Таверна КФС (СИ), стр. 29
— Да! — Он крикнул, и когда дверь открылась, он с нетерпением встал из-за стола. — Ну, что там?
В комнату зашёл худой молодой человек в просторной одежде и с бегающим взглядом мелких глазок.
Его взгляд буквально за секунду «оббежали» всё помещение, после чего, остановился на хозяине этого помещения, и он ответил:
— У Ульфа людей опять больше, чем у вас…
— Да как так⁈ — Ицхак стукнул кулаком со всей силы по столу, и чернильница, стоящая на нём завалилась на бок, выпустив из себя целое озеро иссиня-чёрных чернил. — У-у-уй… — Мужчина, скривившись от боли, тут же растёр ушибленную руку, поставил баночку чернил ровно и начал вытирать чернила со стола бумагами. — Да что за… Что стоишь⁈ Иди помогай!
А это уже было в адрес паренька с бегающими глазками…
Тот бросился помогать, но больше измазался чернилами, чем помог.
Ицхак выругался, выкинул ворох испачканных чернилами бумаг в урну и осмотрел себя.
Все руки были испачканы иссиня-чёрным. Манжеты рубахи в каплях, сама рубаха тоже в каплях, на штанах — и то были капли этих чернил!
— Да твою же, харчевню!
Сходив к тумбе, он взял оттуда тряпку, начал с остервенением вытирать свои руки, но тут же скривился:
— У-у-уй…
После чего, подул на ушибленное место и продолжил вытирать руки уже не в пример осторожнее.
После рук, Ицхак принялся этой же тряпкой оттирать стол, но уже через минуту махнул рукой. Чернильные пятна не убрались ни с рук, ни со стола…
Отложив в сторону тряпку, он поднял взгляд на парня:
— Так что ты там говорил?
— У Ульфа сегодня опять больше людей, чем у вас.
Ицхак посмотрел на свою, начавшую опухать руку, на чернильное пятно на столе, и выдохнул:
— Как так вышло?
— Новинки…
Лицо хозяина таверны скривилось:
— Пробовал я эти новинки! Говно — а не новинки!
Паренёк пожал плечами:
— Людям нравится. Я ненавязчиво поспрашивал, как вы и просили — многие пришли в таверну к Ульфу впервые, попробовать новинку. Им знакомые/друзья/близкие рассказали, что в городе появилось нечто необычное и интересное на вкус. Вот, они и пришли попробовать.
— Тьфу! Чернь! Это не необычно на вкус — а отвратительно! Но если плебсу нравится что-то новое, хоть и паршивое на вкус — то, аристократов не проведешь! — Ицхак с очень довольным видом сел обратно за стол. — Я сделаю так, что к Ульфу в гости придут некоторые аристократы из правления города. Посмотрим, что плебс, так любящий повторять за аристократами скажет, когда те разнесут новые блюда в прах! — Мужчина потёр в предвкушении руки, но тут же завыл. — У-у-уй! — После чего, убаюкал сильно опухшую руку и кивнул пареньку. — Свободен! Оплату возьмёшь на кассе.
Глава 22
Глава 22
— Рекомендую попробовать наше новейшее блюдо — жареную картошку с грибами. Это сезонное блюдо — так что время, когда его можно попробовать ограничено.
После того, как я посыпал магическим порошком посаженные семена, я спустился вниз на кухню, понаблюдал, как наш новый работник учится чистить картошку, и вышел в зал.
Отец просил уделить сегодня внимание этой самой жареной картошке.
Ну что ж — не проблема!
— С грибами? — Наморщила носик девушка, сидящая за столиком вместе с молодым человеком.
— Скажу по секрету. — Я чуть наклонился, чтобы создать более доверительную атмосферу. — Кое кто называет это блюдо — лучшим, что он пробовал в своей жизни. Так что, всё-таки, рекомендую попробовать. Если не понравится. — Развёл руки в стороны. — То, ничего страшного — а вот, если понравится… это может открыть для вас совершенно новые грани вкусов.
— Уговорили. Давайте порцию своих жареных грибов!
— Две порции! — Поддержал свою спутницу молодой человек. — И пиво ещё… У вас ведь действует мероприятие, по которому к пиву идёт гарнир в подарок?
Я кивнул:
— Да.
— Значит, два пива. И раз уж мы заказали эту вашу жареную картошку — тогда в качестве гарнира — морковь.
