Мир наизнанку 1 (СИ), стр. 43

И как так вышло? Ей же просто хотелось обычного ужина. Сесть с ним за стол, похвалить еду, немного подразнить. Может, потом вместе посмотреть сериал. Не высчитывать, сколько раз им ещё можно так посидеть, прежде чем придётся от всего этого отказаться.

— Помнишь кассиршу? — спросила она, не оборачиваясь.

— Сегодняшнюю?

— Угу. С купоном для романтического ужина.

— Помню.

— Ей хватило посмотреть на нас, и она решила, что мы парочка.

— Люди любят додумывать.

Рэйка закрыла ящик и повернулась.

— А ты?

— Что я?

— Ты что видишь, когда на меня смотришь?

Иши молчал. Затем произнёс искренне:

— Красивую, умную девушку. Которая почему-то тратит вечер на ужин с восемнадцатилетним пацаном.

Рэйка подошла к нему.

— Не говори так о себе.

— Как?

— Будто я от скуки здесь сижу. Или из жалости.

Он отвёл глаза. Она остановилась у его стула, положила ладонь на спинку.

— Мне с тобой хорошо, Иши. Не потому, что ты ужин приготовил. — ей хотелось положить руку ему на плечо. Вместо этого крепче взялась за спинку. — Ты после аварии ещё не всё вспомнил, а уже учишься, что-то придумываешь, пытаешься заработать. Тебя отговаривают, а ты всё равно делаешь. Даже сегодня — сходил, купил всё для стрима, сам разобрался.

— Великий подвиг. Камеру подключил. — буркнул он.

— Не в камере дело. Ты не сидишь и не ждёшь, пока кто-нибудь за тебя решит, как тебе жить. И со мной разговариваешь нормально. Не поддакиваешь во всём, чтобы понравиться. Обычные парни твоего возраста сидят дома, играют в игры, мечтают, чтобы богатая жена их содержала. А ты строишь карьеру, стараешься что-то делать. Ты… не такой простой, как многие думают. Я бы сказала вообще странный, но в хорошем смысле.

Он повернул голову, но Рэйка отошла. Вернулась на своё место, взяла бокал и сразу поставила. Пить больше не хотелось.

— Может, я и правда странный, — его голос звучал напряжённо.

— И это хорошо, — она всё же взяла бокал. — Нормальные скучные. Вот как мой бывший. Идеальный парень по всем меркам — красивый, воспитанный, из хорошей семьи. Готовил французские тосты и писал стихи.

— Звучит идеально, — хмыкнул Иши.

— Так и есть. Вот только всё это обёртка. Я так и не смогла понять, что ему самому нравится. Куда пойдём? Куда я скажу. Что смотреть будем? Что мне хочется. О чём ни спрошу, сначала на меня посмотрит, потом ответит. Чтобы не расстроить.

— Может, просто старался.

— Может. Но рядом с ним я будто всё время разговаривала сама с собой. А он соглашался. — Рэйка провела пальцем по ножке бокала. — С тобой всё иначе.

— Потому что я спорю?

— Потому что ты здесь, со мной. Настоящий. Злишься, смеёшься, говоришь какую-нибудь глупость. Не пытаешься всё время понравиться.

— И поэтому нравлюсь?

Она смотрела ему в глаза.

— Да.

Иши опустил голову. Рэйка не смогла разобрать, смутился он или пожалел, что спросил.

— Сначала я думала, ты такой после травмы, — продолжила она. — Что я просто прежнего тебя не знала. Потом стала замечать… будто ты многое недоговариваешь.

Он выпрямился.

— Рэйка…

— Я не допрашиваю. У тебя могут быть свои секреты. Просто ты иногда говоришь одно, а по тебе видно, будто думаешь совсем о другом.

— У всех есть какие-нибудь тайны. — кашлянул он в кулак.

— Есть. Только мне ничьи не интересны, как твои. — Она попробовала улыбнуться. — Где ты научился так готовить? Когда успел научиться так махать ногами? Почему иногда смотришь на меня так, что я…

Иши ждал.

— Что ты? — сглотнул он.

Рэйка стиснула пальцы под столом.

— Что моё сердце бьётся иначе. Прости. Забываю, что нам нельзя.

Он ничего не ответил.

Всё. Больше отшучиваться не выйдет. Она уже сказала достаточно, чтобы он всё понял. Даже если раньше делал вид, что не понимает.

Рэйка посмотрела на свечу.

Ну вот. Хотела красивый ужин — получила. Теперь сиди и объясняй, что это всё тоже шутка.

