Никто не узнает (СИ), стр. 39

— Объясни мне.

— Объяснить что? — теперь он злится. — Что ты грязная потаскуха, которая по неведомым причинам не сложит себе цены, считая, что рождена для повсеместного обожания?

— Так значит, дело во мне?

— А в ком же еще?

— Я тебя как-то задела?

Он смеется еще громче — треск и шипение становятся невыносимыми, мне даже приходится слегка отвести трубку от уха, чтобы выдержать их.

— Ты не могла задеть меня, дрянь, потому что мне наплевать на тебя и таких, как ты. Тебе кажется, что весь мир вращается вокруг тебя одной? По-твоему, ты можешь продолжать спать со своим сводным братом и одновременно морочить голову своему парню?

— Так дело в Феликсе? — я безуспешно пытаюсь понять извилистый ход мыслей этого неведомого урода, но никак не могу обобщить смысл его слов. По-моему, он сам не знает, что ему нужно.

— Я тебе уже говорил, меня не интересует твой парень. Если этому кретину нравится делить свою девчонку с другим, это его дело. Сейчас речь идет о тебе.

— Хорошо… — терпеливо веду я, прикрывая глаза. — Фотография, которую ты бросил в мой ящик, не должна нигде всплыть. Что ты за это хочешь?

— Ты не поняла, — он снова смеется, разговор со мной будто поднимает ему настроение, чего никак нельзя сказать обо мне. С каждой новой фразой я чувствую себя все более опустошенной, этот тип пьет мою энергию, словно вампир, подменяя ее будоражащим кровь страхом. — Напротив, девчонка, я хочу, чтобы эту фотографию увидело как можно больше людей. И, к слову, не только ее. У меня есть еще кое-что, о чем ты пока не знаешь.

— Что это? — спрашиваю, чувствуя, как холодеют мои руки.

— Сюрприз, дрянь. О, ты можешь узнать о том, что это такое, только когда я дам ход своим материалам. Попросту говоря, выложу их на всеобщее обозрение и сброшу тебе ссылку, чтобы ты не тратила времени на поиск.

— Зачем… — мой голос подводит, ублюдок добился своего, меня охватывает ужасом, я не могу с этим справиться. — Зачем ты все это делаешь?

— Затем, чтобы тебе было страшно. Я хочу, чтобы ты пугливо вскакивала по ночам и не спала до утра не из-за того, что тебя кто-то пялит, а из-за страха. Ты должна бояться наступления утра, потому что заранее не узнаешь, какой из следующих дней станет для тебя началом конца.

— Да что тебе нужно⁈ — я не выдерживаю, напряжение внутри меня зашкаливает, страх бьет по тормозам, накрывая с головой. — Скажи, что я должна сделать, чтобы все это прекратилось?

— Брать трубку, когда я тебе звоню. И, следовательно, ночевать дома, — вкрадчиво отвечает неизвестный.

— И все?

— Ты хочешь предложить мне больше?.. — смешок, я никак не комментирую его слова. — Если условия изменятся, я дам тебе знать. А сейчас спокойной ночи, моя дрянь. Думаю, на сегодня с тебя достаточно переживаний.

Он сбрасывает звонок, не дожидаясь моего ответа, а я еще долго стою в прежнем положении, оцепеневшая, держа трубку холодными пальцами и слушая короткие отрывистые гудки.

Я понимаю, что у меня нет выбора, мне нельзя забрасывать работу, если я не хочу еще больше насторожить Фила, но утром, через силу вливая в себя обжигающий кофе и мысленно настраиваясь на длинный рабочий день, я слишком отчетливо понимаю, что не протяну в таком темпе слишком долго. Чертов ночной хулиган или шантажист или кто он там добился своего — я не выспалась, вскочила по звонку будильника с колотящимся от страха сердцем и паническими мыслями немедленно проверить соцсети и мессенджеры. Даже теперь, зная, что он не выложил никуда свой гребаный компромат, я все еще не могу отпустить тревогу и прийти в себя. Я не собрана, не сосредоточена, мои мысли в полном раздрае, а постоянный страх сжимает грудь непреодолимыми тисками. Из меня никакой работник. Даже если я продолжу ездить на работу, разыгрывать безмятежность несколько часов подряд у меня не выйдет, и Феликс, в конце концов, поймет, что со мной что-то не то.

