Мой лифт - Моя крепость 3 (СИ), стр. 30

Ася застыла.

— Сколько⁈ Андрей, ты что, еба… — воскликнула матом, между прочим, леди, пусть и маленькая.

«Ой, дура-а-ак», — пронеслось в голове, когда я понял, какую совершенно лишнюю информацию сейчас выдал.

— Это потом, — торопливо отмахнулся я и перевёл внимание на женщину, всё это время молча стоявшую рядом с Эндрю. — Так, ладно. Ася, познакомься, это… — Защёлкал пальцами, стараясь вспомнить, как зовут спасённую женщину. — А вы, собственно, кто? Ну, в смысле, звать вас как?

И тут я внезапно осознал неприятный нюанс: имени женщины я так и не знал. У машины было не до этого, потом гоблины, беготня, так что как бы и не до знакомств. Потом подъем на лебёдке, и там вообще был велик шанс, что и незачем знакомиться… могло и не пригодиться как бы.

— Ирина меня зовут, — представилась женщина и тут же замолчала, вновь спрятавшись за спину американца.

— Вот. Это Ирина, — с облегчением повторил я и тут же показал на Асю. — Это Ася. Она здесь главная и вообще хозяйка всего и вся… Ну почти. — Уточнил, вспомнив, что как бы тут арендатор, а не хер собачий. — А еще она специалист по тому, куда можно ходить, куда нельзя ходить, что можно трогать и особенно по тому, что нельзя касаться даже палкой, даже случайно.

— Да ты сам половину правил игнорируешь, — заметила Ася недовольно и сунула пистолет в сумку-кролика. По крайней мере, стрелять прямо сейчас она уже не собиралась, что можно было считать серьёзным дипломатическим успехом.

— Именно поэтому объяснять и будете именно вы, ваше превосходительство. Сами с ней короче и разбирайтесь, — согласился я.

— Ага, я такая, — подтвердила Ася довольным тоном. — Так стоп, что?

А я что, я не что, просто навострил тапки на драп.

— Стой, сука! — завопила вновь заводящаяся девочка, спалив мой филигранный манёвр и моментально поняв, что я собираюсь сбежать, оставив ее со всем разбираться.

— Социальной активности на сегодня для меня хватит… Примерно до следующего конца света, — сообщил я через плечо, продолжая отходить и делая вид, что никакие возражения больше не слышу. — Вы там знакомьтесь, обнюхивайтесь и выясняйте, кто кому мешает жить. А я пойду заниматься нормальными делами.

За спиной послышалось что-то очень похожее на очередное ругательство, но разбирать слова я не стал. Самое страшное произошло: новые люди и Ася оказались в одном помещении, никто никого не застрелил, а значит, дальше они вполне могли разобраться без моего непосредственного участия.

В выбранной под склад квартире было тихо, прохладно и пахло пылью, старой мебелью и тем особенным запахом чужого жилья, который не исчезал даже после нескольких недель отсутствия хозяев. Здесь я складывал вещи, которым пока не нашлось нормального места. Тут было всё: инструменты, одежда, коробки с мелочёвкой, часть найденного оружия и всё то, что внутренний Хомяк отказывался бросать только потому, что когда-нибудь оно теоретически могло пригодиться.

Сегодняшнюю добычу я разложил прямо на кухонном столе. Первой легла системная отвёртка, затем несколько латунных гильз размером с небольшой стакан, после чего рядом устроилась длинная одностволка. Отдельно выложил оставшееся при мне золото, хотя большая часть наиболее интересного добра всё ещё лежала спрятанной в торговом центре над подвесным потолком, куда я совершенно не собирался возвращаться в ближайшие дни.

После сделки с Фёдором на украшения я теперь смотрел совсем иначе.

Раньше золото было просто тяжёлым красивым металлом, который почему-то считался огромной ценностью в мире, где его ещё можно было обменять на цифры в банковском приложении. Теперь же выяснилось, что кто-то продолжает принимать его даже после конца света, причём настолько охотно, что Экспедитор при всём своём опыте не смог полностью спрятать свой интерес.

Значит, пригодится.

Но куда сильнее золота меня сейчас занимало ружьё.

