Некромант: испытание блондинкой (СИ), стр. 5

Ждала я его у выхода недолго и тут же приступила к допросу:

— Это моя комната, как ты тут оказался?

— Я, как бы, немного… проспорил…

— И тебя заперли в страшной комнате?

Кивок головой меня даже разочаровал. Банальная причина.

— Трупы уже были? Как, говоришь, тебя зовут?

— Бол. Н-нет, они появились позже. Когда кто-то стал вскрывать дверь, я спрятался в шкаф.

— И? — с надеждой спросила я.

— И ничего не видел, а потом уснул. А разбудил меня твой крик. Вот.

Не густо, что с него взять, с таким-то именем. Кто вообще называет мальчика Болом. Бол-балабол.

После того, как выяснилось, что Бол все самое интересное проспал, он был отпущен под обещание принести еды. Целый день не ела, хотя садиться на диету не планировала.

В ожидании съестного я прилегла на небольшую кровать, закинула руки за голову и закрыла глаза. Итак, что мы имеем. Бол, этот рыжий парень, адепт третьего курса ничего не видел, хотя мог прекрасно слышать и нюхать. Хм, это идея! Есть еще эта девка Ж… забыла, как ее звать, и Мий — очень странная парочка. У них там свои ролевые игры. Трупики еще эти странные. Что мешало Элю их допросить?

И тут раздался такой громкий стук в окно, что я подпрыгнула. Что за ерунда? Четвертый этаж!

Глава 9

На подоконнике с той стороны лежало золотое кольцо с сапфирами, а вокруг — никого. Я открыла окно и высунулась чуть не по пояс, чтобы рассмотреть всю территорию. Кольцо я схватила, повертела, посмотрела и ничего необычного не заметила: ни дарственной надписи, ни магических камней — ничего.

Зато за свое любопытство я тут же была вознаграждена чьими-то лапищами на моих бедрах. Вскрикнув от неожиданности, я полезла назад в комнату, но наткнулась на кого-то разгоряченного. И это была точно не девушка. Вот наверняка. Вся красная как рак, я завершила возвращение блудной дочери домой и с разворота залепила пощечину. Ладонь жгло, а я и слова сказать не могла: передо мной стоял сам ректор. И на его гладко выбритой щеке красовался отпечаток моей руки. Сам он становился хуже грозой тучи прямо у меня на глазах.

Ситуацию спас Бол. Он спиной открыл дверь и ввалился с подносом в руках ко мне в комнату. Картина его ждала зрелищная.

— А что это вы тут… О! А! А за что?

Бол то бледнел, то краснел и никак не мог подобрать подходящие слова для разговора. Ректор упорно молчал, лишь тяжелый чуть прищуренный взгляд свидетельствовал о его негодовании и играющие желваки на скулах говорили о том, как много бранных слов он сейчас сдерживает внутри себя.

— Бол, спасибо за помощь, мне тут ректор делает незабываемое предложение, так что не мог бы ты подождать за дверью? — и я мстительно показала кольцо с подоконника Болу под нос.

Лучше бы я этого не делала. Пока Бол ставил поднос на пол перед собой и быстренько ретировался, ректор, наконец, перестал смотреть на меня взглядом, обещающим казнь и медленно перевел его на кольцо. Как менялось его лицо, надо было видеть. Словам тут не место. Он был одновременно и ошарашен, и озадачен, и напуган, и зол, и растерян, и разбит.

Как только дверь за рыжим закрылась, моя рука оказалась в железной хватке.

— Кольцо, — потребовал де Виннарэ.

— Обойдетесь, — возразила я.

Я не думала, что ректор, Ректор, пойдет на такое по отношению к своей адептке, но болевому приему мне было нечего противопоставить, и кольцо перекочевало в нагрудный карман Эммануэля.

— Где взяла? — сейчас ректор больше напоминал бездушное изваяние, чем некроманта.

— То есть тот факт, что вы меня лапали, вы хотите опустить? — я попыталась увести разговор в другое русло, но поняла, что не получится.

— Где?

— Да сдалось оно вам? — обиделась я. — И вообще, весельчаком вы мне больше нравились.

— Амелия, я тебя задушу. Потом воскрешу и дам в зеркало посмотреться.

— Так-то я тоже некромант… — начала было я.

— Недоделанный… Я. Жду.

