"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1734

В зал залетела потрепанная феечка. За ней ковылял помятый, но несломленный Колобок. Феечка из-под потолка внимательно осмотрела зал.

— Кажется, пора собирать трофеи. Колобок, ты направо, я налево, — весело приказала она.

Через полчаса возле отдохнувшего меня собралась куча различного барахла. Среди трофеев нашлись платья моих спутниц. Не было только нижнего белья. Да и хрен с ним, подумал я.

Колобок, пыхтя, притащил сундучок из сандалового дерева, выполненный в стиле мини-саркофага. Его крышку украшал золотой знак бесконечности.

Отложив наряды сестричек в сторону, весь остальной лут ссыпал в эту тару и убрал в «Пространственный карман».

Дамы на алтаре начали подавать признаки жизни. Подойдя и подключив «Крейзиферрум-1», разрушил оковы.

Затуманенные взоры девушек скрестился на моей фигуре. Визг, переходящий в ультразвук, сшиб летающую под потолком феечку, а Колобок, не ожидавший такого акустического удара, аж вылетел в спиральный коридор.

Сестрички, напрыгнув на меня, вцепились мертвой хваткой и всего расцарапали. Когда после бурной ночи просыпаешься с расцарапанной спиной и грудью, возникает гордость за себя любимого. В моем случае эти травмы вызывали сожаление об упущенной возможности.

Феечка, уйдя в скрыт, ехидно комментировала мои попытки нацепить платья на обнаженных сестричек. Убедился только, что раздеть даму намного легче, чем одеть. Колобок, не дождавшись окончания этой процедуры, слинял в астрал.

— Пойду раздевать агентессу Хули, — заявил он перед перемещением.

Наконец, приведя в порядок сестричек и загрузив их на отожравшегося жука жопомудра, наша компания двинулась на выход из «ебипетской» пирамида. На входе нас встретили сфинксы с разбитыми носами.

Я был готов вступить в бой и грозно схватился за меч.

— Ну что, кошаки драные, продолжим наши игры доброй воли? - заявила появившаяся перед ними феечка.

Глаза ее горели потусторонним фиолетовым огнем. Волосы на голове встали дыбом. В маленьких ручках появилась большая, очень большая волшебная палочка. По форме она походила на сучковатую палицу.

Сфинксы, увидев мою добрую волшебницу, с диким мявом скрылись в чаще леса.

Сестрички от восторга лицезреть феечку потеряли сознание и до прибытия в трактир вели себя очень тихо.

— Благородные дамы, предлагаю вам пройти в номер и хоть немного передохнуть. Завтра я надеюсь добраться до Ниццы, где вы будете под защитой ваших воинов, — галантно снимая их с жопомудра, сказал я.

— Наполеон, не оставляйте нас одних. Ужас поселился в наших сердцах! Мы не сможем уснуть в одиночестве! — в унисон запричитали сестры.

Поручив жопомудру навести порядок в трактире под чутким руководством феечки, сам я отправился восстанавливать душевное равновесие благородных дам.

Освободившись через три часа, наконец добрался до своего номера. Ночь постепенно уступала свои права утренним сумеркам.

На пустом столе сидела задумчивая феечка. Я устало опустился на стул и как прилежный ученик опустил голову на сложенные на столешнице руки.

— Привет, подруга. Почему отсутствует наш друг ром? — начал я раскодировку моей волшебницы.

Феечка молча взмахнула ручкой и рядом со мной появился хрустальный бокал и открытая, но при этом полная, бутылка рома.

— Чего мы так грустно смотрим?

— Издеваешься? Я не грустная, я трезвая! — прошипела феечка.

— Назначаю тебя на должность главной сомелье в нашей дружной компании, — пафосно произнес я.

— И че? — протупила она.

— Не че, а что. Главная задача сомелье — создать обширную алкогольную карту. Все это нужно сделать при помощи дегустации. Также в твои обязанности входят рекомендации по похмельному синдрому. К завтрашнему дню желаю узнать все характеристики рома из этой бутылки.

Офигевший вид феечки был наградой за мой ораторский талант.

День был очень сложным, и я, не дожидаясь результатов беседы, отправился в кровать, надеясь урвать пару часов сна.

Разбудили меня крики и шум драки с нижнего зала таверны. Солнце вовсю согревало землю. Феечка спала со счастливой улыбкой на лице. Рядом с ней валялась пустая бутылка из-под рома и обрывки бумаги, исписанные мизерными пиктограммами.

