Снимая маску с моего Тёмного рыцаря (ЛП), стр. 1

Вивиан Мэй, Кассандра Вега

«Снимая маску с моего Тёмного рыцаря»

Название: Unmasking My Dark Knight / Снимая маску с моего Тёмного рыцаря

Автор: Вивиан Мэй / Vivian Mae, Кассандра Вега / Cassandra Vega

Переводчики: nasya29

Редакторы: nasya29

Пролог

ОТРЫВОК ИЗ РОМАНА «СНИМАЯ МАСКУ С МОЕГО СВЕТЛОГО РЫЦАРЯ»

Принцесса Айла слышала лишь шелест листьев, пробираясь сквозь заросли королевских роз прочь от ненавистного празднества этой озарённой луной ночи. То был вечер, лишённый всякого благородства: торжество в Канун Дня Всех Святых, отвратительное принцессе из-за тайных замыслов её венценосных родителей.

— Я не служанка. И не бездушное украшение! — в ярости шептала она себе под нос, упрямо пробиваясь в самую северную глушь необозримого сада. Но сколь бы пылко ни кипел её гнев, мятежное сердце сжималось от тоски. С горьким смирением Айла понимала: отныне она больше не принадлежала себе — от плоти и до крови, — обратившись в наречённую невесту принца, чьи владения простирались далеко за горизонтом, в чужих краях. По непререкаемой воле матери — не знавшей отказа королевы — принцессу принуждали к браку, обращая её будущее в беспросветную пустоту, подобную этой ночной выси.

Вооружившись одной лишь книгой, принцесса Айла ступила в объятия тьмы в полном одиночестве, укрывая печали под сенью плакучей ивы и спящих бутонов, где наконец опустилась на траву. Ей не подобало предаваться столь безутешной скорби, ведь жизнь её ломилась от несметных богатств; сокровищ, которые — теперь она видела это ясно — никогда не сравнятся с упоением от прочитанных историй.

Ей так хотелось, чтобы они стали явью.

Такой же несомненной и подлинной, как мерцающие вдали огни кораблей.

— Позволите разделить ваше уединение? — раздался за её спиной низкий голос.

Вздрогнув, принцесса Айла испуганно ахнула и прижала ладонь к груди. Обернувшись, она узрела знакомые сияющие доспехи, ослепительно блестевшие в лунном свете, и сверкающую маску, скрывавшую глаза цвета зимнего льда. То был Роман Найт. Наконец-то он вернулся.

— Вы здесь, — прошептала она.

— Принцесса. Вам не след оставаться снаружи. Это слишком опасно, — предостерёг он и, опустив щит, приблизился к ней с безграничной нежностью.

— Опасно лишь вдали от вас… — молвила она, чувствуя, как ветер холодит щиколотки. От него не исходило угрозы — в отличие от незнакомого чужеземного принца. В конце концов, она столько раз тайком наблюдала за ним из окна покоев.

Он шагнул ближе; звон его лат отозвался в её сердце сладостным якорем. Этот воин был столь могуч. Так высок и статен. Ему не следовало находиться здесь, не следовало ступать к ней с подобным бесстрашием. Она уже ощущала исходившее от его тела пьянящее тепло.

— Что же вы творите со мной? — выдохнула она, заворожённая человеком в маске — таинственным спасителем, явившимся ей во плоти. Роман Найт протянул закованную в латы руку и мягко приподнял её за подбородок. Принцесса Айла не смела поднять взор: он был слишком пугающе, невыносимо красив, чтобы выдержать его взгляд.

— Ах, какая красота таится за этими загадочными глазами, — вкрадчивым шепотом промолвил он, проникая в самые сокровенные глубины её души, и она угадала в его голосе ту самую дерзкую усмешку, призванную похитить её покой.

Глава 1

Айви Джейд

Моя жизнь была величайшей из когда-либо рассказанных историй.

В то время как оба моих родителя выросли на банановых плантациях в Коста-Рике, я росла в настоящем замке, который они построили специально для нас с моим старшим братом Густавом. Едва перебравшись в Штаты в юности, они прошли путь от круглого нуля до абсолютного всего. Я никогда не расспрашивала, как именно они так сказочно разбогатели, потому что мне было всё равно. Да и кому какое дело, когда личный бармен подносит тебе полуденную маргариту прямо к краю бассейна, а каёмка бокала украшена чистейшим тростниковым сахаром прямиком с Багамских островов.

