Никто не узнает (СИ), стр. 57

Она его мать… Что бы я ни сделала против Татьяны, это в любом случае отразится на Марке и вновь переменит его ко мне отношение, а я этого не хочу. Не хочу, чтобы из-за меня ему было плохо.

Сворачиваюсь и быстро прощаюсь с Акулой и Стасом, который все это время безвылазно проторчал за своим ноутбуком, отстукивая по клавишам быструю дробь.

Сергей встречает меня по ту сторону двери недовольным взглядом, но от комментариев удерживается. Киваю ему, призывая следовать за мной.

Мы возвращаемся в мою квартиру, где я первым делом набираю папу, но он по-прежнему отказывается отзывать от меня охранника. С трудом сдерживаю злость, когда Сергей как ни в чем не бывало интересуется результатами переговоров с моим отцом. Этот сукин сын специально злит меня своим присутствием и даже не пытается сделать вид, что это не так. Со вздернутым подбородком прохожу мимо него в комнату, где немедленно хватаюсь за телефон, открываю список контактов и сверлю глазами номер Стаса, увещевая себя не торопиться, потому что он вряд ли успел переговорить с этим своим смышленым другом. И все-таки ему стоило бы связаться с тем парнем как можно быстрее… Ведь этой ночью мне снова придется ждать проклятого звонка анонима, и в следующую, и в ночь после нее…

Что будет, когда об этом узнает Сергей?

Слышу звонок в дверь, вскакиваю, но не успеваю выскочить в прихожую быстрее Сергея — охранник отпирает дверь и впускает Марка, который, бегло пожав тому руку, смотрит в мою сторону.

— Марк! — обрадованная его появлением, бегу к нему, наплевав на присутствие Сергея, который смеряет меня выразительным взглядом, но все-таки уходит на кухню. Хватаюсь за руку братца, мешая ему разуться, только открываю рот с намерением узнать, как прошел его разговор с отцом, как он сжимает меня в объятиях и целует, вряд ли беспокоясь о близком свидетеле, да и мне тоже уже плевать, кто и о чем подумает. Главное, он сдержал слово и вернулся, пусть даже позже, чем обещал.

— Подожди, малыш, — одной рукой скидывает обувь, после чего ведет меня в направлении спальни, где я, прикрыв дверь, набрасываюсь на него с вопросами:

— Марк, ну что, какие новости? Почему ты не звонил?

— Хотел поговорить с тобой лично, — он вновь тянется к моим губам и целует, на какое-то время лишив меня возможности говорить.

— Марк, там этот тип, — шепчу в перерыве между короткими поцелуями, — не надо, слышишь? Мало ли что он расскажет отцу…

— Да мне уже все равно, — шепчет он в ответ, губами ведя вниз по моему подбородку к шее, сминая ладонью грудь. — Я тебя день не видел, а кажется, что целую вечность.

— Ты серьезно? — запускаю пальцы в его волосы на затылке.

— Сомневаешься?

— Не… знаю. Марк, давай поговорим, — выворачиваюсь из его настойчивых объятий и под прожигающим взглядом его глаз неосознанно облизываю губы. — Расскажи мне про ваш разговор с отцом. Что ты ему говорил, когда…

— Говорил больше он, — перебивает Марк, нехорошо усмехнувшись.

— И… что он говорил?

— Все то, о чем ты и сама прекрасно знаешь. Что я тебе не пара и для нашего же общего блага должен оставить тебя в покое. Он не желает, чтобы ты путалась со мной, что у тебя есть парень, и вы безумно счастливы… продолжать?

— Фил ему все рассказал?

— Про видео? Он рассказывал мне, но слышали все, так что, скорее всего, до твоего отца что-то все же дошло. Хотя он до сих пор верит, что вы с Филом помиритесь, достаточно убрать с дороги меня. У него даже есть план, — Марк смеется сквозь зубы.

— Какой еще план? — не понимаю я.

— Очень простой. Твой отец сделал мне предложение, от которого невозможно отказаться. Либо я продолжаю работать в его компании на отличной должности с отличным окладом, а он называет меня своим сыном и толкает вверх по карьерной лестнице, в обмен на что я напрочь забываю о твоем существовании, либо… — Марк делает паузу. — Либо я выбираю тебя и сразу лишаюсь всего, что он мне дал.

— Это его условия? — не могу поверить в то, что сейчас слышу. — Благополучие или я? Он ставит тебя перед таким дурацким выбором?