Шум снизу нарастал. Пришлось срочно выдвигаться на звуки драки. Картина, представшая в трапезном зале, заставила подключить «Замедление времени». Два дворянина зажали в углу возле камина Лагранжа, старшего брата из троицы моих будущих кулинаров. Он отбивался от них, ловко орудуя кочергой.

То, что это дворяне, было видно по шпагам в их руках и попугайской расцветке одежды. Старший из них сделал шаг назад и достал из-за пояса пистоль.

Табурет, прихваченный мной по дороге к ним, сломался о голову несостоявшегося стрелка. Подхватив с пола другой табурет, я вырубил второго противника.

Дверь слетела с петель, и в зал ворвались четверо охранников этих двух павлинов. Через три минуты моего субъективного времени новые бойцы слегли с травмами головы, а я утомленно присел на край стола. Целых табуретов в трапезном зале не осталось.

Лагранж отбросил в сторону кочергу и бросился к лежащему на полу с разбитым лицом Жаку. Возле него сидел и плакал их младший братик.

Забрав оружие у нападавших, я бесцеремонно выкинул охранников во двор. Жак пришел в себя, и братья отправились на кухню приводить себя в порядок.

Я встал над копошащимися на полу дворянами и нахмурившись, стал рассматривать этих недоумков. Наконец младший из них, размазывая кровь по лицу, вякнул, дав петуха:

— Ты знаешь, что с тобой будет!?

Я продолжал молчать, покачиваясь с пятки на носок.

— Тебя на ленточки порежут! Что ты молчишь?! — продолжил он.

Тот, что постарше, молча вглядывался мне в лицо.

— Жду пока твой длинный язык даст мне повод отправить вас в мир иной, — спокойным голосом, изобразив фирменную улыбку Колобка, произнес я.

После этих слов старший из них, наконец перестав сверлить меня взглядом, сказал младшему:

— Николя, заткнись.

Младший, поднимаясь на ноги, открыл рот в попытке озвучить свои мысли. Старший, не вставая с пола, ударил его ногой, положив обратно.

— Последний раз, предупреждаю, рот закрой, — прорычал он младшему.

Тот, удивленно моргая, остался сидеть на полу. Старший, наконец, поднялся.

— Позвольте представиться, Антуан Кроза, маркиз дю Шатель и его непутевый сын Николя, — будто на светском приеме, представился он.

— Ведьмак Наполеон Бонапарт, с недавних пор кудесник с очень непростым атрибутом, — вежливо ответил я.

— Мне кажется между нами произошло недопонимание. На нас с сыном посмел напасть смерд, и мы в полном праве наказать его, — продолжил вещать маркиз.

Николя, сидя на полу, как болванчик кивал головой, соглашаясь с такой формулировкой.

— Что ж, тут ваше сиятельство, вы правы. Но есть маленький нюанс — это мои люди. Значит, претензии я могу удовлетворить, приняв ваш вызов. Причем согласен вести бой против обоих одновременно.

Отразив мою хищную улыбку, маркиз вкрадчиво произнес:

— Ну что вы? Это просто легкое недоразумение. С нашей стороны претензий нет.

Сидевший на полу Николя попытался что-то вякнуть, но под строгим взглядом отца закрыл рот.

Конфликт завершился. Герцог с сыном и охраной, получив обратно оружие, очень быстро покинули трактир. Пока дамы собирали вещи, я быстро выяснил историю случившегося.

Рано утром братья явились в трактир, как условились. Феечка тут же поручила им приготовить завтрак и накрыть на стол. Когда подъехал маркиз, с кухни доносились соблазнительные запахи. Сын маркиза потребовал у Жака, находившегося в зале, срочно принести еду. Получив отказ, стал избивать мальчика.

Выскочивший из кухни Лагранж вступился за брата. Герцог без разговоров схватился за оружие, Лагранж за кочергу. Но братьям удалось спасти завтрак, который в итоге мы с удовольствием съели. После чего мы отправились совершать последний рывок в сторону Ниццы.

Трансформировав жука жопомудра в сундук, установили его в последнее отделение дилижанса. В среднем разместился я с сестричками. Братьям досталось место кучера и первое отделение, забитое барахлом моих попутчиц.