"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 376
— Это была не простая крыса! — возмутилась Шарлотта и тут же прижала палец к губам матушки, призывая замолчать, и прислушалась.
— Ли-ли-и-и, — снова протянула женщина, но смолкла и прислушалась. А внизу зашлись звонким лаем терьеры-крысоловы, которых держали все приличные дома и трактиры.
— Мне некогда! — тут же закричала девушка и скользнула мимо матушки в коридор.
— Куда в исподнем⁈ Оденься! Это неприлично! Помни про репутацию!
— У меня шпага! — отозвалась Шарлотта и помчалась по дощатым ступеням вниз. И в руках была вытянута сверкающая палочка.
— Куда в исподнем и со шпагой⁈ Ли-Ли! Вернись!
Но девушка не слушала. Она быстрыми шагами пробежала по деревянным ступеням, жалобно проскрипевшим под босыми ногами.
А палочка послушно подсветила все попавшиеся на пути волшебные амулеты.
Этаж. Другой.
Но вскоре чистые босые ноги ступили на прохладу тщательно обтёсанной, подогнанной друг к другу и выметенной брусчатки трактирного зала постоялого двора.
Шарлотта сделала ещё несколько шагов, прежде чем влипнуть в гнетущую тишину и невод удивлённых взглядов и остановиться.
Она замерла и оглядела людей.
Народу было много — человек десять, но все молчали, оборвав свои беседы, трапезы и возлияния, и обернулись в сторону девушки в ночной рубахе и шпагой в руке, возникшей в залитом белым халумарским светом зале как приведенье.
Лишь два коренастых терьера рвали душу у двери в кладовку, не обращая внимания на волшебницу.
Шарлотта поджала губы и оглядела зал. Ни крысы, ни халумарского зеркала не увидела.
Сбежала.
Но терьеры рвали душу не просто так.
— Магистрат! — громко прокричала девушка, вскинув палочку как знак доказательства.
Отступать Шарлотта не хотела и потому собрала все силы, переборола стыд, который пришёл только сейчас, и, гордо задрав голову, прошла мимо людей к двери в кладовку.
Там напоказ, чтобы все видели, что она волшебница и что не просто так шляется в исподнем, провела рукой, заставив дверь резко распахнуться и удариться ручкой о стену просторной кладовки. Пожалуй, даже слишком усердно, потому что от невидимого удара лопнула задвижка, со стуком упав на пол.
От такого даже псы отскочили под столы, под ноги людям, и теперь оттуда наблюдали за магессой.
Девушка поджала губы, но заставила себя не оборачиваться, хотя представляла, как спину сверлит дюжина взоров. А трактирщица так и вовсе проклинает за сломанную вещь.
И если в трапезном зале было светло, словно за окошком стоит день, и Небесная Пара не хмурится, то в амбаре висел густой полумрак. По углам стояло много мешков и корзин, а под потолком развешаны на верёвках окорока, овощи и вязанки колбас. Пахло сыром, луком и мясом.
У одной из стен располагался сухой колодец-ледник с круглой деревянной крышкой.
А ещё амбар оказался сквозным — на дальней стороне имелась дубовая дверь с толстым, похожим на обрубок бревна засовом и громоздкими петлями.
Шарлотта оглядела помещение и вытянула волшебную палочку:
— Десекре́то со́ньё!
Кончик снова вспыхнул искрой. Воздух наполнился звуками — отражениями колдовства.
Застрекотали сверчками мелкие амулеты. Громко застонали хели́до ферро — насыщенные морозными чарами бруски железа, которые кладутся в колодец-ледник, чтоб запасы не портились. Текущий от них холод скапливается внизу колодца, как вода в чаше. А ещё они гудели слишком сильно, заглушая остальные чары.
Девушка двигалась вперёд мелкими шажками босых ног. Палочка трепетала огоньком на тонком кончике. Сзади слышались взволнованные голоса. Часто-часто билось сердце в груди. Было немного страшно, но врождённое упрямство толкало вперёд.
Когда позади лопнул и осыпался на пол звонкими черепками горшок, Шарлотта вздрогнула и обернулась.
Опять никого.
Она сделала шаг вперёд, к бурым глиняным осколкам.
А за спиной снова заскрипело.
