Не смотри на меня (СИ), стр. 15
Не просто воскресенье, а день, свободный от любой нагрузки.
От стирки, учебы, уборки. Даже от мытья посуды.
На фотке за моей спиной старый город: мощеная улица и немецкие дома. Картина открыточная, даже несмотря на то, что солнце только утром появлялось на пару часов.
Я стираю фото и делаю новое после того, как убираю в сумку шарф и поправляю волосы, взбив их пальцами.
Пару раз меняю позу и… улыбаюсь.
Под курткой на мне джинсы и толстый свитер, ведь я учитывала, что придется какое-то время болтаться на улице, но здесь не бывает таких ветров, поэтому я решаю не заматывать шарф снова, когда заканчиваю с селфи.
Заняв столик у окна, миллион лет думаю над текстом, прежде чем отправить фотографию сестре.
Мне нравится, как все там выглядит, хоть и не очень нравится моя прическа. Я давно хочу подрезать волосы, но мне дико лень тратить на это время, тем более, что впереди зима.
Таня читает почти сразу и отмечает мое селфи поднятым вверх пальцем.
Спрашивает, хорошо ли я провожу время.
Я почти никогда не говорю ей правды о том, как в действительности обстоят дела, но сегодня… наверное, все именно так, как и пишу: отлично.
Мне нравится это свободное время, я не думала, что хотела чего-то такого, у меня же… дерьмовая фантазия.
Ее вопрос как дела уже не так легко дается. Мои мысли в него влетают, как в стену, но только потому, что сама себе я его давно не задавала, а теперь задаю.
Мои дела?
Я не задавалась вопросом, потому что мои дела похожи на день сурка, но я все успеваю.
Все стало таким - налаженным, как часы, и я все успеваю, да. Не плодить хвосты по учебе, работать, спать. Это мои три кита, вокруг которых все крутится. Я кручусь. И все как никогда устаканилось, ведь я… ни на что лишнее не отвлекаюсь.
Мне комфортно и… я отвечаю, что у меня все хорошо. Это мой стандартный ответ, но сейчас с ним затык, ведь в своей голове я перевариваю это слово, чтобы самой поверить.
Хотя, прямо сейчас так и есть: мне нравится все - и день, и мое фото и салат, который я себе заказала!
Я сто лет не появлялась в соцсетях. Меня раздражали яркие картинки: фотки знакомых и незнакомых людей, и всего остального. Мне хотелось от всего этого отключиться, и я по-прежнему этого хочу, а это как будто не норма.
Мне плевать, так же как и на то, что поступаю отстойно, не поставив родственников в известность о своем приезде.
Наша с Таней переписка как обычно заканчивается пожеланием всего хорошего, но как бы картонно это не звучало, это точно искренне. От меня точно, несмотря на все сидящие в душе шипы, и от нее, я думаю, тоже.
Убрав телефон, я глубже закапываюсь в мягкое кресло, на котором сижу, и но теперь уже бездумно. Просто считаю прохожих за окном, впервые за сто лет проводя время так бесполезно, но, несмотря на то, что веселого в этом мало, я не хочу, чтобы время шло быстрее…
Я встаю со скамейки на автобусной остановке, как только рядом тормозит серая легковушка.
Я провела здесь буквально пять минут, на самом деле планировала прийти пораньше, чтобы меня точно не пришлось ждать, но слишком загулялась.
— Привет… — говорю, забравшись в машину.
Я сопровождаю это приветствие короткой улыбкой, в этот раз для нее пришлось сильно напрячь мышцы, но парень за рулем за мной наблюдает, ждет, пока я устроюсь, так что приходится чем-то ответить.
— Привет, — говорит он. — Погнали?
Кивнув, я прижимаю голову к сиденью и делаю долгий выдох, глядя на то, как по улице уже загораются фонари. Я на автопилоте их считаю, когда машина начинает трогаться, потому что они проносятся мимо вспышками.
На мне слишком теплая одежда, чтобы подмерзнуть, но я провела на улице последний час, так что нос у меня холодный.
Я грею дыханием ладони…
— С меня бензин, с тебя кофе… — слышу я.