Я, записав угольком на деревянной дощечке заказ, понёс его на кухню.
Мдааа… Всё же, не понять мне местную практику заказывать пиво прямо с утра. Впрочем, со своим уставом в чужой монастырь лезть не планирую.
Ну, принято тут так — значит, принято.
Тем более, что от этого наша выручка лишь увеличивается!
Уголёк в руке треснул и осыпался на пол черными кусками.
Мда…
Не очень удобно получается с моей придумкой.
Я сходил к доскам в сарай, выбрал там компактный кусок деревяшки, уголёк же взял из печки.
Тут сейчас нет ни ручки нормальной, ни карандаша, чтобы написать заказ — вот, я и подумал, что писать угольком на дощечке, а потом стирать эту надпись будет удобно.
Неа! Оказалось, не очень удобно… Придётся всё запоминать, но так или иначе, эту проблему надо будет решать.
Даже когда мы перейдём на модель самообслуживания — проблема не уйдёт. Наоборот — может даже усугубится! Самообслуживание сможет «обработать» более высокий поток гостей — а значит, и заказов будет больше. И их надо будет как-то записывать для кухни. Ведь компьютера, где бы повар мог посмотреть, что ему готовить следующим — нет.
В общем, надо как-то уже существующие ныне перья с отдельной чернильницей приспособить для этих нужд.
Каким образом официанту таскать с собой чернильницу и орудовать пером и этой чернильницей на весу, пока не представляю, но что-нибудь придумаю.
Зайдя на кухню, услышал голос матери:
— Весемир, нет! Брусочки картошки нужно нарезать тоньше, иначе будет дольше готовится! Смотри… — Мать взяла нож и показала нашему новому работнику какого размера ей нужны брусочки картошки. — Вот так! Понял?
— Да, госпожа!
Пацан продолжил нарубать картофель уже мельче, а я в очередной раз подумал, что рабочие отношения тут больше похожи на какие-то невольничьи…
Госпожа, господин… Похоже на отношения барина и холопа из истории моей прошлой жизни. И мне это не нравится.
Прямо царапает почему-то.
Я понимаю, что для здешних мест — это норма, но в нашей таверне такого постараюсь не допустить.
Озвучив заказ матери, пошёл обратно в зал. Сегодняшний день обещает быть крайне насыщенным…
— Тринадцать серебра и двадцать восемь с половиной меди! — Отец возбуждённо вскочил из-за стола, но тут же взял себя в руки и сел обратно. — Даже не верится!
Мать сидела за столом напротив и, глядя на отца, слегка улыбнулась, но затем тут же нажаловалась:
— А мне ещё как верится! Устала сегодня — еле ноги волочу.
— Как, кстати, Весемир? Хорошо помогал?
После рабочего дня Весемир взял выданный матерью ужин и вместе с ним сразу же куда-то ушёл — так что его рядом не было.
Мать лишь моргнула в знак согласия:
— Нормально. К кухне он непривычный, но старательный — так что быстро исправляет свои ошибки.
Довольная улыбка на лице отца стала ещё шире, после чего, он полностью удовлетворённый приступил к ужину.
На ужин была, кстати… жареная картошка со сморчками.
Только отец донёс вилку с едой до своего рта, как тут же зажмурился от удовольствия:
— М-м-м… — Прожевав, он посмотрел на меня. — А у тебя в голове случайно нет ещё какого-нибудь похожего рецепта?
Похожего?
Если он имеет ввиду со сморчками, то… почему бы не грибной жульен? Пока даже без курочки — чисто грибной. Не на шампиньонах — а на сморчках. Он всё равно будет изумительным.
Так что, я кивнул:
— Если принесешь мне завтра с утра от молочника твёрдого сыра — то, сразу и попробуешь.
— Твёрдого?
— Ну… имею ввиду, самого выдержанного сыра — которого найдёшь.
Интересно, местный молочник делает какие-нибудь твёрдые сыры? То, что делает какие-нибудь быстрые рассольные сыры — почти не сомневаюсь. А вот твёрдые сыры — это совсем другая история, там их выдерживать нужно месяцами…
Отец кивнул:
— Возьму самый выдержанный, что будет. — Закинув в рот ещё одну вилку картошки со сморчками, он покачал головой от удовольствия и сменил тему. — А что там с твоей парной? Кроме досок чего там не хватает? Ты говорил что-то про бычьи мочевые пузыри…