Форс-мажор. Книга 2. Побуждение (СИ), стр. 29

— Ну и как мы это сделаем? — откровенно приуныл я, только сейчас осознав масштаб проблемы.

Ну кто, скажите на милость, в настолько чудовищном деянии признается? Да ещё и доказательства предоставит? Нахрена, и главное, зачем? Не самоубийцы же они, в конце-то концов?

— Очень хорошо, сударь! — внезапно похвалил меня герр Нойманн. — Порой один правильно сформулированный вопрос заменяет сотню ответов.

— Но нифига не заменяет анализ «больших данных»! — фыркнул Влад. — Босс, да выкладывай уже, в чём задумка. Я, конечно, в общих чертах представляю — да хотя бы по прошлым задачам — но… цельная картинка пока что не складывается.

— Да ты никак опять накосячил, дядя Влад? — усмехнулся я.

— С чего ты взял, Младшенький? — вернул мне любезность тот.

— А за что тебя тогда наказали? — уставился я на него с невинным видом.

— Вот и мне интересно! — отзеркалил мой взгляд на Заварзина-старшего Пахомов. — А, босс? Чем провинился-то? Уже всю голову сломал, ночей не сплю! Лидка ругается, мол, ворочаюсь, и ей мешаю! Никакого покоя неделю уже!

— Да ничем ты не накосячил! — ушёл в отказ мой родитель. — Просто… оказался не в том месте и не в то время. Я на тебе легенду обкатывал. Исходя из тех соображений, что если уж мой собственный шеф СБ по косвенным признакам не сможет суть задумки просечь, то Рокуэллы с Кэнгай тем более обломаются!

— Э-э-э… босс?.. — прифигел Влад.

— Чего⁈

— Это ты меня сейчас похвалил, или наоборот, опустил ниже плинтуса⁈

— Всё сразу и много, Влад-сан, — «успокоил» эсбэшника Директор Рин. — Но тут я с Алексом в кои-то веки даже согласен.

— Поддерживаю, судари мои, — подал голос и Нойманн.

Как всегда невозмутимый и абсолютно непробиваемый. Сколько себя помню, он всегда такой. А ведь когда-то, если верить семейным преданиям, он был всего лишь личным слугой Александра Завьялова, наследника клана Завьяловых. И звали его вовсе не герр Нойманн, а… Савелий Степаныч! Впрочем, как и папеньку не Алексей Заварзин. Но это так, дела давно минувших дней, преданья старины глубокой…

— В общем, задумка такая! — вернулся отец к конкретике. — Я поразмышлял, прикинул известный орган к носу, и понял, что традиционными методами данную задачу не решить. Иначе Рокуэллы уже давно бы где-нибудь, да прокололись. Не перед чужими, перед своими. Но мы до сих пор не наблюдаем их альянса с новыми участниками предприятия. А значит, что? Правильно! Никто не сумел их достаточно сильно прижать к ногтю, чтобы войти в долю. В долю, понимаете? — обвёл Заварзин-старший присутствующих пытливым взглядом.

— Ну, так-то логично, босс…

— В долю! — не обратил на Пахомова внимания мой папенька. — И тут меня осенило! Мы должны применить прямо противоположный подход. Не вынудить контрагентов поделиться технологиями, а… сделать так, чтобы они сами нас позвали. Создать благоприятную почву, только не для переговоров, а для совместного предприятия. Ну а остальное уже дело техники.

— Отец?.. — насторожённо покосился я на родителя.

— Да, Младшенький?

— А ты ничего не путаешь? Россы с бриттами? Совместное предприятие?

— А почему нет, собственно?

— Ладно, россы с бриттами! — махнул я рукой. — Но… Рокуэллы с Заварзиными? Да мы же друг дружке глотки готовы грызть при первой возможности!

— А вот это как раз и послужит одним из доказательств серьёзности намерений с нашей стороны! — довольно осклабился папенька. — Прикинь, какая выгода заложена в потенциале, если даже мы, Заварзины, наступили на горло собственной песне и пошли на сделку с кровными врагами⁈

— Ну не знаю… — демонстративно задумался я. — Фигня какая-то! Хотя, с другой стороны…

— Вот и они как минимум засомневаются, Лёш! — заверил отец. — А когда засомневаются, захотят разжиться дополнительной информацией. Чем не почва для переговоров? А⁈ Что скажете, господа мои?

А это уже не только ко мне вопрос, но и ко всей аудитории…

— Моё мнение ты уже слышал, э!