— Ты сама не лучше, — вдруг сказал Иши.

Она подняла глаза.

— В каком смысле?

— Подумай, — хмыкнул он, — самый молодой нейрохирург страны, красотка, которая может получить любого мужчину… С кем-нибудь нормальным встречаться. А ты здесь сидишь и меня доводишь.

— Я тебя довожу?

— А что ты делаешь? — не моргал он, глядя ей в глаза.

Она сухо ответила:

— Разговариваю. Хвалю младшего бра… кхм… — И не смогла закончить.

Иши посмотрел на неё и отодвинул свою тарелку в сторону.

— Не называй меня так.

Рэйка кивнула. Горло неприятно стянуло.

— Прости.

— Ты всё время говоришь «братик», «сестра», а потом лезешь… — Он малёха насупился. — Я понимаю, зачем. Сам так делаю. Только ведь это не помогает.

— Я… — она сглотнула, признавая его слова, — я думала, если чаще говорить, то привыкну.

— И как? Получается? — хмыкнул он.

Она покачала головой.

Иши откинулся на стуле. Рэйка ждала, что он сейчас предложит закончить ужин. Скажет, на этом всё, что завтра рано вставать. Она бы согласилась. Унесла тарелки, пожелала спокойной ночи и потом лежала у себя, вспоминая каждое слово.

Но он не уходил.

— Мы ведь не росли вместе, — сказал он. — Я тебя ещё недавно вообще не знал. Ты для меня, считай, никто. В плане каких-то околородственных связей.

— И ты для меня. — сглотнула она.

— Тогда почему мы должны… — он вдруг умолк.

Потому что за этой фразой уже шло другое. Отец. Мама Рэйки. Их радость за ужином, планы, приготовления. Их счастье в конце концов.

И Рэйка тоже всё это понимала, а потому тихо произнесла:

— Я не скажу маме, чтобы она отменила свадьбу… Не смогу.

— Я папе тоже.

Он ответил сразу. Значит, уже думал об этом.

Рэйка уставилась на свою недоеденную картошку.

— И что, думаешь, после их свадьбы просто станет легче?

— Не знаю.

— Вот и я не знаю. — вздохнула она. — Ты же не будешь мне меньше нравиться только потому, что они распишутся.

Иши долго молчал, потом тихо выругался.

— Считаешь, я этого не понимаю? Я весь вечер смотрю на тебя и пытаюсь представить, как буду сидеть так же через месяц. Папа рядом, твоя мама. Ты что-нибудь рассказываешь, а я должен спокойно есть и не ждать, когда мы останемся вдвоём.

Рэйка сглотнула.

Она представляла ровно то же самое.

— Нам… нам придётся перестать, — сказала она. — Всё это. Все эти взгляды. Искать повод посидеть рядом. Делать вид, что ничего особенного не происходит.

— Знаю.

От его согласия стало хуже. Хотелось, чтобы возразил. Придумал что-нибудь. Сказал, что она всё усложняет и выход на самом деле простой. Но Иши тоже не знал выхода.

Рэйка провела ладонью под глазом и сердито выдохнула.

— Блин. Не хочу этот разговор. Хотела просто поужинать с тобой. Прости, что всё испортила, ты так старался… — сказала она.

— Ничего ты не испортила.

— Угу, не испортила. Даже поесть тебе нормально не дала.

Иши посмотрел на свою тарелку.

— Пустяк. Разогреем.

От этого простого «разогреем» она чуть не заплакала всерьёз. Она! Женщина! Чуть не пустила слезу! Какой же он милый!!! Иши!!! Ну почему ты такой крутой⁈ Рэйка взяла салфетку, промокнула глаза и попробовала вернуть разговор в прежнее русло.

— Разогреем… пф. Обслуживание в твоём кафе оказывается так себе. — и ехидно улыбнулась.

— Клиентка трудная. — натянул и он улыбку.

— Зато с хорошими идеями! — фыркнула она.

— Это ты про фартук?

— Про название.

— А фартук? — приподнял он игриво бровь.

Она улыбнулась.

— В нём ты будешь выглядеть особенно горячо.

— Рэйка. — сузил он взгляд. — Ты снова флиртуешь.

Она смотрела на него. Он уже не улыбался, но и отводить глаза явно не собирался.

— Ладно. Да, я с тобой флиртую. Доволен? Ты мне нравишься. Ничего не могу с собой поделать. И что теперь? — спросила она.

Он отодвинул стул и встал. Подошёл, остановился рядом, опираясь ладонью о стол.