, забей, - с этими словами, Хрю Малколм небрежно убрала книжку в карман.

- Хрю, а как получилось, что ты транспортировала бенедиктинок?

- Случайная фигня. В Плайа-Афаноа резко начала рожать одна фифа невзрослая. Моя ровесница. Надо было взять спеца-медика из Апиа, и забросить туда. Ну, я сделала, и собиралась поваляться на пляже, как вдруг эти бенедиктинки с гробом на колесиках.

- С гробом? – переспросила Имоджен Мюр.

- Шучу, - Хрю улыбнулась, - там подарки от здешнего монастыря их монастырю.

- Э-э… От здешнего монастыря?

- Ну, от аббатства Мифрилланд на острове Тутуила, так точнее. Этому аббатству под присмотр отдана школа-интернат Плайа-Афаноа на юге острова Савайи. А я, по программе Политехникума, стажируюсь в Плайа-Афаноа на фабрике «БлицВерк».

Полагая сообщение достаточным, тинэйджерка сделала большой глоток жутковатого коктейля. Имоджен подождала несколько секунд, пока та отдышится, и спросила:

- А почему тебя попросили выполнить этот экстренный полет?

- Потому, что бенедиктинки не втыкают, who is who: увидели, что я привезла медика в школу-интернат, и думали, что я общественный транспорт. Не посылать же их на хер.

- Да, - Имоджен кивнула, - это я поняла. Но твой возраст: ты очень молода для пилота.

- Ага, возраст. Но так исторически сложилось, что я - капрал-инструктор продвинутой военно-воздушной подготовки. Я выросла на семейной авиа-фирме. Прикинь?

- Понятно… - Имоджен отметила про себя, что в Меганезии своеобразно проявляется феномен «дети-солдаты», известный для всех молодых воюющих стран, - …А о каком Савайи ты говоришь? Я знаю остров Савайи, 100 миль к вест-норд-вест от Паго-Паго.

- Он и есть, - Хрю кивнула, - это второй большой остров Германского Самоа.

- Гм… А кто-нибудь сообщил бенедиктинкам, что они уже в Меганезии, а не в США?

- По ходу, нет, - ответила Хрю, - ты же видела их, они витают где-то в облаках. Зачем вообще что-то объяснять им? А насчет Хартии - сама прикинь: любой полисмен сразу определит, что они безвредные. Пусть себе думают, что хотят.

Журналистка молча согласилась с этим тезисом. Да, эти две монашки принадлежали к специфическому виду людей, уверенных, что Вселенная устроена в соответствии с их книжками, причем устроена наилучшим образом, так что не надо ничего менять, надо только говорить окружающим людям хорошие слова из тех же книжек. Окружающим свойственно подстраиваться при контакте с такими субъектами - чтобы не обидеть их диссонансом между фантазией из книжек и реальностью. Правда, есть люди, которые наоборот, стараются больно ударить таких субъектов – обитателей фантазии…

…Но у Имоджен просто рука не поднялась бы для такого удара. Видимо, у Хрю тоже (несмотря на явно скептическое отношение к библии). Кажется, какой-то социальный инстинкт, общий для всех достойных людей, защищает этих фантазеров, субъективно живущих «где-то в облаках». Затем, у Имоджен возник новый вопрос:

- Хрю, ты сказала: в Плайа-Афаноа школьная плантация. Что это?

- Ну, это такое, тоже безвредное. Там молодежь из самоанской секты бахаи, и чего-то христианско-экологического. Короче: разводят фрукты-овощи, никому не мешают.

- Э-э… А фабрика «БлицВерк», на которой ты стажируешься, это что?

- Это производство на плавучей платформе. Выбери время, приезжай, и увидишь.

- Спасибо, я, конечно, приеду! Но что делали бенедиктинки в этом странном месте?

- Знаешь, гло, лучше спроси сначала: что делали бенедиктинки в Мифрилланде?

- Ладно, а что они делали в Мифрилланде?

Хрю Малколм снова глотнула жгучего зелья на красном перце и ананасе.

- Ну, во-первых, они изучали практику поиска и уничтожения пчелиных тигров.

- …Я уже слышала об этом, - успела вставить Имоджен, а собеседница продолжила:

- …Во-вторых, аббат Тореро угостил их мифриловым медом. Типа, гостеприимство.

- О. боже! Это ведь наркотик!