— Без проблем…
Парня зовут Женя, но я, как и все, всю жизнь называла его Джоном. Я добиралась с ним до города почти весь прошлый год, потому что он тоже учился, но в этом его отчислили, и мне пришлось… мне пришлось обратиться к Сеге.
— Как дела?
После общения с сестрой этот вопрос как выполненное домашнее задание, но я все равно торможу. Набить слово “хорошо” на дисплее, и произнести его вслух - разные вещи. Боюсь, что звучать будет коряво, потому что мое “хорошо”, это понятие растяжимое!
Джон издает смешок и в ответ на мое молчание замечает:
— Видать, улётно?
— Да, — отзываюсь я. — Просто отпад.
— Да, я тоже как-то в мыле, а толку ноль. Че-т не особо что-то где-то получается.
— Чем занимаешься? — спрашиваю я, посмотрев на него.
Он среднего роста, но очень много времени проводит в качалке, так что за прошедший год стал похож на шкаф.
— Риэлтором работаю, — криво улыбается он. — В следующем году попробую восстановиться.
— Может получится…
— Если долго мучатся, что-нибудь получится.
— Да… я примерно по тому же принципу существую…
— Зачем приезжала?
— По делам…
После целого дня на воздухе меня дико тянет отключиться, но ехать всего два час, так что я вряд ли успею сделать это по-настоящему, тем не менее, веки у меня тяжелые.
Кофе не спасает.
Стакан греет мне пальцы, после того, как мы отъезжаем от заправки.
Я перестаю следить за дорогой, но и в голове у меня пусто. Последствия все той же прогулки - мою голову очень сильно проветрило.
— Давай я все-таки что-нибудь заплачу… — говорю из приличия, потому что раньше, когда он тоже был студентом, мы так и делали - делили бензин поровну.
Мой вопрос снимается с повестки почти сразу, еще до того, как Джон успевает что-то ответить. Машина сбрасывает скорость, но не резко, а так, что к тому моменту, когда совсем останавливается, мы успеваем съехать на обочину.
— Еб твою мать… — слышу я комментарий Джона.
Из меня пробкой выскакивает вся сонливость - мгновенно пугает понимание, что все это обещает мне хреновый вечер!
Пока Джон заглядывает под капот, я смотрю по сторонам, пытаясь понять, где мы находимся, но вокруг ни одного фонаря, заправку мы проехали еще двадцать минут назад.
Я в курсе, что эта машина ломается примерно постоянно, но еще ни разу эти поломки не заставали нас в дороге.
Меня не плющит только потому, что есть надежда на быстрое разрешение проблемы, поэтому я смотрю через лобовое стекло на поднятый капот, решая не мешать и просто подождать…
Всем привет
Глава 19
Глава 19
Тая
Фары проносящихся мимо машин слепят меня каждый раз, когда появляются, но я все равно всматриваюсь в каждую примерно последние десять минут.
Их здесь в принципе не много, а за последние полчаса по пальцам можно пересчитать, так что появление каждой на горизонте заставляет меня прикусывать изнутри щеку.
На всякий случай я не выпускаю из рук телефон, но он молчит, в то время как телефон Джона не замолкает. Он на проводе уже минут тридцать.
Решает… вопросы с машиной, за которой уже с минуты на минуту должен подъехать эвакуатор. Именно поэтому у меня под задницей битое стекло, ведь остаться одной посреди этой дороги - перспектива, от которой частит пульс.
Мы застряли примерно посередине, но машину Джон оттащит назад, домой. Вариант тащить ее в город он не рассматривает, тачку он ремонтирует только у своих, на родине.
— Блядь, еще и телефон садится!
Он злится, ныряя в салон, а я чувствую, как моя тахикардия смешивается с холодком в животе, ведь нутро ухнуло вниз, когда у очередной пронесшейся мимо машины метров через двадцать вспыхивают ярким красным светом задние фары…
Я поворачиваю голову, которую выкрутила назад. Перевожу взгляд на Джона, но его слова я не слушаю, только вижу, как его губы шевелятся, ведь мое нутро ухнуло вниз от… облегчения. И оно такое огромное, что я на секунду глохну…
У меня в ушах тонко пищит.
Пульс спотыкается, а потом опять несется галопом, когда я в спешке начинаю проверять свои вещи и застегивать сумку.