"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1170

Зураб остался внизу, изучая возможные пути отхода.

Клык работал быстро, но аккуратно. Глушители были спрятаны в расщелинах между камнями, замаскированы снегом и ветками. Их детонаторы соединялись тонкими эфирными нитями, которые должны были активироваться по сигналу с браслета Лекса.

— Первый на месте, — доложил он через час.

— Второй готов, — отозвался Демид с противоположного склона.

Лекс посмотрел туда. Демид стоял на узком карнизе, вжавшись спиной в скалу. Под ним — двадцать метров пустоты. Он закреплял глушитель одной рукой, второй судорожно ища опору. Камень под его ногой треснул и отвалился, улетев вниз. Демид замер, побледнев даже в темноте, но удержался. Клык, наблюдавший сверху, выругался сквозь зубы, но ничего не сказал — кричать в такой момент опасно, можно спровоцировать новый обвал.

— Третий... — Клык помолчал. — Третий требует проверки. Кристалл нестабилен.

Лекс поднялся к нему. Подъём занял больше времени, чем он рассчитывал. Склон здесь был особенно крутым, покрытым тонкой коркой льда, скрывавшей рыхлую породу. Лекс ступал осторожно, но всё равно дважды срывался — спасали только крючья, которые он вбил на подъёме. Когда он добрался до Клыка, руки дрожали от напряжения, а лоб был мокрым, несмотря на холод.

— Хорошо, что ты не сорвался, — тихо сказал Клык, не оборачиваясь. — Здесь даже камни не держатся.

Устройство было зажато между двумя камнями, но один из резонаторов мерцал тревожным багровым светом.

— Грым предупреждал, — сказал Лекс. — Такие кристаллы могут сгореть при активации. Но сгореть — не значит не сработать. Оставь как есть.

— А если он рванёт раньше времени?

— Тогда мы узнаем об этом раньше, чем планировали.

Клык хмыкнул, но спорить не стал.

Спуск оказался не легче подъёма. Клык шёл первым, прокладывая путь. Демид, всё ещё бледный, двигался за ним, то и дело оступаясь. Лекс замыкал. Когда они уже почти достигли дна, под ногами Прохора неожиданно просела каменная плита — целый пласт породы накренился и с глухим грохотом сполз вниз, открывая чёрную пустоту. Прохор успел отпрыгнуть, но потерял равновесие и покатился по осыпи, пока не упёрся в валун. Он лежал, тяжело дыша, но целый. Только ладонь рассек об острый край.

— Жить буду, — прохрипел он, когда Зураб помог ему подняться. — А вот штаны — не уверен.

Клык молча похлопал его по плечу. Лекс оглянулся на тёмные склоны, где там, наверху, остались глушители — их единственный шанс. И подумал: если они сейчас чуть не погибли, каково же будет завтра, когда в это ущелье придёт она.

Последний привал сделали уже на обратном пути, когда силы были на исходе. Лекс разрешил пятнадцать минут отдыха. Зураб сидел, прислонившись к стене, и молча жевал сухарь. Демид дремал, положив голову на мешок. Прохор перевязывал ладонь.

— Ты веришь, что это сработает? — тихо спросил Клык, присаживаясь рядом с Лексом.

— Должно, — ответил тот. — Грым свои ловушки знает.

— Я не про глушители. Я про тебя. Ты идёшь один против того, что боги послали. Это не горстка эльфов в ущелье. Это... я не знаю, что это.

— Я тоже не знаю, — честно сказал Лекс. — Но, если я не пойду, она убьёт всех. По одному. Не спеша. С наслаждением. Я не могу этого допустить.

— Значит, пойдёшь.

— Значит, пойду.

К вечеру второго дня все три глушителя были установлены. Лекс проверил связь с каждым через браслет — Архитектор подтвердил, что сигнал проходит.

«Глушители активируются по мысленной команде, Наследник. Время задержки — не более двух секунд. Радиус покрытия — всё ущелье. Продолжительность подавления эфирной структуры аватара — ориентировочно 180–300 секунд».

— Три-пять минут, — сказал Лекс вслух. — Хватит, чтобы нанести удар.

— Или чтобы она нас всех перебила, — мрачно добавил Зураб.

— Не каркай.

Обратный путь занял меньше времени — они шли быстро, почти бегом, не делая вид, что ищут выход. Имитация паники закончилась. Теперь нужно было подготовиться к главному.

