"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 272

Рыжие девы и мужи народа эрл не самые частые гости на юге королевства, а уж тех особ, что оказались на слуху землян, и вовсе можно пересчитать по пальцам, разве что Аврора да её троюродная сестра Джинджер, чей портрет висит на городских вратах и предлагает немалую награду за безумную рыжую голову. Но и судьбы сих дев разные — у одной, которая Джинджер, клинок почернел от сотен невинно загубленных душ, у другой же совесть чиста. Ну как, чиста… крови на клинке хватало, но та кровь не тянула душу в бездну, ведь то были дуэли за честь да стычки с душегубами во время честного найма.

К тому же всем известно, что к рыжим и веснушчатым эрл весьма благосклонны волчьи и лисьи духи, и потому во внутреннем естестве Авроры да Вульпа тоже дремлет огненный лис, и пусть баронета не способна биться на равных с орденской гвардией, всё равно могла больше, чем простой человек.

А ведь когда-то только знатные дома севера умели заключать сделку с духом-покровителем в обмен на силы. Это уж потом Орден взял способ на вооружение, силой подселяя в человеческую душу вырванный с корнем клок звериной сути — львицы, волчицы, кабанихи и прочих, и создавая свою знаменитую гвардию, вскормленную, как живое оружие, и превосходящую по силе, как ополчения вольных баронств, так и боевые отряды гильдий магов.

Сидящая на табурете девушка поёрзала и убрала в ножны клинок — длинную и тяжёлую боевую шпагу. От резкого движения на перевязи из тиснёной кожи забряцали два фамильных кремнёвых пистолета, дюжина бандальерок с порохом и десяток метательных ножей. А ещё на ней было клетчатое платье, чей подол короток настолько, что обнажал коленки. Будь здесь матушка, отругала бы, что надо соблюдать приличия, но кто же в двадцать лет соблюдает их, эти приличия? Тем более что казарма — это не поле боя и не узкие тёмные улочки трущоб.

Дневальный медленно опустил руки.

Рыжая веснушчатая дворянка глянула на халумари, а затем повернула голову в сторону телевизора и вытянула шею, глаза заблестели, как у ребёнка на ярмарочном представлении. А на экране рисованный кот ударился в стену, но не помер, а сплющился, как циновка, и пополз прочь, забавно моргая.

Аврора наморщила ровный, лишённый присущей южным провинциям королевства горбинки нос и замахала рукой.

— Ступай отсюда, не мешай благородной госпоже смотреть телевизор.

Солдат-землянин пожал плечами и отправился ко входу, ибо мультики жизни не помеха, в отличие от острого железа в горле.

В казарме была не только она, и на кроватях валялись лишь несколько разного рода наёмниц, тоже поглядывающих на телевизор: телохранительницы для курьеров и геологов, проводницы для послов и охранницы обозов с прогрессорскими миссиями.

Всё бы ничего, но удовольствие испортил громкий хриплый крик:

— Аврора!

А следом послышалась запоздалая команда дневального: — Смирно!

И в проёме показался высокий, с лёгкой сединой землянин в парадной-распарадной форме и несколько незнакомых людей.

— Аврора! — проорал главный советник начальника халумарской крепости, коего пришлые называли генералом. Пребывающий в приподнятом настроении, он продолжил на языке королевства, вставляя словечки пришлых: — Выключай телевизор, невежливо вести беседы со включённым.

Генерал встал посередине помещения, упёр руки в боки, оглядел присутствующих, а после начал показывать на приподнявшихся на кроватях наёмниц и пояснять для пухленького мужичка, пришедшего с ним.

— Артур Семёныч, для сопровождения съёмочной группы лучше подойдут эти две бронедамы.

Указанные женщины, одетые в поддоспешники поверх нижних рубах, приподнялись с кроватей и молча уставились на нанимателя. Впрочем, все остальные тоже проявили интерес, так как генерал никогда не заглядывал в казарму просто так. Только если предстояло занятное дельце. А раз занятное, значит, выгодное. И платили пришлые полновесным золотом и серебром.

