Хорошая, плохая, грешная 3 (СИ), стр. 15

Но лично мне понравилось именно то, что откровенного сброда в таверне сегодня не было, и лично я отказала всего семерым, кто не прошел въедливый «таможенный» осмотр моими помощниками. Кому-то отказала по здоровью Юли, кого-то забраковал Лукас, о ком-то Рвых знал порочащие факты — я слушала всех и принимала ответственное итоговое решение единогласно.

Но даже так я утвердила прежде всего три дюжины охранников во главе с Дунканом, уже точно зная, что надо будет начать разработку второй шахты, чтобы люди не сидели без работы, ну и, чтобы было кому эти шахты копать — две дюжины шахтёров, куда вошли Кронк с братьями и ребята из запасного списка. Я сразу обозначила срок в три дня, чтобы народ пока готовился морально и собирал рюкзаки, потому что завтра я планировала посвятить весь день первой шахте и осмотру местности, чтобы определиться со второй. Думаю, это будет тот высокогорный ручей, откуда мы с Лукасом начинали изучать округу. Будут намывать мне золото, потихоньку расширяя русло, чтобы можно было к нему спокойно подойти.

При этом даже поздним вечером в трактире было приятно светло — это Птых в ранних сумерках развесил мои светильники под потоком в специальных сетках, сплетенных по принципу макраме, так что веревки совершенно не мешали кварцу светить, и мужики периодически задирали головы, чтобы с изумлением изучить новинку и обсудить между собой.

Кто-то просто изумлялся вещице, кто-то не ленился и подходил к Птыху, чтобы поинтересоваться, откуда взялись такие непривычные штуки и сколько стоят, на что трактирщик многозначительно кивал на меня, и мужики становились ещё задумчивее и заинтересованнее.

Мы же, закончив с последним собеседованием, договорились с Рвыхом о том, что завтра все дружно идем в горы и я обучаю мужиков отличать «взрывку» от «лечилки», после чего отправились с Лукасом и Юли домой, но не успели войти, как Барб озадачила меня заявлением:

— Гость там у тебя. Наглый, як мой последний кошак, упокой Мать-Бездна его душу.

— Там — это где? — нахмурилась я. — И кто именно?

— В кабинете. Гоблин. Ушлая тварь, аж придушить хочется, ска! Минут пятнадцать назад явился, ять, и как змий просочился. Не выгнать! Заперла его там, ибо нехер!

Я озадаченно вскинула брови, но на предложение Лукаса разобраться с подозрительным типом отмахнулась и прошла в кабинет одна. Отперла дверь, благо ключ был вставлен в замок, вошла и внимательно изучила сидящего за моим столом обманчиво интеллигентного коротышку в добротном дорожном костюме болотного цвета в крупную клетку, уделив больше всего внимания зажатой в руке трости с резным набалдашником в форме оскаленной морды медведя, зализанному набок чубчику из пяти волосинок, нелепым тонким усикам и пенсне на крупном носу.

Уши, брови, нос, подбородок… Незнакомым было всё, но не наглые хитрые глаза.

— И как звать-величать тебя, гость пронырливый? — поинтересовалась я насмешливо, подходя ближе и упираясь ладонями в столешницу, чтобы получше присмотреться и принюхаться. — Фу. Это что за ядреный одеколон⁈ В черемухе валялся?

— Шипр номер пять, милочка! — фыркнул гоблин, высокомерно выгибая бровь и говоря с любопытным гнусавым акцентом. — Вы ничего не смыслите в парфюме, скажу я вам!

— Ага, — усмехнулась и сделала шаг назад, спасая прежде всего своё обоняние. — А так же в гриме, убийствах и шпионаже. Звать как?

— Что меня выдало, нах? — насупился Шнурх.

— Глаза, — улыбнулась я. — У тебя очень наглые глаза. В остальном грим безупречен. Так как зовут-то?

— Господин Фрунфель фон Штульц! — снова гундосо выдал гоблин, горделиво приподнимая подбородок.

— Вау, — я пару раз хлопнула в ладони. — Круто. Это где такие водятся?

— Южные королевства Старого Света, — усмехнулся гоблин. — Где сама-то была?

— В «Корчмушке», — не стала скрывать и в двух словах обозначила текущий расклад. — Завтра идем в горы. Хочешь с нами?

— О, нет! — замахал руками гоблин. — Мне эти горы…

Он выразительно провел по шее.

