Не смотри на меня (СИ), стр. 5

Моя куртка черная и выглядит… нормально, просто не подходит к платью, поэтому я ее не застегиваю, от чего мерзну.

Я смотрю через сильно затемненное стекло на соседнюю машину. Сега забирается в нее и закрывает за собой дверь. Холодное сиденье подо мной добавляет телу зажимов. К тем, которые навалились, в том числе, от волнения из-за моих не особо взвешенных действий. Меня не отпускает минут пять, когда машина трогается, ведь я пытаюсь понять, в какую сторону мы едем и как далеко отсюда.

Сега сказал не далеко.

Сказал, это рядом.

Я пытаюсь не вести в голове подсчеты, как сильно эта поездка изменит мой маршрут до дома, сколько тот будет в итоге стоить. В машине гремит музыка, кажется, я на колонках сижу, еще громче визжат те две, что рядом со мной.

На самом деле заразно.

Я даже складываю между колен ладони и немного двигаю плечами, участвуя в этом веселье. И хоть пытаюсь следить за дорогой, за стеклом плохо видно, но мы точно где-то в центре, и это меня радует. У меня есть сомнения в том, что водитель… вряд ли трезвый, от этого не все узлы в животе развязались, но парень за рулем не гонит. Наоборот, едет спокойно. Может, не хочет чтобы его остановили?!

Мы оказываемся в каком-то дворе, где ждем минут пятнадцать. Из разговоров я поняла, что заехали за алкоголем. Ящик грузят в багажник соседней машины. Я вижу силуэт Сэги, который вышел покурить, сама я выходить не хочу. Мне стало тепло, и руки не кажутся ледышками. Любая сонливость с меня слетела, так что я почти не моргая снова слежу за дорогой.

Мы въезжаем на большую парковку автомойки.

Я читаю горящую вывеску даже через стекло.

Я бы не сказала, что это центр. Но и не какая-то окраина спальных районов. Я успела с любым вариантом смириться, пока мы ехали, и этот нормальный.

На часах почти час ночи.

Я возвращаю телефон глубоко в карман, втягивая голову в плечи, когда выхожу из машины. От ветра платье прилипает к ногам, а куртка, кажется вообще не греет!

Две машины, которые уже были на парковке, похожи на картинки из интернета. Здание двухэтажное. Новое. Наверху, кажется, какая-то кафешка, но она уже закрыта.

Я опускаю подбородок, чтобы зайти в дверь, которую открывают внизу, вслед за Сегой и остальными. Теряю в этой толкучке, потому что зайти побыстрее хотят абсолютно все. У парня сзади в руке большая колонка размером с чемодан, и звук из нее меня оглушает, но он делает только громче…

Мы проходим через узкий коридор, в котором я вижу дверь с надписью туалет. Внутри все не такое приличное, как снаружи, - стены не до конца обиты, и вообще здесь особо ни с чем не заморачивались. В комнате, куда мы заходим, тоже, разве что с мебелью, - здесь несколько кожаных диванов, огромный телевизор. Это большое помещение, кое-где стены прикрыты пленкой.

— Дай пройти…

— Поставь здесь…

— Да отойди, блядь… — слышу голос Сеги.

Звенят бутылки.

— Кут здесь?

— Ну а ты что, тачку не видел?

— Нахер… — режет кто-то.

Дверь хлопает.

Я не оборачиваюсь, остановившись в стороне от входа. Потому что осматриваюсь и потому что вижу, что тут тоже тусуется какая-то компания.

Здесь светло и тепло.

Мимо проносится стук каблуков моих попутчиц вместе с запахом духов и смехом. Я тоже прохожу вперед, продолжая держаться в стороне. Опускаю руки, продолжая кутаться в куртку.

Здесь еще трое человек, мужчины.

Они становятся перед глазами силуэтами, но потом я присматриваюсь, как и ко всему, что здесь есть. Двое на диване, один в кожаном кресле.

Короткостриженная голова, черная футболка.

Тот холодок, который больше трех часов назад опустился на дно моего живота разочарованием, теперь взметается вверх, заставляя меня на секунду замереть.

Я прыгаю взглядом с профиля мужчины на торчащие из-за боковины кресла ноги. В кипельно-белых кедах.

