Мама на праздник для дочери дракона (СИ), стр. 7

– Милая, а ты разве хотела в подарок от Царя-Мороза не красивую куклу из магазина «Игрушки с сердцем»? Няня сказала, ты всегда рассматриваешь их в витрине и придумываешь куколкам имена, – почти добрым голосом сказал Бернард нор Хартлесс.

Я вздрогнула.

А малышка на какое-то время оторвалась от меня и повернулась к родителю.

– Папа! Куклу мне купишь ты! А подарить маму мог только Царь-Мороз! – потрясая ручонками, заявила девочка.

Мол, как ты не понимаешь, неразумный отец, а?

– Погоди, при чём тут Царь-Мороз? – не понял дракон, подходя и присаживаясь около нас.

Он отодвинул куклу подальше на ковёр и приобнял дочку за плечи.

– Я ему написала письмо! – гордо заявила Элли. – Чтобы на праздник принёс нам маму. Самую добрую.

– Э-э-э… – подзавис дракон.

А я начала что-то понимать.

Похоже, этот гад действительно вовремя не озаботился, что подарить ребёнку на День Середины Зимы и в последний момент выведал у няни, что девочке нравятся куклы в моём магазине.

Но магазин закрылся, а новый владелец здания не позволил мне оставить записку с новыми координатами. И тут нор Хартлесс услышал, что будет лот с куклой на праздничном аукционе. Списки не эксклюзивных лотов рассылались заранее – в приложении к приглашению. Поэтому узнать было довольно просто, главное – дать задание достаточно пронырливому секретарю.

– Пап, – подёргала дочка отца за рукав, – а Царь-Мороз тебе маму сам принёс или под ёлочкой оставил? – с сомнением оглядывая меня, спросила девочка.

Да, я б на её месте тоже подумала: как эта тётя под ёлочкой поместилась?

– А как он выглядел? Дедушка Царь-Мороз… – продолжила расспросы девочка.

Бернард нор Хартлесс с вопросом в глазах посмотрел на меня.

Мои глаза сделались по пять больших медных монеток. Я до сих пор не понимала, что делать – как объяснить малышке, что я не её новая мама и не травмировать при этом.

А дракон не торопился меня выручать. А ещё старше лет на десять! Это у него должна быть голова на плечах!

– Э-э-э… передал на балу через тётю Терезу, – придумал отмазку этот отец года. – Поэтому как выглядел Царь-Мороз спросишь у неё.

– На балу? Значит, там было много разных тёть? – нахмурилась с интересом девочка.

И снова посмотрела на меня.

– Хорошо, что ты выбрал эту. Она такая красивая! – обрадовалась малышка.

Она с застенчивым видом приложила ладошки к моим щекам и улыбнулась.

Именно мне.

И в её глазах засияла надежда.

А у меня чуть слёзы на глаза не навернулись. Я поторопилась вдохнуть побольше воздуха.

– Да, милая, как для себе выбирал, – негромко бормотнул дракон напряжённым голосом.

Потом он осторожно прикоснулся к моей спине.

– Тиона? – негромко позвал меня дракон. – Пойдёмте все вместе ужинать.

3.2

Я отмерла.

– Покажешь, где мне можно сесть? – с улыбкой спросила я у девочки.

Она радостно покивала.

Хотя зря я такое ляпнула. Привыкла к простым приютским нравам. Нас хоть и воспитывали с учётом дворянских правил и этикета, но в довольно неформальной обстановке.

И лишь когда заметила, что тарелки хозяина дома и его дочери стоят на разных концах длинного стола, сообразила, что ребёнка приучают к строгому этикету.

Хотя выглядит подобное расположение как-то… слишком отстранённо.

Малышка озадаченно посмотрела на стол, но даже предложить мне присесть около неё девочке оказалось не по полечу – она просто растерялась.

– Пожалуй, нам нужно поменять расположение тарелок, – решилась я.

Судя по озадаченному выражению лица, Бернард нор Хартлесс моего замысла не понимал, но остановить не решился.

Я перенесла его столовые приборы на длинную середину стола, в самый центр. А место для девочки обустроила справа от него. Благо слуги пока стояли за дверью, им не давали команды вмешиваться.

Судя по заинтересованному лицу малышки, я сейчас на её глазах совершала новогоднее чудо.