Я положил рядом одну из огромных латунных гильз и обычный патрон двенадцатого калибра, после чего несколько секунд просто сравнивал их размеры. Свая назвал эту махину примерно двадцатитрёхмиллиметровой и отнёс к какому-то древнему четвёртому калибру, хотя для меня вся эта классификация сводилась к куда более простой формуле: патрон обычный, большой и просто неприлично здоровый.

Но само оружие мне нравилось. Массивное и при этом простое.

Один выстрел, зато такой, после которого противнику будет очень кисло, а в его доме заиграет грустная музыка.

Имелась только одна маленькая проблема.

Стрелять из него было нечем.

Я уже потянулся к одностволке, собираясь ещё раз осмотреть механизм, когда из коридора донёсся негромкий стук.

— Входите! — отозвался я, убирая руку от оружия и поворачиваясь к двери.

На пороге появился Эндрю. Теперь, когда американец немного отмыл лицо, поправил одежду, рассмотреть его можно было куда подробнее. Лет ему было где-то за пятьдесят, хотя точнее определить я не брался: седина уже заметно пробивалась в волосах и щетине, но держался он слишком бодро для человека, которого хотелось назвать стариком.

— Ася сказала, все инструменты у тебя, — объяснил Эндрю, остановившись у двери и указав куда-то в сторону квартиры девочки. — Я смотреть холодильник. Нужен тестер, отвёртки, может провода.

— Конечно у меня, — вздохнул я, оглядывая хаос вокруг. — У кого же ещё. Правда, где именно нужные инструменты лежат, это уже скорее чисто философский вопрос.

Эндрю неодобрительно посмотрел на груды барахла и уже хотел что-то сказать, но я его прервал.

— Не смей осуждать мой метод хранения, — предупредил я, сразу заметив выражение его лица. — Я точно знаю, что здесь почти всё нужное есть.

— Где именно?

— Вот с этим сложнее.

Американец тихо рассмеялся и вошёл внутрь. Уже собираясь пройти к коробкам, он вдруг заметил лежащую на столе одностволку и задержался рядом.

— Big gun, — произнёс он, осторожно взяв в руку одну из пустых латунных гильз и несколько раз перевернув её. — Very big.

— И очень бесполезная, — добавил я, отодвигая ему стул. — Садись. Всё равно хотел с тобой поговорить.

Эндрю поставил гильзу обратно и сел, однако взгляд ещё несколько секунд продолжал возвращаться к оружию.

— Про лифт? — спросил он наконец, и вопрос прозвучал настолько ожидаемо, что я даже немного удивился, почему он терпел до сих пор.

— В том числе, — признал я, устраиваясь напротив и решая сразу провести границу там, где мне было удобно. — Это классовая способность. Сам перемещаться могу, вещи перевозить тоже. Людей — нет. Поэтому вас и пришлось через шахту тянуть.

Эндрю внимательно слушал, не перебивая.

— А куда еще он ездить? — спросил он после короткой паузы, но тут же, заметив моё выражение лица, чуть поднял ладонь. — Не надо. Secret?

— Ферштейн, — подтвердил я и был искренне благодарен за то, что новый знакомый оказался не из тех людей, которые после каждого полученного ответа немедленно задают ещё десять вопросов. — Чем меньше об этом знают, тем мне спокойнее.

— Good, — спокойно согласился Эндрю, и на этом тема неожиданно закончилась. Он снова взял гильзу со стола, делая вид, что существование системного лифта интересовало его меньше, чем большой кусок латуни.

— Теперь мой вопрос, — сказал я, наклонившись вперёд и уперев локти в стол. — Ты кто вообще такой?

Эндрю вопросительно посмотрел на меня.

— Я Эндрю.

— Спасибо, это мы уже выяснили, — ответил я, махнув рукой. — Я про другое. Ты разобрал генератор быстрее, чем я успел понять, где у него перед, а где зад. Смастерил страховку и каким-то образом всегда понимаешь, что делать почти с любой железкой. Это класс такой или ты до конца света был тайным богом ремонта?

Американец несколько секунд пытался перевести для себя последнюю часть, после чего улыбнулся.

— Handyman, — сказал он, постучав пальцем себе по груди. — Мастер на все руки. Класс мой.

— Вот оно что.

— Я же говорил, — заметил он с лёгким укором, словно информация уже сообщалась мне раньше, а я просто не обратил внимания.