Василиск - сын Горыныча часть 1 (СИ), стр. 44

— За Ваську! — грянули они хором, и я услышал звон десятков кружек.

Я поднял свою, чокнулся с соседкой и сделал большой глоток. Эль оказался горьким, с привкусом можжевельника и еще какой-то травы, от которой по телу разливалось тепло. Я вытер губы и огляделся.

В баре было шумно, жарко и тесно. Кто-то уже начал стучать по столам, кто-то танцевал прямо на стойке, а в углу две байкерши играли в дартс, и дротики с глухим стуком вонзались в мишень, где вместо кругов были нарисованы морды разных животных. Больше всего исколота была мишень с изображением лисы.

— Васька, мы слышали, ты сегодня знатно отметился на улице! — крикнула мне рыжая деваха с кожаной банданой на голове. — Говорят, ты Марго выручил, троих уложил!

— Было дело, — скромно сказал я, хотя внутри меня распирала гордость.

— Молодца! — засмеялась она и с силой сжала мое плечо. — В нашем клубе слабакам не место. А ты — наш!

Другая девушка, невысокая, но коренастая, втиснулась между мной и соседкой и поставила передо мной тарелку с дымящимся мясом. От него шел такой пар, что у меня слюнки потекли.

— Ешь, именинник! — приказала она. — Набирайся сил. Сегодня мы тебя будем качать до утра!

Я схватил кусок мяса и впился зубами. Оно было сочным, немного острым, и я почувствовал, что это та самая магическая приправа из моего дома. Кто-то из девчат, видимо, постарался.

Я ждал, слушал их разговоры. Они обсуждали свои магомоты, предстоящие гонки по ночной магической трассе, какие-то разборки с соседним клубом и, конечно, дорожную полицию, которая их постоянно напрягала, но им давали отпор.

Бар гудел как улей. В какой-то момент на стойку вылезла здоровая татуированная бабища и заорала: «А теперь наш новичок покажет нам танец!»

Я чуть не подавился элем, но меня уже стащили с табурета и потащили в центр зала. Девушки засвистели, заулюлюкали. Я не умел танцевать, но они и не ждали от меня изысканных па. Они просто хотели повеселиться. Я начал двигаться в такт музыке, как умел — неуклюже, но с энтузиазмом. Байкерши ржали, хлопали в ладоши и подбадривали меня криками:

— Давай, Васька! Покажи, на что способен!

— Зажги!!!

Я крутанулся, чуть не упал — стойка была скользкой, но меня подхватили чьи-то сильные руки. Я поднял глаза — это была Марго. Она стояла рядом с кривой усмешкой и держала меня за пояс. И прижималась так…

— Держи себя в руках, новобранец, — шепнула она. — Это только начало. Сегодняшнюю ночь ты запомнишь на долго.

В баре заиграла другая песня, еще быстрее и громче. Я почувствовал, как адреналин ударяет в голову. Я уже не думал о Насте и Наташе, о жизни и обо всем остальном. Я был здесь, с этими дикими женщинами, которые приняли меня как своего. Я был Ящером Тьмы. И это был лучший день рождения в моей жизни.

Я поднял кружку и крикнул во весь голос:

— За Ящеров Тьмы! За свободу!

— За свободу! — заорали они в ответ, и звон стекла смешался с ревом магомотов за стеной.

Мы пили, ели, смеялись, и я понял, что, наверное, именно ради таких мгновений стоит жить. В этом мире, где мужчины — лишь украшения, я нашел место, где я мог быть самим собой. Пусть даже это был бар, где пахло маслом и адреналином, где женщины правили балом, но они дали мне чувство, что я — равный.

Но главное приключение вечера меня ждало впереди…

Глава 22

Глава 22

Спустя пару часов, когда я уже прикидывал, как бы схватить парочку красоток, чтоб провели мне экскурсию, Марго хлопнула меня по спине:

— Ну что, Васька, готов к настоящим приключениям? Нас ждет ночной выезд. У нас есть незаконченное дело с конкурирующим клубом. Ты с нами?

Я посмотрел на нее, на ее пронзительные глаза, на горящие лица ее подруг, и кивнул.

— Это самый глупый вопрос который я услышал сегодня. Ящеры за любой кипиш, кроме голодовки.