— Я лучше тут как-нибудь. Обозначь фронт работ, да пойду осваиваться. Барб предупреди, чтобы не буянила. Честно думал — пришибет, ска!

— О, да, — улыбнулась я. — Барб такая, она может. Ладно, идём. Познакомлю с теми, кто живёт в доме. Гонор пока приглуши, тебе надо им понравиться. Девочки хорошие, возьмешь над ними шефство.

Ну а потом мы вышли из кабинета и дошли прежде всего до кухни, где я представила теперь уже господина Фрунфеля фон Штульца своим старым знакомым по прошлой жизни и во всеуслышание объявила:

— Господин фон Штульц — опытный финансист и немного артефактор. Будет помогать мне прежде всего в артефактной лавке. Жить будет в гостевых покоях первого этажа. Барб, положи на место скалку. Господин фон Штульц хороший. Просто умеет добиваться своего. Завтра мы с Лукасом и Юли уходим в горы, надо проведать наших старателей и глянуть, какое место начнёт разрабатывать вторая группа… Барб, положи тесак, умоляю. Кстати, мы ещё не ужинали. Есть что покушать? И на завтра собери побольше нам вкусняшек, хорошо? Мне безумно нравится, как ты делаешь буженину. Барб, положи сковородку, господин фон Штульц с тобой не заигрывает, он просто компанейский.

В общем… Что сказать? Знакомство прошло успешно. Никто никого не убил и даже Барб подобрела, когда мы сели за стол и Фрунфель с отменным аппетитом умял всё, что ему положили, и под конец попросил добавки. Для Барб это был лучший маркер того, что гость достоин прожить ещё чуть-чуть.

После ужина я показала гоблину обе мастерских и склады, разрешив пока поработать внизу, но уже, естественно, завтра, тем более в связи с обретением новой команды старателей мне требовался ещё один комплект всего, что мы уже сделали с Юли. Внимательно изучив немалый список, гоблин пожевал губами, покачал головой, похмыкал…

— Недешево.

— Фрунф, — я посмотрела на него прямо, — сколько стоит жизнь?

— Ну что ты начинаешь… — цокнул он. — Понял я тебя, понял. Сделаю. Но мне нужен будет мальчишка, который промчится по рынку и купит всякого, чтобы самому не ходить. Не девок же за металлом посылать? Им ещё рожать. Вы с этой остроухой, как я погляжу, уже подчистили запасы, а самому мне пока не резон светиться. Вдруг кто ещё остроглазый найдется?

— Мальчишка? — я задумалась, уже и сама не в первый раз для себя отмечая, что для всякого разного: покупок и просто мелких поручений, мне действительно нужен мальчишка, который всегда будет на подхвате. — Ты прав, нужен. Я подумаю.

Ну а так как время было уже довольно позднее — к десяти, то прошла на кухню к Барбарелле и озадачила этим вопросом её, сразу обозначив главные условия:

— Нужен относительно молодой и шустрый, сообразительный. Сильный. Чтобы и торговаться умел, и язык за зубами держал. В основном будет бегать по поручениям на рынок и до Зусиль. Может ещё куда, сразу так не скажу.

— С проживанием? — деловито уточнила орчанка.

— М-м… нет, — я качнула головой. — Негде.

— В кладовке под лестницей можно матрас кинуть, она почти пустая, — предложила Барб.

И я уже хотела отказаться-возмутиться, но потом присмотрелась к своей кухарке внимательнее и сначала уточнила:

— Уже знаешь, кого хочешь взять?

— Знаю, — не стала отпираться Барбарелла. — Племяш мой внучатый, Мунк. Седьмая вода на киселе по мужниной родне, но хороший мальчишка. Батю в том году в шахте завалило, а мамка — бестолковка. Телом подторговывает и не скрывает. Но её тоже понять можно, ни к чему больше не приучена, а жить на что-то надо. Пацану уже двенадцать, рослый и шустрый, но по возрасту даже в подмастерья не берут. Опасаются. Так, на побегушках, где получается, но у нас в квартале, сама знаешь, с работой не очень. На корку хлеба — и то не всегда хватает. Соседи-то подкармливают, как без этого? Но всё равно не дело. Что скажешь?

— Бери, — кивнула, стараясь не думать, как на самом деле сложно выживать в гоблинском квартале тем, у кого нет нормального отца. — Одеть-обуть, накормить. Для начала буду платить один песо в день, дальше будет видно.