Пышка в Академии боевых драконов (СИ), стр. 60
С досадой сплюнув, Брук пошёл прочь, даже спиной демонстрируя негодование. Ну, понять его можно – на то, сдам я или не сдам переводные экзамены первого курса, в академии не заключил пари только ленивый. И, как мне по секрету шепнул Маврикий, наш препод по тактике боя поставил на меня немалую сумму. Вот и бесило его, что я опять налажала.
– Иди, девонька, отдыхай, а то на тебе лица уже нет. Я твоего зверя сам расседлаю, да напою, – добродушно предложил дядюшка Тим, когда я доползла до загонов.
Поблагодарив доброго старика, я ещё раз почесала ухо Малышу, чмокнула его в шершавый нос и поползла в сторону общежития. Надо было хоть немного поспать перед вечерней тренировкой с Себастьяном. Он по-прежнему каждый вечер гонял меня по стадиону, не жалея ядовитых эпитетов в мой адрес.
Вот как эти мужчины устроены? Сначала обнимает и говорит, что любит, а через полчаса три шкуры с меня сдирает за неправильно сделанные отжимания?
Повздыхав над несовершенством мужской природы, я толкнула дверь комнаты и замерла на пороге. Всю усталость словно корова языком слизала при виде умилительной картинки – Мусака и принц Себастьян де Вейр в обнимку спят на моей кровати. У обоих блаженство на мордо-лицах, а кот ещё и пузыри носом пускает. Такие ми-илые!
Улыбаясь во весь рот, я на цыпочках дошла до шкафа, вытащила халат с полотенцем. Выскользнула из комнаты и пошла к общей купальне – принимать душ в своей ванной, когда рядом Себастьян, не решилась. Проснется и, чего доброго, захочет присоединиться...
Нет, так-то мы с ним вели исключительно примерный образ жизни. Максимум, что себе позволяли, это в укромных местах целоваться, а в людных держаться за ручки.
И если на поцелуях настаивал в первую очередь Себастьян, то публичные переплетения пальцев были исключительно моей инициативой. А пусть все охотницы за принцами знают, что он мой, мой и только мой!
Стоя под тёплыми струями, я размышляла о том, как докатилась до жизни такой – в свой мир так и не вернулась, зато вернулась в Академию Боевых Драконов?
Не сразу, конечно. После встречи с Себастьяном и поцелуя под баобабом подумала недельку, посоветовалась с Марьей и её мужем, и только после этого отправилась в Ландору. Восстановилась на свем боевом факультете и продолжила учебу. Ну как продолжила…
Себастьян не преувеличивал, когда говорил, что первый семестр у боевиков будет лёгкой разминкой по сравнению со вторым. Он даже преуменьшил этот ужас, на мой взгляд. И если большинство моих одногруппников как-то справлялось с навалившимися нагрузками, то я… Я просто выживала, надеясь только, что врождённая везучесть и немного чуда помогут мне переползти на второй курс.
Но не это самое страшное в содеянном мной. Хуже было то, что я сказала Себастьяну, что подумаю насчёт «выйти замуж за принца». И этот момент не давал мне покоя – потому что выходить за него я не собиралась.
Хотя часть законов, принятых во время правления Эуфема, отменили, но закон о престолонаследии нет. Он был очень древним, принятым ещё первыми королями, посему изменению или отмене не подлежал.
И это значило, что никаких послаблений для Себастьяна не будет: если он женится на иномирянке, то трон тю-тю, уплывёт в другие руки.
Вот поэтому я Себастьяна успокоила обещанием подумать над его предложением, но принимать его не собиралась ни под каким соусом! Не могла я лишить его права занять трон. И чувствовала себя собакой на сене - как говорится, "и сама не "ам", и другим не дам". Надо было сразу сказать ему, чтобы ни на что не рассчитывал и начал искать другую жену. Но мне малодушно не хватало на это сил...
Отключив воду, я вышла из душевого отсека. Вытерла голову, начала промокать тело и зашипела от боли – с утра кожа под лопаткой зудела, доводя меня до бешенства. Главное, сколько бы я ни рассматривала это место перед зеркалом, но ничего, кроме легкого раздражения не находила. А зудело, будто кто-то изнутри острыми когтями царапал, пробивая себе дорогу наружу.
