Снимая маску с моего Тёмного рыцаря (ЛП), стр. 61

— Господи… я не выдержу еще одного раунда с ней! — крикнул он мне вслед и громко щелкнул пальцами, пытаясь вернуть меня в разговор. — Куда ты несешься? Айви Джейд, нам нужно поговорить прямо сейчас!

— Позже! Клянусь тебе! — отозвалась я уже из другого конца зала. Пожелав ему удачи, я припустила через все шато, чтобы поскорее всучить конверт брату.

Добравшись до люкса жениха, я толкнула тяжелые шестиметровые дубовые двери. Все друзья жениха были уже в сборе, но Ро среди них по-прежнему не наблюдалось.

Несколько парней присвистнули при моем появлении, включая Ванна.

— Остыньте! — цыкнула я на них.

Густав обернулся, чтобы приструнить свою банду. Он стоял в самом дальнем углу у ростового зеркала, придирчиво оценивая свой парадный вид:

— Эй, животные, отвалите от моей сестры.

Я прошествовала через всю комнату: в атласном шелковом халатике, пушистых тапочках, с пружинящими на ходу свежеуложенными локонами.

— На, держи, это от Таллулы, — протянула я конверт брату. — А где Ромео?

— Да бродит где-то тут поблизости, — небрежно отозвался Густав, аккуратно взрезая печать. Остальные шаферы и друзья жениха шумно гоготали, уже при полном параде и готовые к выходу. Ну еще бы они не были готовы: мужикам-то всего и делов — напялить костюм! Никаких тебе колготок, эпиляции ног, рук и подмышек, никакого двухчасового макияжа и укладки. Быть женщиной порой чертовски утомительно.

Густав тихо присвистнул себе под нос, чтобы не привлекать лишнего внимания:

— Глянь. У меня тоже кое-что есть для Тал. Передашь ей?

— А разве этим не должен заниматься твой шафер? — изогнула я бровь.

— Должен, вот только моего шафера прямо сейчас здесь нет, не так ли? Не строй из себя вредину, отнеси ей.

— Ладно уж! — Я картинно закатила глаза, шумно выдохнула и забрала его черный конверт, к которому прилагался черный плюшевый медвежонок в костюме Малефисенты. — Ладно, признаю: это до безумия мило.

— Она моя богиня луны, мое маленькое исчадие ада, моя королева, — с блаженной улыбкой пробормотал он, явно выпав из реальности.

Крутя пальцами, я терпеливо ждала, пока Густав вынырнет из своего любовного транса, мечтая поскорее сбежать. Где бы ни пропадал Ро, я четко осознавала: он целенаправленно меня избегает, и винить его за это у меня не поворачивался язык. Между внезапным явлением Антонио и признанием Ро в том, что он безработный и ютится на диване у сестры, между нами осталась целая пропасть недосказанности… слишком много нерешенных вопросов о том, где мы теперь и кем друг другу приходимся.

— Эй, Айви Джейд, посмотри на меня, — Густав властно перетянул мое внимание на себя.

— Что? — раздраженно бросила я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство.

— Таллула рассказала мне, что у тебя творится, — произнес он.

— Уф! И дернул же меня черт ей открыться!

— Да уж, нам определенно не стоит доверять тебе наши ценности, — хохотнул брат, разряжая обстановку.

— Это всё? Обещаю, я больше не буду сеять ваши шмотки. Честное слово, — пробормотала я, мыслями находясь совсем в другом месте.

— Еще кое-что. Прежде чем ты уйдешь, я обязан это сказать. — Густав тяжело опустил ладонь мне на плечо, мгновенно превращаясь в мистера Серьезность.

— Что еще? — нетерпеливо вздохнула я.

Он мягко, по-доброму усмехнулся:

— Найди любовь с тем, с кем сама хочешь быть, а не с тем, кого тебе подсовывают Мами с Папи. Все эти их сговоры — собачья чушь и банальная жажда контроля, ты такого не заслуживаешь. Этот мир слишком огромен и прекрасен, чтобы ты всю жизнь сидела у них на коротком поводке.

— Но это единственный мир, который я знаю… — тихо выдохнула я, чувствуя себя до ужаса неловко. Это должен был быть день Густава, его личный триумф, а он стоял здесь, в парадном костюме, и пытался разгрести мои душевные терзания, о которых вообще не должен был знать. Но он знал. И ему было не все равно. — Я не могу просто взять и хлопнуть дверью… Я же ничего из себя не представляю.