Поэтому я посещаю офис только за тем, чтобы взять пару недель отпуска за свой счет, сославшись на пространные семейные обстоятельства и, в принципе, не покривив при этом душой. Возможно, мне не стоило торопиться, но чем больше я размышляю, тем сильнее уверяюсь в правильности своего решения. Черт, мне необходимо разобраться с ночными звонками, Марком и всем этим стихийным безумием, ворвавшимся в мою жизнь, иначе я либо сойду с ума, либо где-то оступлюсь и не сумею сохранить вообще ничего.

Хватит трусливо прятаться от проблем, пока они не погребли меня под множащимся завалом, пора взять все в свои руки и… во всем разобраться.

Да, именно так.

Правда, я пока слабо представляла, каким образом собираюсь навести порядок в своей нестабильной жизни.

Покидаю кабинет начальства и возле лестницы вижу Веру, мирно разговаривающую с Русланом. Они стоят близко друг к другу, он что-то показывает ей на экране своего телефона, я слышу обрывок Вериной фразы: «Слушай, а у меня полностью не открывается почему-то». Очень хочется пройти мимо, не задерживаясь возле них, но элементарная вежливость в совокупности с легким любопытством вынуждают меня замедлить шаг.

Руслан убирает телефон и, таращась на меня, бормочет себе под нос что-то невнятное, кажется, желает мне доброго утра, я отвечаю ему тем же.

— Ты сегодня как никогда быстро, — с легким ехидством замечает коллега, обратив внимание на сумку в моих ладонях.

— Ухожу, — киваю ей.

— Надолго?

— На пару недель, — Вера хмурится, наверняка живо представив себе, какой дополнительный груз свалится на ее плечи за время моего отсутствия, Руслан же выглядит загруженным, хотя ему-то вообще не должно быть никакого дела.

— Занятно… — тянет коллега. — У тебя там хотя бы нет ничего срочного?

Пожимаю плечами.

— Уверена, ты со всем справишься.

— Знаешь, как это называется?

— Знаю. Взаимозаменяемость и взаимовыручка, — глаза Веры сверкают самыми настоящими молниями, и я, подавив смешок, спешу ее успокоить. — Все хвосты я подтянула, так что срочного ничего.

— Ладно… — она вздыхает. — Но ты ведь будешь на телефоне, если что?

— Конечно. В любое время. Звони, Верунь.

Я забываю о ней сразу же, едва выхожу через парадные двери офиса и иду к парковке. Теперь, когда необходимость посещать работу отпала, и одной заботой вроде бы стало меньше, мои мысли вновь завертелись вокруг основной темы — ночные звонки, компромат, шантажист.

Кто он, мой ночной собеседник? Как мне его вычислить, а главное, как с ним справиться? Как заставить отказаться от своих непонятных планов и вынудить плясать под мою дудку? Знакомы ли мы лично, и если да, то что такого я могла ему сделать, за что теперь он меня так сильно ненавидит? Что толкает его на эти несуразные ночные звонки и угрозы, если он не выдвигает ко мне никаких требований и даже отказывается от денег?

Месть. Почти наверняка это месть, но, черт возьми, за что? За что?

Пытаюсь мыслить трезво, не растрачивая попусту нервные клетки, задвигаю подальше ворох самых противоречивых чувств, среди которых преобладает тот самый презрительный страх, такой желанный для анонима, и скрепя сердце заставляю себя набрать номер Марка, но сводный братец оказывается недоступен.

Набираю еще раз с тем же результатом.

Черт… Постукиваю корпусом айфона по мягкой рулевой оплетке, размышляя, как поступить. Первым делом мне необходимо поговорить с Марком и точно уяснить для себя, что ночной шантажист не имеет к нему никакого отношения. Или напротив, имеет.

Да, Марк вряд ли скажет правду или хотя бы частично в чем-то признается, но мне почему-то казалось, что я непременно все пойму, стоит заглянуть в его глаза.

И, наверное, я просто хотела его увидеть…

Переложить на него пусть небольшую часть своих проблем, тем более, что это именно он спровоцировал их появление, так почему я должна отдуваться за двоих, сходить с ума от неизвестности и страха, каждую ночь вздрагивать в ожидании резкого телефонного звонка и того, что за ним последует?