Таверна КФС 2 (СИ), стр. 8
— А четверо — это как Весемир — с рынка или…
Отец меня перебил, поняв о чём я:
— Или. Сходил к своему старому сослуживцу, думал посмотреть, как он живёт, может работу предложить или поспрашивать кому из наших нужна… — Отец почесал правую щёку. — А у него трудная жизненная ситуация — деньги прогорели, и в конце месяца его семье пришлось бы съезжать в припортовые лачуги.
Мать развернула голову и странно посмотрела на отца.
Может, подумала, что и мы могли в скором времени съехать туда же?
Отец, между тем, продолжал:
— По словам Олафа, много у кого из бывших военных проблемы, и все похожи на нашу — вложились в дело и влезли в долги, а отдавать долги нечем… Вовремя я к ним пришёл!
Хм… Да как будто бы, эти мошеннические действия с ветеранами поставлены на самый настоящий поток!
Наша семья, вот эта, другие с такими же проблемами. А как известно: один раз — случайность, два раза — совпадение, три раза — закономерность.
Вдруг, из зала послышались удары кулаком в дверь, и отец встал из-за стола:
— А вот, и Олаф с семьёй пожаловали!
Глава 7
Как только отец открыл дверь, первым делом он обнялся с хозяином семейства. После чего, внутрь зашла и вся остальная семья со своим небогатым скарбом.
Отец их всех представил.
Его сослуживцем оказался Олаф Грин — долговязый мужик лет сорока пяти. Он всего лишь где-то на полголовы возвышался над моим отцом, но, при этом, был жилистым — потому-то и возникало ощущение долговязости.
Его жена Астрид, наоборот, была слегка полноватая и низкого роста, с лицом, полностью «сбрызнутым» веснушками.
С ними было два сына: старший Эрик — лет восемнадцати, и Кнут — почти моего возраста, но чуть постарше, лет шестнадцати. У него над верхней губой уже полез светлый пушок.
Только младший положил мешок со своими вещами на пол, как его живот тут же издал даже не урчание — а самый настоящий грохот.
Пожав парню руку, я спросил:
— Голодный?
Вместо него, ответил старший сын:
— Второй день ничего не ели…
Наше семейство, как-то не сговариваясь, посмотрело на Олафа, и тот немного смущённо развёл руки в стороны:
— Мы с сыновьями последние два дня работали в порту на разгрузке, но там плата раз в три дня. Пока ещё не заплатили…
Тут вперед вышла моя мать:
— Ульф, помоги Олафу поднять вещи наверх, а мы с Астрид и сыновьями на кухню — приготовим ужин. И быстрее выйдет, и заодно, с кухней познакомятся.Завтра с утра всё проще будет.
Интерлюдия 3
Астрид не знала кому говорить «спасибо».
То ли молиться богам, то ли, всё-таки, поклониться в ноги Ульфу по фамилии Даль — сослуживцу её мужа.
Несмотря на то, что Олаф с мальчиками последние два дня с утра и до вечера пропадали в порту на разгрузке — денег, которые они завтра получат, всё равно, не хватит на выплату ссуды Войцеху.
Завтра после выплаты, им просто бы хватило на еду. Но послезавтра их, всё равно, бы выселили из дома, и им бы пришлось переезжать в припортовую лачугу. Ибо, на что-то более приличное денег просто нет.
А лачуга… Астрид ведь была в порту и видела припортовый район. Там не дома, а именно лачуги, слепленные из кривых досок. Из населения там матросы да грузчики — жизненные интересы которых крутятся вокруг борделей и дешёвого пойла. В общем, это совершенно не то место, куда стоило переезжать.
Астрид стерпела бы стыд и вернулась из города обратно в своё село — да вот только, дом в селе был продан, возвращаться было некуда…
А ведь сначала всё выглядело радужно — Олаф окончил службу и вернулся домой с приличной суммой денег. Его идея, что нужно переезжать в город, и он даже присмотрел кожевенную мастерскую, которую можно купить, вызвала только положительный отклик в душе Астрид. Олаф, до того, как его призвали на службу, делал прекрасную одежду, всё-таки, он был потомственным кожевником.