— И это, по-твоему, то, как поступила бы принцесса Айла? — понизив голос, хитро подмигнул он.

Я уставилась на него, точно на ожившее привидение:

— Принцесса Айла?! Откуда ты знаешь про⁠—

— Про «Снимая маску с моего светлого рыцаря»? Ну еще бы… ты правда наивно полагала, что сможешь кого-то надуть этой фальшивой суперобложкой? — Он бегло оглядел друзей, увлеченно сражавшихся со своими бутоньерками. — Я уже на третьей книге. Оторваться не могу, затягивает намертво.

Я даже не знала, сгорать мне со стыда или восхищаться. Надо же, у нас с Густавом на самом деле нашлось хоть что-то общее.

— Послушай, я прекрасно понимаю твое положение. Я сам был там же, ровно в той точке, где ты стоишь сейчас. Но я нашел выход. И не позволяй никому внушать тебе, что это невозможно… даже самой себе.

Сама от себя не ожидая, я порывисто шагнула вперед и уткнулась носом в плечо Густава.

Я изо всех сил сжала его в объятиях, а он поцеловал меня в макушку, прижав к себе в ответ.

Завеса наших вечных детских перепалок и взаимного раздражения рассеялась без следа — пусть даже на краткий миг. Мне отчаянно не хотелось разжимать рук, потому что прямо сейчас передо мной стоял вовсе не тот невыносимый эмо-фрик, с которым я росла бок о бок.

Он был моим братом.

И любил меня так, как умеет любить только настоящий брат.

*** Вся свадьба разворачивалась перед фасадом шато в сказочной, нереальной красоте. Банкетную зону накрыли в залах внутри, а саму церемонию устроили прямо под открытым небом. И хотя с самого утра по небу бродили тучи, я все равно вознесла благодарность утренним ангелитос за прекрасный, почти солнечный день. Солнце клонилось к горизонту под идеальным углом, огибая землю и заливая все вокруг волшебным светом «золотого часа». Ровными рядами выстроились пять сотен стульев, готовых принять свидетелей союза Таллулы и Густава.

Мои родители, как обычно, пускали пыль в глаза. В предвкушении приезда Антонио они наняли целый симфонический оркестр играть на лужайке. Одних только скрипачей там было не меньше десятка, и звучали они поистине божественно.

Гости рассаживались по обе стороны прохода без всякого разбора, кто с чьей стороны. Таллула наотрез отказалась делить гостей по семьям. Она свято верила, что в браке они соединяются воедино, а значит, общая семья рождается еще до подвенечного поцелуя. Поверьте мне, я собственными ушами слышала, какой скандал закатила Мами, ведь у каждого прохода все еще стояли таблички: «Сторона невесты» и «Сторона жениха». Холли и Джасмин встали прямо перед этими указателями, встречая гостей с улыбками и громко объявляя, чтобы каждый садился куда душе угодно и знакомился со своей новой родней.

Я обожала неукротимый характер Таллулы и то, как твердо она стояла на своем, никогда не изменяя себе. Она вытащила эту смелость и из моего брата, сделав его совершенно бесстрашным — точь-в-точь как Ромео и Хай Джинкс вытолкнули меня из моего стерильного защитного кокона. Я безумно скучала по обоим. Весь день я ходила сама не своя, раздавленная вчерашним разговором с Хай Джинксом, и меня буквально мутило от переживаний. Неужели я совершила чудовищную ошибку? А с Ро… неужели я отпугнула его? Неужели он решил, что я все равно разобью ему сердце, оставшись той самой меркантильной пустышкой, какой он меня всегда считал? Сама мысль о том, что я ранила двоих мужчин, которые были мне по-настоящему дороги, сжирала меня заживо.

Вся свадебная процессия выстроилась в аккуратную шеренгу. Первыми вышли наши бабушки и дедушки — они выглядели так трогательно в своих преклонных летах. Затем под руку прошествовали Густав и Мами, причем брат смотрел на нее подчеркнуто сурово. Мы все встали по парам, в которых должны были идти к алтарю.

Ромео просто обязан был быть здесь. Все остальные уже разбились по парам. Неужели он избегает меня?

— Бегу-бегу! — раздался густой бас из дальнего конца зала. В животе у меня сладко екнуло от предвкушения.