Бар взорвался одобрительным ревом, и вся толпа рванула на улицу. А я вместе с ними — ящеры не бегают от драки. Это она бегает от них. Довольно потирая руки, я уселся позади Марго, радуясь, что приключения продолжаются.

— Слушайте сюда, ящерки! — крикнула Варя, и все притихли. — Сегодня мы едем к «Черным волчицам». Они уже который месяц лезут на нашу территорию. Сначала переманивали наших клиентов, потом сожгли несколько наших магазинов, а вчера вообще заявились в одну из наших кафешек и наваляли троим нашим девчонкам. Мы так просто это не оставим. У них есть пустырь на Промышленной, в старом районе. Там и встретимся.

Она сделала паузу, обвела всех взглядом.

— Магию не применять. Никаких огненных шаров, никаких ледяных копий. Только кулаки, цепи, дубинки и то, что нам дала природа. Если кто-то пустит заклинание — я лично потом буду драть долго и без смазки. Понятно?

— Да, Варя! — заорали хором, и я подхватил.

— Васька, — она повернулась ко мне, — ты новичок, но мы видели, как ты работаешь руками. Держись рядом со мной, но если что — не зевай. Шлем не снимай. Если кто-то узнает что ты парень, будет скандал. Причем такой, что можем и не вывести.

Я кивнул, натянул шлем на голову. Он был старым, с потертой краской, но внутри мягкий, и визор не запотевал. Я поправил перчатки с железными вставками, и с удовольствием отметил, что дубинка удобно висит на поясе штанов в специальной петле — спасибо Марго.

Рев моторов заглушил все звуки. Я вскочил на магомот позади Марго, и колонна двинулась. Впереди Варя на огромном «Триумфе» с коляской, в которой она возила свою любимую кувалду (даже не спрашивайте, зачем ей кувалда в коляске — это была ее фишка). За ней двинулись остальные, человек пятьдесят, а мы замыкали колонну, потому что нас поставили прикрывать тыл. Ну, или просто потому что я был новеньким и рисковать мной не хотели.

Ночная Москва открылась мне во всей своей магической красе. Мы мчались по Тверской, которая в этот час пустовала — встречались только редкие патрули полиции, но они на нас даже не смотрели. Знали, что байкерш лучше не трогать, если не хотят проблем.

Мимо проплывали светящиеся фонари, рекламные экраны показывали лица каких-то ведьм-блогерш, а в небе парили экскурсионные кабинки на магической тяге с пассажирами, которые удивленно глядели вниз на нашу банду.

Ветер свистел в ушах, я чувствовал, как вибрирует руль, как мощь двигателя передается в каждую клетку тела. Я любил это чувство — скорость, свободу, опасность.

Мы выехали на Садовое кольцо и выстроились колонной. Девушки перестраивались, обгоняли друг друга, и я видел, как мелькают их фигуры — кто-то стоял на подножках, кто-то отрывал руку от руля и показывал жесты прохожим. Мы были стаей, и мы неслись в ночь.

За МКАДом пошли старые промышленные районы. Здесь уже не было небоскребов и магии — только серые бетонные коробки, заборы, ржавые ворота и пустыри.

Мы свернули на улицу, которую даже на карте не было, и впереди показался огромный пустырь, усеянный битым стеклом и строительным мусором. С другой стороны уже ждали — «Черные волчицы». Их было примерно столько же.

Марго притормозила, поставила магомот на подножку и выпрямилась. Соседние моторы замолкали один за другим, и воцарилась тишина, нарушаемая только звоном металла о бетон. В центре пустыря стояло два ряда — наши и их. Между ними оставалось метров двадцать пустого пространства, как дуэльная площадка.

Варя вышла вперед, сжимая в руке молот. Из толпы «Волчиц» выступила их лидерша — высокая, жилистая, с ирокезом и татуировкой в виде волчьей морды на голом черепе. Ниче, как по мне, но сиськи маленькие.

— Варя, ты зачем нас собрала? — крикнула она с издевкой. — Скучаешь по моим кулакам?

— Скучаю, Зойка, — ответила Варя. — Но приехала я по делу. Твои сучки уже три раза лезли на нашу территорию. Я долго терпела, но этому пришел конец. Посягнувший на мое будет бит больно и сильно.

— Твои сами виноваты, — усмехнулась Зоя. — Если они не умеют держать удар, то нечего торговать на нашей земле. А территория — она ничья. Мы берем то, что нам нужно.