Когда они вошли в главный зал, было уже далеко за полночь. Люди спали, только часовые у входов провожали их молчаливыми взглядами. Агафья, дежурившая у очага, молча подала миску с тёплой похлёбкой, но Лекс не стал есть — сразу пошёл в командный центр.

Там уже ждали. Айрин сидела на своём обычном месте — на грубом табурете у стены, поджав под себя ноги. Её пальцы нервно перебирали край медальона матери. Увидев Лекса, она не вскочила, не бросилась к нему — только посмотрела долгим, тяжёлым взглядом. В нём было всё: и облегчение, и боль, и тот немой вопрос, который она не решалась задать при всех.

— Всё прошло по плану, — сказал Лекс, садясь напротив. — Глушители установлены. Завтра на рассвете я выхожу в ущелье.

— Один?

— Один.

Она сжала медальон так, что побелели костяшки.

— А если она не придёт?

— Придёт. — Он помолчал. — Я для неё личное.

— Личное? — Айрин горько усмехнулась. — Ты для неё цель. Мишень. Игрушка. Она убьёт тебя, Лекс. Не потому, что ты для неё что-то значишь, а потому, что ты — помеха. Её богиня сказала: «Уничтожь». И она уничтожит. Не думая, не сомневаясь. Как тех в южном крыле.

— Значит, мы заставим её думать.

Лекс развернул на столе карту, которую они составляли последние два дня. Извилистые тропы, отметки постов, красные кресты в тех местах, где уже появлялись тени. И три синих кружка там, где Клык заложил глушители.

— План простой, — сказал он, обводя взглядом собравшихся. — Я стану приманкой. Выйду в ущелье, где она сможет меня увидеть. Она придёт. Пока она будет сосредоточена на мне, Клык активирует глушители. Они временно подавят её эфирную природу, сделают материальной. Тогда Зураб и его люди бьют из засады.

— А если она прорвётся? — спросила Серафима, стоявшая у стены с амулетом в руках.

— Тогда мы отходим. Но она не прорвётся.

— Ты так уверен? — голос Айрин дрогнул.

— Я должен быть уверен. Иначе зачем всё это?

Грым сидел в углу, склонившись над своим самодельным устройством — небольшим кристаллом-ловушкой, который он дорабатывал последние часы. Писк жужжал рядом, иногда протягивал манипулятор с нужным инструментом. Мальчик выглядел усталым, но в глазах горел тот самый огонёк, который появлялся у него всегда, когда он работал с механизмами Древних.

— Я проверил каждый резонатор, — сказал он, не поднимая головы. — Писк пересчитал модуляцию трижды. Если активировать глушители в нужной последовательности, она не сможет уйти в тень. По крайней мере, на время.

— На какое время? — спросила Серафима.

— На несколько минут. Может, на пять. Может, на три.

— Три минуты, — Зураб хмыкнул. — И ты думаешь, мы успеем её завалить за три минуты?

— А ты думаешь, у нас есть три дня? — Лекс обвёл всех взглядом. — Она убивает каждую ночь. И каждый раз становится сильнее. Если мы не ударим сейчас, через неделю здесь не останется никого, кто способен держать оружие.

— А если ты не вернёшься? — Айрин шагнула к нему, и в её глазах вспыхнуло что-то, от чего Лексу захотелось отступить. — Если она поймёт, что ты приманка? Если она просто... возьмёт тебя? Как тех в южном крыле?

— Айрин...

— Нет! — она почти выкрикнула, и в комнате повисла тишина. — Ты говоришь «план», «приманка», «ударим первыми», а сам идёшь один против того, от чего мы все прячемся за оберегами. И ты хочешь, чтобы я просто согласилась?

— А что ты предлагаешь? — голос Лекса стал тише, но в нём появилась усталость. — Остаться? Ждать, пока она вырежет ещё десять? Двадцать? Пока в живых не останутся только те, кто сможет бежать?

— Я предлагаю найти другой способ! — Айрин ударила ладонью по столу, карты дрогнули. — Есть же что-то ещё! Грым, ты говорил о клинках из звёздного железа... может, сначала достать их, а потом...

— Идти к ней с оружием в руках, но без прикрытия? — перебил Клык. — Пока мы будем тащиться через тоннели, она просто пройдёт сквозь стены и перебьёт всех, кто останется. Ты же сама говорила: обереги Эрвина — это не навечно.