Только импорт, без вариантов.

Папи почти всё время пропадал на работе. Я не знала в точности, чем он занимался, но Мами говорила, что в собственной компании он был очень важным человеком и продавал лекарство, которое возвращало дурнушкам красоту. В её устах он звучал то ли святым, то ли волшебником, и я безоговорочно ей верила, потому что Мами оказывалась права практически во всём.

Например, когда запретила мне надевать весенний гардероб летом, потому что те оттенки не слишком гармонировали с сезоном. И ведь чистая правда: они были чересчур нежными и блёклыми для ярких летних каникул.

Но вы не подумайте лишнего. Родители всегда учили меня быть искренне благодарной за всё, что у меня есть. Вот почему каждое утро я истово молилась моим ангелитос, чтобы они подарили мне ещё один солнечный денёк, а по вечерам просила своих ангелитос обеспечить мне самый восстанавливающий сон красоты. Мои ночные ангелитос всегда были на моей стороне, а вот утренние… ну, скажем так, они справлялись со своей задачей от силы процентов на тридцать. Но стоило великолепному пенсильванскому солнцу подняться над горизонтом, как я уже не могла долго на них дуться.

Мами вела абсолютно всё хозяйство: поместье, прислугу, папу, расписание наших уроков, изучение языков, фортепиано, искусство… мы освоили буквально всё. Балансируя между занятиями пилатесом, баснословно дорогими ланчами с подругами и вылепливанием из меня идеальной миниатюрной копии самой себя, она каким-то чудом умудрялась раздавать ежедневные указания дворецким и горничным. По сути, это и было её полноценной работой. Зато благодаря ей наш дом был безупречен.

А ко всему прочему, мне безумно нравилось жить за городом, особенно в прекрасном округе Уитби. Лишь считанные поместья в мире заслужили статус самых эксклюзивных и богатых на планете, и наш замок красовался в этом списке. Родители выкупили эту громадину у прежних хозяев, когда те больше не смогли её содержать. Было очень мило со стороны Папи предложить им другой способ заработать на жизнь, чтобы они с Мами смогли построить то великолепие, которым мы наслаждались сейчас. Лучших управляющих поместьем и пожелать нельзя.

— Айви Джейд Кастельянос! Твой брат приехал! Спускайся немедленно! ¡Ven aquí! — прогремел голос Мами из динамика интеркома в парадном холле. На каждом этаже у нас стояло по устройству связи. А как ещё прикажете вести осмысленные беседы в королевстве на двадцать две спальни?

Тяжело вздохнув, я захлопнула книгу и спрятала её под подушку. Нелли, мой пушистый померанский шпиц, подпрыгнула и звонко тявкнула. Мами собак терпеть не могла, и Нелли, судя по всему, прекрасно это чувствовала, поэтому избегала Мами и её голоса всеми мыслимыми способами.

— Всё в порядке, Нелли, — проворковала я, подхватив её на руки и зацеловав крошечный шевелящийся носик.

В парадном холле было четыре лестничных пролёта. Настоящая каторга. Наш лифт сломался и, по уверениям личного электрика, должен был заработать только завтра — но к тому моменту я могла буквально умереть.

Нелли семенила следом за мной до самого низа, мило цокая коготками по паркету.

— Я здесь, Мами, — вяло протянула я, нехотя переступая порог.

Она замерла у парадного входа во всеоружии: изумрудное шёлковое платье, бриллианты в ушах. Едва заметно хлопнув ресницами, она без слов напомнила мне натянуть улыбку перед гостями.

— Qué onda, как жизнь, Айви? — шагнул ко мне брат, намереваясь обнять.

— Айви Джейд. Забыл? — Я закатила глаза.

Нелли согласно гавкнула. Умница девочка.

— Ах да… вечная драма со вторым именем, — хмыкнул он, стиснув меня в объятиях, прежде чем вернуться к стоявшей рядом невесте.