Инквизитор. Охотник на попаданцев 3 (СИ), стр. 6

Тушканчик сперва скакал рядом, по кочкам мха, потом пропал. Я уже решил, что он бросил нас и вернулся назад на остров, но минут через десять Мария тихо хмыкнула. Зверёк забрался ей на голову и, вцепившись лапками в длинные волосы, довольно щурился, прижав уши.

— Прибился, — сказала она.

— Вижу.

— Ему тут хорошо.

Я промолчал. Тушканчику в этом болоте и правда получше, чем нам.

Примерно на середине пути зверёк встрепенулся и начал водить огромными ушами-локаторами из стороны в сторону. А потом застыл, глядя вправо и слегка подёргивая одним ухом.

— Маш, что там? — спросил я, смотря в направлении, которое указывал пушистый.

— Длинноноги, — сказала Черкасова, проследив за моим взглядом. — Метрах в пятистах, большая группа.

Вдалеке виднелась группа из десяти особей. Крупные, тёмно-серого цвета, на высоких тонких ногах. Они ходили по протоке и тыкались мордами в воду. Кормились.

В каждой твари средний макр. А они мне были ох как нужны для следующего плана.

К обеду пейзаж вокруг сменился редкими камнями, потом валунами. Мох под ногами стал сухим, ломким, хрустел как солома. Впереди виднелась возвышенность с развалинами.

Добрались. Мария обходила лагерь: палатки, тенты, разбитые ящики. Искала свиток телепортации: тогда смогли бы уйти сами, никого не дожидаясь.

Я сверил часы, свои и Петра, чтобы после замерить разбег. Потом спустил наставника по гранитной лестнице, придерживая за локоть: ступени разной высоты, скользкие. Посадил у стены с письменами, приказал ждать.

— Сколько он там продержится один? — спросила Мария, когда я поднялся.

— Сколько надо. Ему сейчас всё равно, где сидеть.

Я оглядел лагерь.

— Нашла что?

Она качнула головой.

— Обошла всё. Свитков нет.

— Ничего. Тогда приступаем к плану «В».

Я закинул автомат на плечо, вытащил револьвер и зарядил магический ствол малым синим макром. К нужному месту как раз дозреет.

— И сколько у тебя этих планов в голове? — спросила напарница.

— Много. Но сейчас только «В».

— И что на повестке?

— Идём на болото добывать средние макры.

На моё счастье, длинноноги продолжили пастись там, где мы их видели. В лоб на них не пойти — опасно. Эти болотные твари могли разогнаться на своих длинных ногах и наброситься, предварительно закидав ядовитыми иглами. Их сила — внезапность и скорость броска. Нужно выманить монстров на место посуше, и желательно не всё стадо.

— Маш, жабогрызы рядом есть?

Она прикрыла глаза.

— Есть стайка десятка с два. К северу, в осоке.

— Гони их сюда, к камням, через открытый мох между нами и низиной. Надо выманить несколько особей.

— Как тогда, по дороге в храм? — кивнула она.

— Как тогда. Только в этот раз направляй не хищников, а дичь.

— Я могу, если что, скорректировать курс. Сколько надо длинноногов?

Я прикинул: чтобы наполнить источник пятого уровня, требовалось минимум два средних макра, значит, для шестого понадобится больше.

— Три минимум, можно четыре.

В Марии чувствовался опытный охотник, она провела жабогрызов точно под носом у хищников, разделяя стадо, и направила в сторону храма.

Мы залегли за валунами на сухом пятачке, шагах в двадцати от проплешины мха. Я снял автомат с предохранителя, проверил рожок. Два запасных положил рядом, на камень. Патроны, если что, можно не экономить: в лагере сектантов наберу ещё.

Через минуту с севера донёсся писк и плеск. Жабогрызы шли, не разбирая дороги, ровно туда, куда их тянул внушаемый Машей образ еды. Выкатились на открытый мох перед кучей камней, заметались, не понимая, зачем им сюда.

Длинноноги уже неслись по пятам.

Первый поднял голову от воды, замер. Потом сорвался.

Бросок.

Это был не бег к жертве, а словно выстрел из винтовки, не остановишь.

— Маш, в камни заманивай, чтоб длинноноги не могли выкидывать такие скоростные финты.