Его голова откинута назад, я бы решила, что он спит, но его губы шевелятся. То произнося что-то, то… в улыбке…

Внутри меня не просто холодок, а чесотка. Я и до этого не спала, а теперь смотрю перед собой во все глаза.

На выгнутую жилистую шею с татуировкой.

Потом на Сегу, который открывает для своей девушки бутылку шампанского. Под музыку пробка вылетает в потолок.

Его девушка визжит.

Пол заливает пена.

Раздается свист и смех.

От этого хлопка и веня встряхивает. Я немного тушуюсь, прежде чем двинуться к одному из диванов. Снимая на ходу куртку, без которой ощущение неуклюжести возвращается, и выпрямить плечи у меня получается только наполовину.

Я уже не заглядываю в лицо парня, который занял один край дивана. Мы с ним час провели бок о бок там, в клубе, так что, можно сказать, знакомы. Пока вокруг суета, занимаю противоположный край и опускаю сумку, в которую засунула куртку, на пол. Так тоже не круто, ведь руки я в итоге вытягиваю на коленях и сцепляю в замок пальцы.

И я позволяю взгляду вернуться. К лицу, покрытому темной щетиной. Его мне на секунду заслоняет одетая в блестящие пайетки задница, а потом я снова смотрю, хоть и с перерывом.

На красивое лицо брюнета, сидящего напротив. На его шее отчетливо выступает кадык. На лице… прямые черные брови, прямой нос, четкие губы и подбородок.

И серо-голубые глаза, с которыми я встречаюсь взглядом, когда брюнет опускает голову и случайно задевает меня вниманием.

Ровным и секундным, хотя отвести взгляд он не торопился.

Несмотря на это он все равно отворачивается первым. Точнее подносит к губам красный пластиковый стакан, из которого делает короткий глоток...

Глава 7

Из стакана, который оказался у меня в руках, пахнет сладко.

Я довольствуюсь запахом, хотя делаю вид, что чуть-чуть глотнула. На самом деле мне не лезет. От запаха проснулся аппетит, а он с этим сладким шампанским не совместим.

Стакан мне дал Сега, он пять минут ухаживал за девушками. Больше рисовался. Сам он пьет из одной бутылки со своей девушкой, стоя рядом с музыкальной колонкой.

Они танцуют, хотя скорее трутся друг о друга, но музыка теперь орет потише. По крайней мере не так, чтобы не слышать обрывков разговоров, которые отскакивают от стен и потолка со всех сторон.

Смех. Слова песни, которую подхватили. Топот каблуков по полу.

Танцы.

В процессе них мои соседки по машине тоже делят одну бутылку на двоих.

Белые кеды, к которым мой взгляд опять возвращается.

Скачет между ними и тем движением, которое вокруг меня происходит. До тех пор, пока я не поднимаю взгляд выше, чтобы снова посмотреть в лицо брюнета.

Уже не во второй раз, и даже не в третий.

Это делать легко, ведь от музыки в воздухе как будто рябь.

От всего рябь.

От голосов, от того, как качается диван, на котором я сижу, когда на него падает вернувшийся из туалета парень.

Этот толчок заставляет мои глаза отскочить в сторону, но в суматохе опять вернуться, и на этот раз на мне снова скользнувшее мимоходом внимание, с которым я успеваю соприкоснуться глаза в глаза…

Стучит у меня в ушах не от этого. От этого я замираю, вжавшись в спинку дивана, а по ушам бьет стук катящейся по полу пустой бутылки.

Меня отвлекает это и появление Сеги, который тоже падает на диван. Он пьет из бутылки большими глотками, игнорируя то, что его девушку ушла по коридору в туалет.

Я бы и сама не отказалась туда сходить, но меня прибило к углу дивана, на котором сижу, ведь я все еще не до конца согрелась, и у меня… стойкое желание оставаться там, где я есть.

Мне кажется, что за полчаса взгляд Сеги стал раз в пять мутнее, но с тех пор, как мы сюда приехали, говорить он предпочитает поменьше, в основном пьет.

— Так вы кузов отмыли?

— Да, вчера на мойке, — отвечает Сега.

— Че делать будете? Толкнете?

Сега с ухмылкой, в которой я не вижу особого веселья, отвечает:

— Как босс скажет…

— А че у него рожа такая недовольная?