— Забавно, правда? — зло усмехается Марк.

— И… что ты выбрал? — я отлично знаю, что услышу, и тем не менее ожидание его ответа опоясывает меня стальными обручами, сжимается вокруг, давит.

— А ты как думаешь?

— Все верно, — киваю торопливо, отворачиваясь от него. — Ты все правильно сделал. Конечно, тут нет и быть не может никаких альтернатив, только…

— Ты, — перебивает он, делая ко мне шаг и притискивая меня к своей груди. — Я выбрал тебя, малыш. Допуская, что ты разделишь мнение своего папаши и пошлешь меня ко всем чертям, а я попросту останусь ни с чем, я все равно выбрал тебя.

— Да ты… ты спятил, — одними губами бормочу я, подозревая, что он сознательно морочит мне голову. Да ладно, это не может быть правдой, любой бы на его месте сделал другой выбор, даже я сама предпочла бы благополучие нестабильному второму варианту.

— Вот именно. Спятил. Еще совсем недавно я сделал бы иной выбор. Деньги, выгодный статус и расположение твоего отца, благодаря которому можно свернуть горы. Но не сейчас. Сейчас мне нужно только одно. Одна, — говорит вкрадчиво, склоняясь ко мне и трогая губами кожу возле моего уха, путая меня еще больше, совершенно сбивая с толку. Я теряюсь, бормочу бессвязно:

— Но ты… ты ведь знаешь, что мы не можем быть вместе…

— Можем. Если только ты согласишься отказаться от всего и тоже выберешь меня.

— Марк, это слишком серьезно…

— Я знаю, — глухо подтверждает он, ведя ладонями вдоль моих плеч. — И если ты сделаешь другой выбор, я все пойму. И уеду обратно. Так что мы никогда больше не увидимся.

— Увидимся, — возражаю ему тихо, цепляясь пальцами за его ладони на моем теле. — Мы все равно увидимся. Мой отец женат на твоей матери. Мы будем видеться…

— Нет, — качает он головой.

— Марк, подожди… не торопись. Я пока не готова, — ни ответить ему, ни отпустить его. Я не готова выбирать. Не сейчас. Резко оборачиваюсь и касаюсь губами его губ, вплетая пальцы в его короткие волосы. Он валит меня спиной на постель и нависает сверху, не прекращая терзать поцелуями мои губы. Рядом с ним я забываю обо всем на свете. Это слишком. Этого нельзя вытерпеть. Понимая, что еще немного, и давить заднюю будет уже поздно, с глухим стоном отталкиваю его и отползаю на край постели, кивая в сторону прикрытой двери.

— Малыш…

— Там Сергей, — напоминаю с досадой, жалея, что охранник не может раствориться в воздухе без позволения моего отца.

— Я его выставлю, — Марк в самом деле поднимается, но я проворно хватаю его за руку:

— Нет. Не надо. Он все расскажет папе.

— Да пусть рассказывает! Или… — тут он чертыхается и опускается на постель, больше не глядя на меня. — Да… Я понял. Тебе не все равно.

— Прости меня, — чувствуя себя полной дурой, подползаю к нему, прижимаюсь к его боку и целую в уголок губ. — Я не знаю, что делать. Все слишком быстро, я… я не готова, правда. И мне страшно.

— Разберись в себе, — говорит он, не двигаясь. — Подумай о том, чего ты хочешь. Если той жизни, которую прочит тебе отец — мы с тобой распрощаемся, Нель. Сразу же, как только решим проблему с шантажистом.

— Марк, — зову его, пропустив упоминание шантажиста, который в данный момент совсем меня не интересует. — Скажи, почему… почему ты выбрал меня? Это ведь нелогично. Мой отец способен дать тебе очень много, если ты послушаешься его.

— Даже больше, чем ты думаешь, — тихо смеется Марк.

— Что ты имеешь в виду?

— Твой отец обещал назвать меня своим сыном и подыскать мне невесту, — Марк смеется громче, а я чувствую, как темнеет в глазах и сердце падает куда-то вниз, стоит лишь дать волю фантазии… — Само собой, это будет смазливая дочка какого-нибудь из его богатеньких дружков. Твой отец дает мне билет в счастливое безбедное будущее, взамен я должен оставить тебя в покое, только и всего.

— Он что… он совсем… — не договариваю, хватаюсь пальцами за гудящие виски.