— Да и со мной вы по этому поводу заранее проконсультировались, сударь.

— Влад? — уставился Заварзин-старший на эсбэшника, как на последнюю инстанцию.

— Хитро, — задумчиво покивал тот. — Но это, насколько я понимаю, решение стратегического уровня. А с тактикой как дела обстоят?

— Что, неужели никаких мыслей на этот счёт? — изумлённо задрал бровь папенька, покосившись на меня.

— Честно?.. — пуще прежнего задумался Пахомов. Ну, или сделал вид. — Я просто не в курсе насчёт текущего спроса и предложения. Несколько, хм, не моя область ответственности.

— А должен бы! — попенял главному безопаснику мой родитель. — Небось, по ценам на драные бретонские джинсы в любое время дня и ночи проконсультируешь? Да ещё и профессионально?

— У каждого свои интересы, босс, — невозмутимо пожал плечами Влад Пахомов. — Но ход твоих мыслей понятен. Со стратегией определились: надо заинтересовать противника в коммерческом плане. А для этого нужно что? — неожиданно уставился он прямо мне в глаза.

Типа, подловил? Ну-ну!..

— Товар, — медленно процедил я. И таки закончил фразу после реально театральной паузы: — И продавец.

— Блестяще, сударь! Просто блестяще! — сдержанно поаплодировал мне герр Нойманн. — А вам, Влад, стыд и позор!

— Да я просто дал Лёшке возможность проявить себя, — легко отмазался Пахомов. — Ну и заодно подвёл к мысли, чтобы потом проще объяснять было. Короче, всё, босс! Он полностью твой. И мы, кстати, жаждем подробностей. Ведь жаждем же, Лёш?

— Жаждем, дядя Влад, — подтвердил я. — И начни, пожалуй, с товара, отец.

— Как скажешь, — тяжко вздохнул Заварзин-старший.

С чего бы вдруг? Да с того, что понял — теперь я уже точно от миссии не откажусь. Потому что имей я такое намерение, то и про ништяки ничего бы выпытывать не стал — по принципу «меньше знаешь, лучше спишь». Стандартная моя тактика, выработанная в беззаботные юношеские годы, когда предки ещё питали надежду увлечь меня управленческой карьерой. Напрасную, как показало время. Но привычка, между тем, осталась. Даже, пожалуй, в кровь въелась.

— Товар, значит… — снова задумчиво побарабанил батюшка пальцами по столу. — Товар — опытный образец внешнего миоскелета, совместимый с человеческим организмом. И, что ещё важнее, с любым боевым снаряжением, присутствующим в данный момент на рынке. Называется «Экзот». По большому счёту, подгон от гексов-Хранителей, без их модифицированного «хитина» ничего бы не выгорело. А так прототип вполне работоспособен, на себе проверял. Удобная, кстати, штукенция. И компактная. Да сами смотрите, чего это я! — порывшись в кармане комбеза, вывалил папенька на стол… да бог его знает, что именно. Какую-то чёрную лепёшку. Если не подумать чего похуже. — Активируется мысленной командой, если, разумеется, в «нейр» нужное программное обеспечение установлено…

С этими словами папенька воткнул указательный палец в аморфную массу, погрузив его по первую фалангу… и в «адмиральском салоне» Директора Рина на добрых пять минут воцарилась потрясённая тишина. Почему именно на пять? Да потому что ровно столько времени понадобилось «лепёшке», чтобы сначала облепить ладонь Заварзина-старшего этакой матово-чёрной «перчаткой», а потом «расползтись» по всему его телу еле заметной глазу сеткой «паутинных» нитей, смахивавших на татушки. Отец, кстати, по завершению не поленился встать из кресла и задрать штанину, а потом ещё и комбез расстегнуть до пупа, чтобы мы и под футболку смогли заглянуть и убедиться. В чём? Да уж не в том, что он в свои сорок два сохранил отчётливые кубики на прессе. Хотя да, завидно. У меня таких нет. Я имею в виду, столь рельефных. Мои, конечно, помощнее, но не для соревнований по бодибилдингу.

— Миоскелет, значит, босс?.. — первым нарушил молчание Влад. — А нам, в смысле, СБ, перепадёт от щедрот? Неплохая штука, так-то. И главное, скрытная!

— Если и перепадёт, то нескоро, Владик! — сурово обломал его папенька. — Говорю же, опытный экземпляр! В серию однозначно пустим, но, сам понимаешь! — развёл он руками. — Пока то, пока сё, глядишь, уже и год пролетел незаметно. А то и два!