Астрид уже на следующее утро всему селу растрепала, что они в город переезжают…
Вот только, проблемы начались сразу после переезда — все поставщики кожи, будто сговорились и отказались поставлять им эту самую кожу. Олаф мог выделать кожу из шкур самостоятельно, но ему даже шкуры со скотобойни отказались поставлять!
Кожевник без кожи денег не зарабатывает, а тот хоть и небольшой, но долг местному монопольному ростовщику Войцеху, нужно было платить ежемесячно.
Сначала как-то крутились, даже умудрялись добыть немного кожи по сёлам, но этого было недостаточно.
И вот, когда Астрид проплакала всю ночь, на пороге появился Ульф со своим предложением по работе и переезду.
Нет, всё-таки, его боги послали! Но и ему самому тоже надо бы в ножки поклониться…
Стоило только зайти в здание таверны, на втором этаже которой они теперь и будут жить, как хозяйка потащила всех на кухню готовить ужин.
И это было очень кстати!
Кухня таверны отличалась от обычной домашней прям прилично. Огромная печь, мойка, стол, полки. И, что самое интересное, тут спокойно могло работать хоть десять человек параллельно!
Хозяйка — жена Ульфа, почему-то спросила своего сына — пацана лет четырнадцати:
— Что приготовим?
Тот задумался, потом, начал загибать пальцы:
— Картошку фри можем сделать легко, ты как раз, заготовки на завтра в ледник убрала. Учитывая… — Пацан кивнул на Астрид с сыновьями. — Что завтра с утра будет много помощников, нарубить по-новой прямо с утра будет не проблема. — Хайнц загнул второй палец. — Пюре тоже можно сделать. А вот на «свининдаль» у нас нет сметаны…
Астрид удивилась, впервые услышав такое название блюда, так что спросила:
— «Свининдаль»?
— Угу. — Хайнц кивнул. — Или… «Поркстроганов». Ой, то есть, свинина по нашему фирменному рецепту, по нашей фамилии: «по-Далевски». Вот, и получается «Свининдаль»…
Астрид понимающе кивнула, а Марфа нахмурила брови:
— С чего ты взял, что у нас сметана закончилась? Есть в леднике.
— А! — Хайнц просиял. — Тогда, «Свининдаль»!
Марфа покивала:
— Согласна… — Потом, критически осмотрела фигуры гостей, и дополнила. — Жареную картошку со сморчками тоже сделаем, чтобы заодно все рецепты картошки показать.
Несмотря на то, что Астрид была немного полновата, любому человеку, всё равно, становилось понятно, что она сильно похудела. А всё потому что её одежда свободно болталась на ней. Как, впрочем, и на старшем сыне. Он был плотненьким, но сейчас всхуднул. А вот, младший всегда был тонкий как щепка…
— Хм… — Хайнц задумчиво почесал подбородок. — Раз уж все рецепты картошки показывать, то у меня есть ещё два новых. Картошка «по-сельски» и «драники»!
А вот тут,, Астрид зависла. Марфа спросила у Хайнца, что они готовить будут, а теперь, Хайнц собирается показать два каких-то новых рецепта.
На кухне что, главный ОН⁈
Радость от того, что у них появилось место где жить сменилось обеспокоенностью. Если на кухне в таверне главный — четырнадцатилетний пацан, то долго эта таверна не проживёт…
Марфа удивилась:
— Два новых рецепта картошки?
Хайнц кивнул:
— Да.
На что, хозяйка потерла в предвкушении ладони:
— Что ж. Это интересно!
А дальше на кухне появилось много неизвестных Астрид доселе… корнеплодов?
Какие-то невзрачные, бледные, но ужин/демонстрация рецептов сегодня будет только с этим неизвестных овощем…
Обеспокоенность лишь стала больше.
Готовят что-то экзотическое, главный на кухне — пацан! Ну нет, эта таверна точно долго не проживёт — но хотя бы, даст семье Гринов так необходимую им передышку.
Сколько-то денег можно будет тут заработать. Потом, Олаф может устроиться кожевников в какую-то уже рабочую кожевенную. Два сына пойдут подмастерьями — вот так, и получится снять что-нибудь приличное.
Но по мере того, как экзотический овощ готовился, обеспокоенность Астрид потихоньку стала таять, потому что помещение стали заполнять очень приятные запахи. Да и выглядела готовка…