— Господин барон, — подала голос Аврора, которую обделил вниманием уважаемый господин, отчего ей стало весьма обидно. И надо понимать, что очень уважаемым человеком генерал-барон стал не на пустом месте, а после того как навёл суету в склепе про́клятой королевы и поставил на колени Инфанта Кровавого Озера. Генерала уважали очень и очень многие местные. — Господин барон, поход будет?

— Да, но тебя это не касается.

— Почему? Я что, не справлюсь⁈ — заголосила рыжая, вскочив с места. — Это я-то не справлюсь⁈ Я благородная леди древнего рода! Мне клинок и пистоль клали в пелёнки вместо игрушек!

— Сядь, — прорычал генерал, и наёмница медленно опустилась, опасаясь открыто дерзить более именитому дворянину, а тот продолжил колючими, как крыжовник словами: — Я же не могу допустить, чтоб тебя оскорбили деньги, какие даются простолюдинкам, а на дворянок на этот поход средств нет.

Аврора нахмурилась.

— Я и на двойное жалование могу согласиться, если золотом!

— Зато я не могу. Казначей получил указания по чинам и жалованиям не от меня, а от господина маркиза, — негромко, но твёрдо проговорил генерал.

— Но я тоже хочу быть при деле! Мой клинок устал без свежего воздуха! — тут же вспыхнула наёмница.

Генерал повернулся, медленно расплылся в улыбке и покачал головой.

— Одинарная плата, и тогда пойдёшь с остальными.

Аврора открыла рот, но потом насупилась и оглядела других наёмниц. Одна, тощая, как щепка, была мастеркой стрельбы. Из мушкета, арбалета или лука, неважно из чего, и могла за сто шагов попасть в яблоко на голове человека. Вторая — опытная боевая ведьма, но и двуручником помахать не дура.

— Когда выступаем? — спросила рыжая у генерала, давая знать, что согласна.

— Завтра, как отряд соберётся, — протянул генерал-барон пришлых со вздохом и тихо усмехнулся. А когда направился к своей келье, долго бурчал, смешивая слова своего языка и общекоролевского.

Рыжая улыбнулась, потянулась и опустилась на табурет, а когда странные люди ушли, заорала во весь голос:

— Дневальный, иди сюда!

Когда недовольный халумари приблизился, девушка быстро спросила:

— Что такое дартанян в юбке? А кто такая крейсер Аврора? Крейсер — это титул или обзывательство? И когда, наконец, жрать будем?

Пётр Алексеевич распрощался со съёмочной группой только через час. Те вышли из большого кабинета, и генерал выдохнул и расстегнул китель и верхнюю пуговицу белоснежной рубашки. Полевая форма хороша для Матушки-Земли, но чтоб наладить контакты с местными, приходится отчасти играть по их правилам. И одно из них — всегда выглядеть богато и успешно. В мире, где ещё не придумали паспорта, и царит поголовная неграмотность, самый верный способ идентификации — это внешний вид. Парадная форма вполне к этому подходит. У неё и вид приличный, особенно если нацеплены все мыслимые и немыслимые медали и шевроны с аксельбантами, а на пальцах по местным традициям напялены золотые перстни. За небольшим исключением: чтоб сподручнее было топтаться по местному бездорожью, пришлось найти галифе и хромовые сапоги.

Генерала после прогулки к обители про́клятой королевы сперва погладили против шерсти и сняли с должности, мол, негоже оставлять базу, потом вручили пряник за особые заслуги в налаживании дружбы между мирами и назначили на новую должность советником по контактам. На двери кабинета так и значилось: «Советник».

Пётр Алексеевич выдохнул и открыл нижний ящичек тумбочки, где лежал небольшая фляжечка коньяка к чаю или кофе. Генерал открыл её и уже собрался сделать маленький глоточек, как дверь открылась, и в неё вошёл новый начальник базы.

— Не спишь? — произнёс молодой и перспективный полковник, тоже метящий в генералы. У него, говоря жаргонным языком, в верхах имелся тягач, который двигал по карьерной лестнице. И сейчас, когда наладилось, и жизнь вошла в колею, место стало лакомым. А через полгодика полковнику будет сделан трамплинчик в кресло повыше и посытнее. И это несмотря на то, что ажиотаж к Реверсу немного поутих, и уже нет той помпезности. А всё потому, что открыли ещё пять миров, правда, почти необитаемых, но зато более богатых ресурсами.