- Это сверхлегкий эмпатоген, - поправила Хрю, - и ничего страшного не случилось, за исключением слишком глубоких расспросов насчет книжки-библии. Я сама не видела, только слышала конспективно от Тореро. Бенедиктинки начали с вопроса, читают ли обитатели Мифрилланда молитву перед обедом, а Тореро, типа, растерялся, и брякнул насчет медитации вместо молитвы. Логика у него была железная: если бог из книжки-библии сам все знает, то не фиг что-то говорить ему. Но у этих бенедиктинок в мозгах перепутаны все микросхемы, и логика не воспринимается. Они как русские Маугли.

- Русские Маугли? – недоуменно переспросила Имоджен.

- Да, - Хрю кивнула, - ты читала Киплинга, про мальчика, воспитанного волками?

- Конечно, я читала, но это было в Индии.

- Да, - 15-с-половиной летняя пилот снова глотнула зелья, - это в Индии, а в Сайберии аналогичная история. Две новорожденные девочки потерялись в тайге. Это там такие джунгли. Вот. Их воспитали дятлы. У вас в Австралии есть дятлы?

Журналистка отрицательно покачала головой.

- У нас в Австралии нет дятлов, но я видела их в Японии. Забавные птички. Хотя, я не представляю себе, как дятлы, даже в сказке, могли воспитать человеческих детей.

- Гло, это Сайберия. Короче, те девочки, выросли, и пошли в деревню к людям. Ужас.

- Почему ужас?

- Потому, что они, на хрен, задолбали всю деревню, - мрачно пояснила Хрю, - так и с бенедиктинками в Мифрилланде. Ну, короче, аббат спихнул их в Плайа-Афаноа. Там нашлось с кем общаться об ихнем боге: у экуменистов-бахаи тоже есть бог из книжки. Короче, я там влипла. Обычно я там, в Плайа-Афаноа, не участвую в порожняках типа библии. У меня задачи на фабрике. Но в этот раз они хором грузили мой мозг!

- Гм… - Имоджен глотнула виски, - …Чем они грузили твой мозг?

- Ну, сначала они хором грузили, что война – это плохо. Будто я сама не знаю. Дальше начали обобщать. Типа, все люди – братья и сестры, поэтому надо, чтобы было общее понимание мирного решения всяких разборок. Типа: «hombres no fuego uno a otro».

Имоджен напрягла знания базового испанского и перевела для себя «джентльмены, не стреляйте друг в друга», а Хрю, тем временем, продолжила.

… - Дальше уже молодые бахаи рассуждали, что, типа, нужна Всемирная Хартия - для всеобщего порядка без стрельбы. Есть же Великая Хартия в Меганезии, так?

- Вроде бы да, хотя я не уверена, - ответила Имоджен, чувствуя, что ее юная визави не согласна с тезисом, который сама же озвучила. И точно. Хрю жестко объявила:

- А я уверена, что нет! Ведь наша Хартия не про всеобщий порядок, а наоборот.

- Наоборот, это как? – не поняла журналистка.

- По Преамбуле Хартии, вот как! Это называется: кооперативная анархия. Если кто-то попробует сделать всеобщий порядок, то будет расстрелян на хрен. И это правильный алгоритм, потому что прочие варианты много раз проверены. Автократия, теократия, аристократия, демократия - все приводят в одну позицию. Правит олигархия, которая прикормила люмпен. А нормальные hombre, которые продуктивно работают и делают продуктивный бизнес - оказываются в жопе. Олигархия и люмпен сидят у них на шее, сдирают с них охеренные налоги, и принуждают их к своей ****ской морали. Во как!

…Сейчас австралийская журналистка, глядя на эту юную персону (в чем-то предельно оригинальную, но в чем-то типичную для сообщества kanaka-foa), подумала: «на месте бахаи, я бы поостереглась спорить с ней об этом, но не факт, что они поостереглись, и любопытно знать, что было дальше». Уже вслух она спросила:

- Что было дальше?

- Дальше… - Хрю пожала плечами, - …Эти ребята стали спорить. Типа, есть же общие правила, например, что нельзя грабить и нарушать договоры. Дурацкий аргумент. Это примерно как миссионеры, которые из пользы чистки зубов после еды, выводят пользу заповедей своего шизоидного бога. Чтобы чистить зубы - не нужны заповеди. А чтобы отстреливать грабителей - не нужен Дом Справедливости. Ты знаешь, что это?