Может, конечно, это было следствием вчерашнего столкновения с ядовитым маргусом в оранжерее. На практическом занятии по ядовитым растениям я чем-то разозлила куст, растущий у входа, и он стрельнул в меня млечной струёй. Сок у маргусов не ядовитый, хотя у некоторых жертв случаются на него аллергические реакции. Вероятно, я попала в число этих «счастливцев»...
Продолжая растирать тело, я прикинула, идти в лазарет со своей проблемой или нет. Решила, что не пойду, потому что…
Во-первых, сил не было, а аллергия всё равно долго не продержится.
Во-вторых, главным целителем академии недавно стала… трам-пам-пам... Дара де Вейр, мама Себастьяна. Оказалось, леди является отличной лекаркой. И теперь, когда она вышла из «подполья», её брат Грант де Аррива предложил Даре заменить уходящего на пенсию целителя Боткиля.
А я не то чтобы была в ссоре с мамой Себастьяна, вовсе нет. Они с братом де Арривой тоже прилетали ко мне, когда я ещё жила у Марьи. Извинились, объяснили мотивы своих поступков, в точности повторив рассказ декана Алоиди, и попросили не держать на них зла.
Я и не держала. Даже пару раз вместе с Себастьяном обедала в обществе его матери и короля-регента. Но всё равно лишний раз старалась с Дарой не пересекаться. Не доверяла ей, сама не знаю почему. Тем более не хотела бы показывать, что чешусь и шелушусь от простого сока растений.
Можно назвать мое поведение недружелюбным. Осудить меня за него. Сказать – раз простила, значит, надо забыть всё плохое, тем более что Дара – мать моего любимого мужчины...
Но что делать, если прощение есть, а доверия нет? Доверие и симпатию могут родить только дальнейшие поступки Дары и время. Возможно, однажды мы даже станем с ней подругами, почему нет?
Вот, например, с «сестричками» Кейтлин Флейм и Диарой Верфёльд мне точно никогда не подружиться. Диара, когда я вернулась в академию, только что не стреляла ядом в мою сторону. Как ни странно, покидать академю она не собиралась, наплевав на косые взгляды и шушуканья за спиной. Хорошо хоть, как только Орисия осудили, она перевелась с боевого обратно на невестинский факультет, и я видела её нечасто.
Что касается Кейтлин, её тётки Клео и «красной королевы», то когда закончились суды над преступниками, Аркана осталась в столице и открыла артефакторную мастерскую. Кейтлин и Клео вернулись в свой монастырь. Чем они там занимаются, я не знала и знать не хотела. Как говорится, каждому груздю свой кузовок. Главное, чтобы эти «грибочки» снова не полезли ко мне, отравляя своими ядовитыми спорами мою жизнь.
К счастью, эти три леди забыли о моём существовании, едва я вышла за дверь в тот злополучный день. Я на них давно не злюсь и даже благодарна – если бы не они, я бы не попала в этот мир и академию. Не подружилась бы с Малышом, ребятами из своей группы и королевой Марьей Дарвийской. Не встретила бы Себастьяна...
Под лопаткой снова зачесалось, и я пообещала себе, что посплю немного и схожу к своей подруге Аэлите. Она зельевар и сто процентов поможет какой-нибудь волшебной мазью против зуда. Но сначала выгоню из комнаты Себастьяна и отругаю Мусаку – уверена, это кот впустил гостя без моего разрешения. Не вскрывал же Себастьян мою комнату, как домушник, правда?
Но увы, осуществиться этому прекрасному плану было не суждено…
У двери моей комнаты стояли двое мужчин. Незнакомых и хорошо вооружённых. Два дракона – ауры я научилась видеть.
И Себастьян, и декан Алоиди оказались правы – магия у меня была, просто работала она не так, как у большинства местного населения.
Когда я это поняла и немного научилась пользоваться даром, жизнь в этом мире и академии стала совсем другой. Более… качественной, что ли. По крайней мере, теперь я могла и светильник зажечь, и не бояться, что меня выпнут из академии, как «пустышку»...
Так вот, сейчас возле моей двери на «женском» этаже общежития стояли два незнакомых мужчины-дракона. А по коридору мне навстречу бежал Мусака. Глаза у кота были размером по рублю, на морде странное выражение – смесь паники и восторга.