Дракон лично передвинул стулья и поставил ближе ещё один – для меня.

Экономка действительно прислала служанку, чтобы добавить третий прибор. При виде произошедшей перемены, у довольно молодой девушки от неудовольствия вытянулось лицо.

Боюсь, она тоже что-то не то подумала, как и Элли. И эту ошибку тоже быстро не исправишь.

Я постаралась сделать хорошую мину при плохой игре и вскоре мы были готовы торжественно усесться за стол.

И тут снова оказалось, что я просчиталась.

Я хотела, чтобы холодноватый в отношениях с ребёнком дракон сидел рядом с девочкой, но Элли рассудила иначе.

– А можно я сяду посерединке между вами? – подёргала она одновременно нас обоих за руки.

– Обычно… – начал было нор Хартлесс, но быстро остановился. – Сегодня – можно, – согласился он.

И сам посадил малышку на стул.

Когда мы устроились, дракон позвонил в серебряный колокольчик и слуги торжественно внесли горячие закуски. Холодные уже стояли на столе и оказалось, что Элли не любит рыбу, которая была в ассортименте. А вот Бернард нор Хартлесс явно неравнодушен к морепродуктам – на его тарелке быстро оказался целый набор. Я попробовала небольшой бутербродик, но остальное есть не стала, чтобы присоединиться к девочке. Похоже, слуги проигнорировали её пристрастия. Или она просто маленькая, чтобы распробовать подобные блюда.

А вот жульену с грибами в корзиночке из теста Элли оказалась рада.

Но тут произошла оказия…

Та самая служанка, которая косо посмотрела на перестановку приборов, умудрилась пролить на меня воду из графина. Да, немного, но юбка тут же намокла.

– Ой, простите! Сейчас просушу, – скороговоркой протрещала эта неприятная девица и попыталась направить на меня заклинание теплового потока.

Но я его отбила – чисто инстинктивно. Платье у меня прокатное и дико дорогое. Ещё бы его таким рукам доверять!

И правильно сделала, что отбила.

Магия отлетела прямехонько в светильник на стене. Он был старинным, с тремя свечами и фитильки у них весело заполыхали.

Здорово! Да на платье бы образовалась дыра, не успей я её остановить.

– Вон! – коротко велел служанке, разозлённый дракон.

У него даже глаза от гнева потемнели.

Та испугалась содеянного и пробкой вылетела из обеденного зала.

А вот Элли испуганно сжалась. Она не ожидала ни отцовского гнева, ни огненного шоу.

Я наклонилась к девочке и на мгновение прижала её к себе.

– Всё хорошо, малышка, сейчас свечи начнут гореть спокойнее, – улыбнулась я ей. – Празднику немного огненной магии не помешает.

– А вот вода на платье его точно не украсит, – вздохнул нор Хартлесс, который уже взял себя в руки и заговорил нормальным тоном.

И даже успел кивнуть экономке в сторону сбежавшей служанки.

Маргарет ти Косинс чинно выплыла за дверь.

– К счастью, это просто вода, она высохнет. На платье даже пятна не останется. Здесь защита и от ягодных напитков есть, – объяснила я. – А вот огнезащитными чарами оно явно не обладает. Хотя я не хотела спалить особняк, отбивая магию. Инстинкт сработал.

– Но просушить придётся. И прерывать ужин надолго возможности нет, Элли пора спать. Поэтому позаимствуем наряд у моей матушки, – решил дракон.

Я немного растеряно посмотрела на него.

Я не помнила, жива мать Бернарда нор Хартлесса или нет. Иначе, почему она не здесь?

– У неё большой гардероб, а пользуется в лучшем случае, когда вместе с отцом приезжает из столицы. Тем более, вам подойдут её… самые ранние платья. Вряд ли она станет их носить, – деликатно выразился хозяин дома.

Захотелось себя ущипнуть. То, что глава рода нор Хартлессов вот уже пять лет служит Министром финансов и живёт в столице, я слышала. Конечно, и жена при нём. И почему я сразу не догадалась?

Мне стало стыдно за свою глупость, и я не стала протестовать.

Я попросила Элли посидеть здесь – к ней сразу подошла нянюшка, которую позвал один из слуг – и двинулась следом за драконом в сторону гардеробной.