Девушка резко повернулась, и взгляд упал на приоткрытую заднюю дверь, в которую выскочила та самая крыса с халумарским зеркалом. И даже не было удивления, что мелкий грызун отодвинул тяжёлый, высоко расположенный брус затвора, ведь если сумел остановить магией клинок, то запросто мог отпереть дверь теми же чарами, что и Шарлотта.
— Стой! — заорала волшебница и ринулась следом. Но стоило миновать проём, как она влипла в густое туманное марево, в котором терялся узкий проулок между двумя жилыми домами. Тусклый свет, сочащийся косыми путями из обеденного зала трактира, вяз и застывал в воздухе всего в нескольких шагах от девушки, что ещё больше мешало что-либо видеть. Словно с головой в молоко угодила. И только шорох лапок и бряцанье оправы зеркала по брусчатке.
— Ли-Ли! — раздался позади голос баронета. — Возвращайтесь!
— Я должна вернуть! — парировала девушка.
— Оставайтесь, где стоите. Я найду вас по звуку дыхания.
Шарлотта сперва хотела огрызнуться, мол, придумал сказку, но вспомнила, что Максимилиан — лис, и в самом деле может найти по слуху, как могут ловить мышей во мраке лесные звери, полагаясь только на уши.
— Некогда! — проронила девушка, взмахнула палочкой и прокричала заклинание: — Патэт вентус!
Лёгкий сквозняк туже дёрнул пелену тумана перед ней, и волшебница, не боясь испачкать или занозить босые ноги, пошла вперёд.
— О боги, смилуйтесь! — послышался позади голос баронета, который стал глухим, словно через толстую стену, а вскоре и вовсе пропал.
Зато впереди стали возникать очертания стен и тусклое ущелье, едва выделяющееся из общей тьмы, — то был выход из проулка на широкую улицу, освещённую оконными лампами горожан и халумарскими светильниками, развешенными над дверями.
Проступил круглый силуэт бочки, в которую в дождь с водостока сбегала вода. Свет же самой палочки слепил хозяйку, отражаясь от тумана. Пришлось пригнуться и опустить её к самой земле.
Тени проулка шевелились, шуршали. А потом вдруг похожий на клин выход на большую улицу погас.
Шарлотта шла и шла, но время словно замерло, а путь до выхода из проулка всё растягивался и растягивался до бесконечности.
Лишь спустя дюжину моментов девушка встала, чувствуя, как волосы встали дыбом, и прислушалась к шуршащей тьме.
Кураж и храбрость кончились, а их место заняли растерянность и страх.
Меж тем клочья теней, хотя казалось, их невозможно различить на фоне ночного мрака, становились гуще и обретали форму.
А затем стали вспыхивать глаза. Бусинки крысиных зрачков были красноватые, зловещи. И их было множество. Сперва вспыхнула дюжина, за ней вторая, а там и третья.
— Назад! Кыш! — закричала Шарлотта, взмахнув палочкой, а затем и шпагой.
Сталь со свистом вспорола туман, и на том остался медленно гаснущий шрам.
— О, Небесная Пара, — заорала девушка попятившись. Она уже не хотела догонять зеркало. Пропало и пропало. Самой бы живой вернуться.
— Ма-гич-ка, — донеслось из мрака по слогам и со скрипом. А потом послышался булькающий рык, и в тусклом свете палочки из молочного марева вышло нечто.
Громадная сгорбленная крыса, стоящая на задних лапах. В передних же она держала кривой тесак, а на плечах был драный серый плащ. Жёлтые резцы блестели, а глаза пылали алым.
— Не подходи! — закричала девушка, чувствуя, как дрожит кончик её шпаги.
Крыса-великан сделала бросок и тут же отскочила.
Шарлотта прикрылась своим клинком, а после быстро вытянула вперёд палочку.
— Аор пунго!
Волна тугого воздуха ударила тварь, взметнув плащ и заставив прикрыть морду лапами, а позади неё с треском лопнула бочка. Вода с шумом хлынула на грубую мостовую.
И в этот миг из-под ног выскочил мелкий крысёныш. В его лапах сверкнула тонкая спица, которая вонзилась в лодыжку девушки, опалив, словно ядом. Девушка даже смогла заметить искру, пробежавшую по тонкому железу от лапок до кончика и прыгнувшую на кожу юной волшебницы.
Сознание помутилось, как с перепоя. Звуки сделались мутными и тягучими. Тело начала сковывать болезненная тяжесть. Время растянулось ещё сильнее.