— Постараюсь, — напарница сжала губы и прикрыла глаза.

Жабогрызы прыснули в сторону камней. Длинноноги выбрались следом на проплешину между камнями, столпились над добычей, тыкали в мечущихся жабогрызов короткими мордами.

Вот теперь мой выход!

Я взял ближнего.

Очередь по ногам — тонким, как у цапли.

Перебил.

Тварь завалилась набок, забилась, ядовитые иглы веером пронеслись в стороны, но без цели.

Добил по корпусу. Отдача в плечо, гильзы в мох.

Один готов.

Тут же сменил рожок на новый.

Второй почуял меня, развернулся. Тело подобралось, иглы встали дыбом — сейчас стрельнёт.

Я вжался за валун.

Игла шла сбоку, длинная, словно стрела, выпущенная из арбалета. Она чиркнула по камню недалеко от моего лица и ушла в мох. А в шкуре, там, откуда вышла игла, на миг открылась прореха. Голое мясо без колючек.

Туда и всадил. Почти весь рожок в одну точку. Зверюга задёргалась, осела.

Второй готов.

Опять сменил рожок, но с третьим уже справилась Мария из револьвера. Раненый длинноног на полном ходу врезался в один из камней, когда девушка выцеливала его бок. Видно, внушила твари, что этот здоровый валун и был врагом.

Монстр замертво свалился на мох. А Маша, не тратя патроны на ненужные контрольные выстрелы, лишь брезгливо убрала револьвер в кобуру.

Третий.

Последний почуял нас и безошибочно помчался прямо к укрытию.

Я забросил автомат за спину и вытащил револьвер. Макр в пистоле уже набрал силу для выстрела.

Бах!

Отдача швырнула руку вверх. Из ствола вышел ледяной шар размером с яблоко и начал постепенно увеличиваться до размера арбуза. Голову твари обдало стужей, заморозило, и шар взорвался мелкими ледяными осколками.

У длиннонога подкосились конечности, и он рухнул, пропахав по земле несколько метров.

Четвёртый готов.

Пятый пробрался сквозь лабиринт камней и на полном ходу помчался обратно к стаду, в трясину.

— Четыре, — сказала Мария, поднимаясь.

Я опустил револьвер, оглядываясь по сторонам. Жабогрызы разбегались прочь.

Сбоку зашуршало. Из-за валуна вынырнул тушканчик: где-то прятался весь бой, а теперь возник как ни в чём не бывало. Подбежал к ближней туше, обнюхал и принялся жрать.

— Эй, — сказала Мария. — Они же ядовитые, что ты творишь?

Зверёк не отреагировал. Жевал.

— Похоже, ему без разницы, что твои крекеры, что тухлое болотное мясо.

— Шустрик, нет! — возмутилась она. — Ну хоть не с этого края, там же яд с игл накапал!

Зверёк бегло бросил взгляд на неё, подёргивая ушами, и продолжил.

— Маш, ты что, уже имя ему дала?

Девушка пожала плечами и начала перезаряжать револьвер.

Потрошить пришлось аккуратно. Макр у длинногонога, как и у большинства тварей, находится в небольшом отростке у основания шеи. Вот только шеи у них были короткие, а тело в ядовитых иглах.

Рунным ножом я подрезал шкуру у затылка, отгибал колючую кожу, нащупывал позвонки.

— Маш, придержи. Вот тут, чтоб иглы не упали мне на руки.

Напарница взялась за кожу с двух сторон, натянула, сильнее удерживая. Я в этот момент как раз нашёл отросток и вскрывал его лезвием.

Туша дёрнулась. Мария перехватила, рука соскользнула.

— Ой…

Одна из игл прошла вскользь по моему запястью. Распорола рукав куртки и царапнула кожу.

Яд сразу обжёг руку. Но я не отвлёкся и доделал начатое, извлекая из монстра серо-коричневый средний макр.

От соприкосновения с ядом боль уже доползла до локтя и поднималась выше.

— Дай, — Мария перехватила мою раненую руку. Закрыла глаза.

Жжение остановилось на полпути к плечу и пошло назад. Через несколько секунд — ничего. Кожа на запястье стянулась тонкой полоской, и царапины как не бывало.

— Извини, — сказала она, не открывая глаз ещё пару секунд. — Соскользнула.