— Да постучал кто-то в окно, я выглянула — никого, а кольцо лежит. А тут вы. Кстати, мы опять на «Ты»?

— Амелия, никаких «ты», исключительно деловые отношения.

— Ага, я как раз задницей заметила ваши отношения.

— Амелия, — почти крикнул де Виннарэ, — я спасал адептку, которая собиралась упасть с четвертого этажа.

Хм, с такого ракурса я не думала. Кажется, он и правда что-то говорил, что не надо прыгать, но я не поняла к чему это и выбросила из головы. Хотя, если подумать, все равно, он увидел сначала аппетитную задницу, а уж потом — сумасшедшую адептку.

Но, пока я думала может или не может такое быть, ректор покинул комнату, хлопнув на прощание дверью. Бола тоже не было. Зато в самом разгаре поедания принесенной им каши с мясом, мне пришло оповещение с указанием немедленно покинуть комнату и подселиться пятой к девочкам на этаж ниже. Ага, побежала. Умываться я сегодня не собиралась, а вот спать уже хотелось невыносимо. Сняв розовый сарафанчик и облачившись в розовый пеньюар, я уснула, лишь только голова прикоснулась к подушке. Насыщенный выдался денек.

Глава 10

Утром всех разбудил трубный звук. Нет, не так: звук был такой, словно кто-то дорвался до трубы и дудел в нее во всю мочь. Надо будет разузнать, кто работает будильником и скормить его нежити. Нечесаная, накинула шелковый халатик и замерла. Только сейчас до меня дошло: откуда здесь мои вещи? Подумала, погадала, ничего умного не придумала и поплелась в ванну. Тех людей, кто придумал отдельную ванную комнату надо возвести в ранг святых. А вот тех, кто придумал душевую на этаже — отправить к некромантам. Моя же ванная комната поражала чистотой и стилем: мелкая мозаика напоминала песчаный берег и навевала только хорошие мысли. Все новенькое было подготовленно специально для меня. Ну, не чудо ли? И они еще хотят, чтобы я отсюда съезжала. Да ни за что! А вот одежду ни новую, ни старую доставить мне никто не додумался. Поэтому к ректору за наказанием я пошла в мятом сарафане.

В приемной посетителей не было. Лишь Кощей запеленговал меня, уставился пронзительным взглядом и поворачивал голову вслед за мной, пока я шла мимо него. Как всегда, на костюме ни складочки, а из прямой спины хоть кол вынимай и оборотням дари. Ну, вы поняли мою шуточку. На приветствие Кощей не ответил и опустил взгляд, как только я постучалась в дверь.

Не дожидаясь ответа, зашла и застала ректора пьющим кофе. Еще долю секунды он смотрел в окно, потом медленно, словно нехотя, повернулся.

— Вы слышали разрешение зайти? — высокомерно сказал де Виннарэ.

— И вам доброе утро! А почему не всю одежду мне доставили? Что за странный выбор: прозрачный пеньюар?

Ректор уставше вздохнул и сел за стол, сделав и мне приглашающий жест рукой.

— Могли бы просто поблагодарить за то, что есть.

— Спасибочки, конечно, — похлопала я ресничками, — но в пеньюаре меня никто не видит, а вот в платье видите вы, например.

— В пеньюаре я тоже вас вижу, не расстраивайтесь. Но с выбором была беда: я был у вашей матушки, нужна была кое-какая информация, а в вашей комнате на видном месте лежал лишь пеньюар и халатик. Чем богаты, как говорится, то и прихватил.

Я сидела красная до кончиков ушей. И на это у меня было целых три причины. Он был в моей комнате, он видел моего краша в рамочке на будуаре, и не факт, что на моем креслице не были развешены ажурные трусики. Как раз незадолго до бегства я не могла решить, какие выбрать: красные с черным или черные с красным.

А Эммануэль откинулся на спинку и довольно сощурился. Один-один, как говорится. И тут до меня озарило:

— В смысле, вы видите меня в пеньюаре?

— Амелия. — ректор снова был серьезен и холоден, будто ничего лишнего и не ляпнул, — занятия идут полным ходом, вы должны быть не в платье, а в форме. За прогул и неподобающий вид вам полагается два наказания, плюс за вчерашнюю выходку с Рональдом. Неплохо вы год начинаете. А еще, я слышал, кто-то обещал работать, чтобы я хорошее содержание этому кому-то давал.